Либидо с кукушкой. Психоанализ для избранных - Василий Чибисов

Поэтому истеричек очень просто анализировать. Достаточно их фрустрировать по полной программе, сохраняя нарциссическое равнодушие с элементами самолюбования (действительно, зачем любоваться истеричкой, когда в кабинете сидит гораздо более интересный субъект с манией величия). Другой вопрос, что у многих аналитиков проблемы с управляемым нарциссизмом. Они слишком человечны, поэтому ведутся на истероидные спектакли. Автор же, будучи профессиональным параноиком, прекрасно чувствует и разоблачает любой спектакль страстей человеческих. Даже тогда, когда никакого спектакля нет.

Большинство людей, не искушенных в общении с психопатами, рискуют попасть в неприятную ситуацию. Они не понимают, что третий звонок на истерическую пьесу звонит не по ним. Кое-кто находит истеричек гиперсексуальными и даже умудряется получать удовольствие от тесного с ними общения. Например, эпилептоиды (дойдем и до них), которые предпочитают «стабилизировать» истеричек методами не самыми приятными: вплоть до тотального контроля и насилия. На то они и эпилептоиды. Истерички не возражают и проникаются к своим тиранам подобием уважения. На то они и истерички. Браки заключаются между тараканами.

Гипертим

Рискнем заглянуть в отрицательную область? Можно ли увеличить либидозную нагрузку не в два, а в «минус два» раза? Элементарно. Смотрите: у идеального истероида объект запретного влечения вытеснен, поэтому в сознании его нет. Истероид пытается восполнить утрату, разыгрывая спектакль идентификации со всеми подряд. Но по факту истероид пытается идентифицироваться только с ценным объектом и ни с кем иным.

Выворачиваем ситуацию наизнанку. Объект влечения поместим в сознание. Это раз. Других людей начнем воспринимать не как публику-массовку, а как полноценных собеседников или потенциальных партнеров. Это два. Всеобщее внимание превращаем из самоцели в инструмент. Новой целью теперь будет бурная деятельность, пусть и нерезультативная. Это три.

Мы только что описали гипертимного психопата, или просто гипертима, потому что называть «психопатами» этих активных людей язык не поворачивается! До того момента, пока их активность не теряет последние тормоза, а ваши надежды о личном пространстве и покое гипертимом решительно игнорируются.

С греческого: гипер (υπερ) – повышенное, тимус (θυμος) – настроение. Гипертим получает удовольствие от деятельности, от активности как таковой. И от чистого сердца вовлекает в свою работу других людей. Ему приятно коммуницировать, ощущать себя лидером. Гипертим не удовлетворится формальным одобрением и пассивным вниманием. Ему важно, чтобы вы тоже действовали и тоже получали от этого удовольствие. Массовка на сцене и зрители в зале поменялись местами, но главный герой тот же – наша точка-представление.

При истерии психика обменивалась либидо только с запретным представлением. Все остальные зрители и соучастники были жертвами имитации. При гипертимии идентификация с «неценными» объектами настоящая. Психика готова честно обмениваться энергией с любыми представлениями, лишь бы не с нашей бедной точкой. Чтобы не впадать в искушение.

Такая вот психическая защита от лишних страстей. Как называется? Да никак особо не называется. Всего лишь частный случай сублимации. Потому что либидо потом (когда-нибудь) придет к ценному объекту, только окольным путем и с задержкой. Гипертимы – гении сублимации. Их бурная деятельность напрочь лишена и намека на сексуальность. Это полная отдача, прекрасное вовлечение других людей, лидерские качества. Соучастники получают реальное удовольствие и конкретные результаты от сотрудничества с гипертимом. Пока бешеный ритм их не вымотает. Со стороны выглядит пресно и скучно. Присутствие энтузиаста обдает крещенским холодом. Опять антисимметрия с истерией, на этот раз эстетическая.

За счет чего гипертим достигает направления сексуальности в несексуальное русло? Либидо, разделяясь на множество потоков, теряет природную силу. Как могучие волны рассекаются волнорезами, так и либидо гипертима дефокусируется на нейтральных представлениях. Получается аналог рассеивающей линзы. Для наглядности изобразим представления в виде окружностей, радиус которых пропорционален запасу энергии (рис. 7.4). Наш ценный, но обедневший, объект окажется заперт внутри кривой с отрицательной кривизной. Как будто кто-то сломал циркуль и нарисовал вокруг представления не обычную, а «вогнутую» окружность.

Как хорошо, что существуют отрицательные числа! Никакие нейтральные представления, к которым ушло либидо, на рисунке не отмечаются. Мы автоматически подразумеваем их наличие, перемещаясь в левую полуплоскость.

У одного субъекта часть представлений может вести себя истерично, часть – гипертимно. Таковой субъект уже не считается психопатом, потому что в его арсенале есть как минимум два типа реакций. Нулевая пациентка психоанализа Берта Паппенхайм^[70] продемонстрировала всему миру переход от чистой истерии к чистой гипертимии. Напомним (σ-4), что Берта никогда не была пациенткой Фройда. Ее лечил доктор Брейер. Не лечил. Она сама придумала метод лечения, а Брейер записал.

Рис. 7.4. Дефокусировка либидо. Энергетически обедненное представление (в центре). Представления изображены окружностями с разным радиусом. Чем больше их либидозная нагрузка, тем больше радиус. В результате центральное представление можно изобразить не как маленькую окружность, а как линию с отрицательной кривизной, как вогнутую окружность (заштрихованная область).

Изначально дама демонстрировала сильные истерические симптомы (вплоть до паралича конечностей). Первоисточником симптомов были сильные переживания по поводу смерти отца (как сознательные, так и бессознательные). После долгих приключений с истерией было покончено, и Берта возглавила мощное движение суфражисток. В отличие от современных радикальных феминисток (которых надо либо сажать, либо принудительно лечить), тогдашние борцы за равные права сделали очень много реально полезных и добрых дел. Не зря Шандор Ференци восхищался суфражистками и первым официально манифестировал право женщин на оргазм^[71].

Нашей цивилизации не хватает именно таких, умеренных, целеустремленных и раскрепощенных гражданок. Равно как не хватает уважения к ним – страна задыхается, защемленная духовными скрепами нового домостроя. Нужна умеренная эмансипация, в первую очередь гражданская и экономическая. Вместо этого по миру расползается злокачественная опухоль гендерного хаоса, леволиберализма, антифашизма, толерантности. Все больше политических активистов подают пример неудачного перехода из истерии в гипертимию. А так хочется увидеть на отечественной трибуне старых добрых параноидов с устойчивым нарциссическим ядром, маскирующихся под истероидов.