Философия аналитики - Юрий Курносов

Основанное на интуитивном подходе философское переосмысление мироустройства в виде физической интерпретации (наряду с математическим аппаратом и прикладной экспериментальной частью) занимает отныне своё неотъемлемое место в фундаментальной теоретической физике. Здесь дело не только в переосмыслении термина «метафизика», но и в том, что логическая обработка человеческим сознанием неких прозрений («высокочастотных сведений») неизбежно, в том числе физиологически, сопряжена с задействованием пока ещё совершенно неизвестного нам механизма действия интуитивного аппарата мышления. Естественно, это уже само по себе исторически связано с понятием метафизики как системы знаний, создающей базис для более качественных представлений о человеке и мироздании.

По вопросам развития интуиции существует огромная литература. Современное представление о нём обширно: это и интеллектуальная интуиция в виде непосредственного знания; и чувственная интуиция в виде сенсуалистичного созерцания; и первичный бессознательный импульс какого-либо творчества; и инстинкт, определяющий поведенческие реакции без предварительного обучения.

Принято считать, что в качестве одного из методов познания интуиция способна уловить самую суть предмета, которую затем обладатель этой интуиции организует и формирует в логично выстроенное и общедоступное знание. Но бывает и так, что при отсутствии нужной информации интуитивные способности опираются на фундамент из приобретённого опыта и носят вспомогательный характер, выражаясь в длительной умственной работе с последующим озарением.

Динамика развития самосознания личности аналитика проходит различные уровни жизненного творчества, включая этап сознательного включения интуиции в качестве пусковой кнопки перефокусировочного механизма системы восприятия. Эти механизмы особенно нужны в ситуациях, когда у аналитика нет возможности глубоко и качественно разбираться в деталях происходящего, а нужно уловить лишь общий тренд, тенденции, возможные сценарии развития событий.

Многочисленные примеры эгоистичного, по сути, манипулирования такой информацией, интуитивно принятой с уровней подсознания, всем нам хорошо известны – предсказания, гадания, прорицания, активно продуцируемые целым сонмом колдунов, магов, лже-астрологов. Их общей характерной чертой, на мой взгляд, является двусмысленность высказываний, которые могут быть развёрнуты в любую сторону, в зависимости от контекста. Если даже подобная информация интерпретируется учёными тем или иным образом, то примитивизм в применении её на практике неизбежен. Существует огромное количество людей, которые «трудятся» на этом поле, интуитивно «считывая» информацию с разных уровней коллективного сознания человечества. Чаще всего такая информация носит крайне противоречивый характер, акцентирует нужные субъекту оценки, полна эгоистичных интерпретаций и всевозможных домыслов.

Проявления такой интуиции, как показывает медицинская практика, неизбежно сопряжены со стрессовой ситуацией, симптоматикой определённых фобий. Не касаясь медицинской стороны рассматриваемого вопроса, стоит лишь заметить, что интуиция бесспорно и даже в большей степени, чем у людей, присуща и животным, что ещё раз подтверждает разницу в интерпретации принимаемой информации. Причём если для человека переработка всего иррационального левым полушарием головного мозга всё равно идёт через логику и вторую сигнальную систему (речь), то есть опосредованно и с затратой определённого отрезка времени, то у животных связь с низкочастотной составляющей общего информационного пространства физиологически осуществляется гораздо быстрее. Например, известен факт «предусмотрительности» тайских животных, поголовно избежавших цунами на о. Пхукет в декабре 2004 года.

Надежда на логику, способную неукоснительно давать всё новые и новые научные результаты, длительное время вдохновляла апологетов рационально развивающейся науки. Тысячелетиями доминировали традиционные представления об эмпирическом пути познания как единственном, а сутью любого исследовательского процесса был простой перебор нескольких опытных вариантов, обобщение и только затем вывод каких-либо закономерностей. Однако жизнь показала, что все новейшие открытия двух последних столетий были сделаны отнюдь не методом «проб и ошибок», а посредством интуитивных гипотетических предположений, пришедших как-бы из ниоткуда.

Стало понятно, что эффективность процесса научного познания зависит от проявления в сознании учёного какой-либо идеи в виде внезапного откровения или непостижимой умом догадки. Это и есть интуиция. Декарт определил интуицию как прямое, непосредственное усмотрение истины, в отличие от опосредованного рассудочного познания; это высший вид интеллектуального познания, когда человек одновременно и мыслит и созерцает.

Определение интуиции, которого придерживались психиатры школы Фрейда и особенно Юнга, связано с «вторжением бессознательных содержаний в сознание». Отмечая в основном наличие пассивной фантазии, Юнг не отрицал возможность и активной её формы – интуитивной, которой не соответствует никакая внешне объективная деятельность. Такую интуицию он относил к высшим проявлениям человеческого духа и объяснял в своей теории о влиянии врождённого бессознательного присущим всему человечеству стремлением к творческому самовыражению и физическому совершенству. Именно коллективное бессознательное, складывающееся благодаря наследственности и являющееся одинаковым для всего человечества, является, по мнению Юнга, источником такого специфического метода познания, как интуиция, которая позволяет перескакивать через длительные этапы сложных логических рассуждений и умозаключений, благодаря чему возникает иллюзия прямого усмотрения искомого вывода.

Логика Юнга и последователей его школы приводит к мысли о том, что если большая часть из обширнейшего потока информации, получаемой человеком, не находится в структурах его памяти в активном режиме, то в случае активации она и может рассматриваться как интуитивный посыл. Более того, информация, полученная и как бы неосознанная в раннем детстве, играет немаловажную роль в регулировании поведения уже сложившейся личности, прочно закрепившись в глубинах психики как неосознаваемая. Такой источник интуитивного познания называется у психологов термином «криптогноз» – временно неосознаваемое знание, полученное от непосредственного взаимодействия человека с объективным миром, включающее в себя весь предшествующий опыт субъекта, но не используемый им ранее.

Существует понятие интеллектуальной интуиции. Это особый вид непосредственного знания, основанный на предшествующем неосознаваемом опыте, опосредованный общественной практикой человечества и являющийся результатом внезапного иррационалистического усмотрения истины без предшествующего логического анализа и вытекающего из него доказательства на очередном этапе научного исследования.

Наглядные примеры таких перефокусировок в нашей с вами реальности представлены широко известными случаями с Николой Тесла (перенесение вирусных инфекций), Вангой (травма головного мозга и последующая слепота) и не очень известными, но такими же яркими проявлениями интуиции как итогом определённых дистрессовых состояний у самих медиков и биологов. Так, И.И. Мечникова осенило идеей рассмотреть прежде считавшуюся атавистической функцию блуждающих клеток организма (лейкоцитов) как полезную (защитную), заменив своё прежнее пессимистическое учение о дисгармонии человеческой природы новой эволюционной теорией фагоцитоза. Это произошло в результате выхода из многолетней депрессии (сменившейся неуёмной жаждой жизни) в процессе излечения от тифа, привитого им самим себе с целью одновременно суицида и научного эксперимента, и после того, как он психически тяжело пережил смерть своего старшего брата в результате гнойного заражения.