Бумерит - Кен Уилбер

– Когда выясняется, что единственное требование феминисток, с которым согласны современные женщины, – это одинаковый уровень заработной платы для обоих полов, бумерито-феминисткам приходится прибегать к уловке под названием «патриархат промыл женщинам мозги», – продолжила Карла Фуэнтес. – Как написал один журналист, «самым большим позором на политической арене для феминистского движения стал тот факт, что большинство женщин не согласны с их риторикой и основными принципами. Радикальная феминистка Элисон Джаггар (Alison Jaggar) соглашается с этим и добавляет, что любая теория об особой „женской позиции“ должна уметь „объяснить, почему подавляющее большинство женщин её отвергают“».

Фуэнтес быстро вышла в центр сцены – казалось, её энергетическое поле позволяло ей перемещаться по воздуху как антигравитационное устройство.

– Как мы уже видели, феминистки вроде Джаггар убеждены, что «подавляющее большинство» современных женщин не согласны с идеологией феминизма, так как им настолько промыли мозги, что бедняжки даже не способны разглядеть своего угнетённого положения. Как женщина, хочу вам сказать, что эта точка зрения приводит меня в ярость. Ведь однажды назвав женщин дурами с помытыми мозгами, вы обречены до конца придерживаться этой позиции. Феминистки предприняли странную попытку дать женщинам власть, усомнившись в самой способности женщин обладать властью.

Фуэнтес повысила голос, чтобы перекричать поднявшийся в зале шум.

– Иными словами, чтобы объяснить отсутствие ценностей феминизма у всех предыдущих поколений женщин, бумерито-феминизм превратил моду на жертву в теорию эпидемии культурного угнетения, говорящую о жестоком внешнем давлении на чистое и непорочное женское «я». Таким образом, в истории обнаружилась ещё одна трагедия одарённого ребёнка, только ребёнком на этот раз оказалась женщина.

В поднявшемся шуме смешались осторожные аплодисменты и обвиняющий ропот.

– Боже, как мне нравится этот дивный аромат неполиткорректности! – воскликнула Фуэнтес, будто бы обращаясь к самой себе.

– Теперь поняла, Каролина?

– Иди в жопу, Скотт.

– Бросьте, люди, не надо делать вид, что это настолько вас ранит и шокирует. Можно подумать, я у кого-то вырвала серёжку из носа или украла любимую татуировку прямо со спины или с плеча, или с… ну, в общем, не важно. Я не пытаюсь придраться ни к женщинам, ни к мужчинам. И у меня уж точно нет любимого пола. Как мне кажется, в гонке глупости мужчины и женщины идут ноздря в ноздрю.

Фуэнтес продолжала танцевать по сцене под аккомпанемент своего гневного вердикта.

– Конечно, некоторых женщин иногда угнетают – как и некоторых мужчин. Но несогласие с профессиональными феминистками само по себе не является признаком угнетения. Освободить женщин от феминистских мифов об угнетении так же важно, как и от реальных случаев угнетения.

– Камасутра, глава 3. «Стимуляция эротического желания».

Голое тело Хлои меняет позу, на её груди, поднимающейся и опускающейся вместе с дыханием, играет лунный свет.

– Неравным отношениям следует предпочитать равные, а соединение должно совершаться с учётом размера, продолжительности, настроения и способа сближения.

– Точнее не скажешь.

– В случае неравных отношений следует убедиться, возможно ли соединение.

– Я полностью с тобой согласен, Хлоя.

– Введение мужского члена лучше всего совершать, когда настроение обоих супругов совпадает. Неравные отношения делают соединение затруднительным. При соитии с кобылой быку требуется много времени. Для этого не всегда достанет сил. Конь медлителен, даже если желание его велико. Если время соития и размеры супругов не соответствуют друг другу, мужчина должен проявить усердие.

– Ээ… Ты со мной сейчас разговариваешь?

Единственная крупная, отчаянная, дошедшая до ярости ссора между родителями, которую я помню, произошла из-за ПРП – Поправки о равных правах к Конституции США, предоставлявшей равные права всем гражданам, вне зависимости от половой принадлежности. Женские объединения по всей стране выступали в поддержку этой поправки. Ссора разгорелась после того, как поправка не была принята, поскольку, согласно опросам, большинство мужчин высказалось за принятие поправки, но чуть превосходящее большинство женщин высказалось против. Родители спорили о том, почему мужчины больше женщин поддерживали ПРП. Ни до, ни после я не слышал, чтобы они так орали друг на друга. Отец выиграл теоретическую дискуссию, потому что его интеллект был почти непобедим, но, на мой взгляд, проиграл спор.

– Всё очень просто, – сказал отец. – Мы, мужчины, выступаем за ПРП, потому что она больше выгодна нам, чем вам.

– Да правда что ли?

– Да, правда. Здесь три важных аспекта. Первый – это репродуктивная свобода. Второй – призыв в армию. Третий – брачное право. Нас уже тошнит от того, что в важнейших, сложнейших вопросах жизни и смерти общество всегда на стороне женщин. Поэтому ПРП больше нужна нам, чем вам.

– Точно, тошнит, потому что это самый тошнотворный бред, который я от тебя когда-либо слышала. У тебя нет репродуктивной свободы? Ты что, издеваешься? Это нам приходиться бороться за право выбирать, это нам приходится вынашивать ваших детей, потому что вы лишили нас репродуктивной свободы.

– Как раз наоборот. Решение по «Роу против Уэйда»^[81] уже дало вам ту свободу, которой лишены все мужчины в этой стране.

Мама посмотрела на меня, как будто спрашивала: он что, совсем сошёл с ума?

– Как это, большой мальчик?

– Очень просто. Допустим, ты забеременела. Ты можешь сделать аборт. То есть у тебя есть полное право отказаться от материнства, так?

– Сейчас да.

– Да, у тебя есть право отказаться от материнства. Но если мужчина оплодотворяет женщину, если ли у него право отказаться от отцовства?

Мама некоторое время молчала. Было очевидно, что вопрос застал её врасплох.

– То, что ты говоришь, не имеет смысла.

– Ещё как имеет, просто ты раньше об этом не думала. Ты имеешь право отказаться от материнства, и будь что будет, а у меня нет права отказаться от отцовства. Это чудовищная несправедливость.

– Хочешь сказать, что тебе нужно право принуждать женщину к аборту?

– Да нет же, нет, вовсе нет. Я говорю только то, что если женщина может избежать материнства, у мужчины должно быть аналогичное право избежать отцовства. Если бы в этой стране было настоящее равноправие полов, и ты решила бы оставить ребёнка, а я бы не хотел становиться отцом, я мог бы подписать документ об отказе от отцовства. Вот это и есть то равенство полов, которого так не хватает мужчинам!