Покой, игра, развитие - Дебора Макнамара

Другая проблема, связанная с привязанностью, – отсутствие глубины в отношениях с взрослым, достаточной, чтобы ослабить инстинкт противления. Иногда дети бывают привязаны слишком поверхностно – через ощущения, похожесть или принадлежность, – что не обеспечивает заботящихся взрослых достаточной силой влияния на ребенка. Кроме того, если эмоции не движут ребенком, а признаки уязвимых чувств практически отсутствуют, может произойти задержка в развитии, что сделает такого ребенка более склонным к реакции противления из-за незрелости.

Если ребенок застрянет в реакции противления, принуждение и контроль от окружающих его взрослых, скорее всего, возрастут. Ребенок, в свою очередь, почувствует, что на него давят сильнее, и поэтому станет сопротивляться еще больше. Когда он увязает в сопротивлении, взрослые могут застрять в давлении, что еще больше разрушает отношения. Как правило считается, что проблемы с сопротивлением именно у ребенка. На него могут навешивать ярлыки злонамеренности, непослушания или дерзости. При этом упускаются из внимания причины, по которым ребенок не привязан к своим взрослым.

Когда ребенок застревает в реакции противления из-за проблем с привязанностью, у него пропадает мотивация быть преданным, оправдывать ожидания, внимать и слушаться, уважать или стараться ради своего взрослого. Такой ребенок повернется «отрицательным полюсом» к родителям и будет изо всех сил все саботировать, открыто не повиноваться, противостоять, досаждать или вызывать раздражение. Единственный способ изменить такие реакции – взять на себя ведущую роль, укрепляя отношения и не позволяя себе отдалиться от ребенка. Перекрывание проблемного поведения и отказ сосредоточиваться на происшествиях – это две стратегии, которые также могут помочь предотвратить дальнейшее ухудшение отношений (см. главу 10).

2. Противление закладывает основу самостоятельности и независимости.

Противление – это естественная защита ребенка от чужой воли, позволяющая открыть собственные предпочтения, желания, устремления и цели. Помимо приглашения к привязанности, детям также нужно, чтобы приветствовалось развитие их самостоятельности. Одна мама рассказала мне: «У нас с мамой были замечательные отношения, пока мне не исполнилось три года и у меня не появилось собственное мнение. Она не могла вынести, что у меня появились планы, отличные от ее. Поэтому с того дня мы постоянно боролись с ней».

Рис. 9.2. Адаптированный слайд из курса Ньюфелда «Противление»

Черты маленького ребенка, которые затрудняют заботу о нем, – это те же самые черты, которые мы бы так хотели видеть, когда он станет взрослым: умение сказать «нет», не соглашаться и иметь свое мнение, планы и намерения. Ничего не выйдет, если мы будем поощрять наличие собственного мнения у наших детей только в том случае, когда оно не расходится с нашим. В то же время взрослые должны играть ведущую роль и быть ответственными за заботу о ребенке.

Детям необходимо родиться психологически, и противление создает некую утробу, в которой может вырасти собственное «я» ребенка и могут сформироваться границы. Индивидуация – это процесс развития интеграции, соединения мыслей и чувств в единое целое для формирования личности, собственного «я». Несмотря на то, что индивидуация критична для развития, она не является неизбежной и происходит спонтанно после приблизительно трех лет жизни в наполняющей привязанности. Личностный рост очевиден, когда мы слышим, как ребенок говорит: «Я сам!»

Педиатр и детский психоаналитик Дональд Винникотт писал, что, когда ребенок становится способен говорить о себе в первом лице, это свидетельствует о раскрытии критической фазы личностного развития.^[168] Противление предназначено для защиты развивающегося «я» ребенка от мнений, планов, намерений, суждений, ожиданий, требований, ценностей и желаний других людей. Сильные реакции противления задуманы как переходные на время развития собственного «я» ребенка. Начиная с двух лет, у ребенка могут проявляться вызывающие и неуравновешенные реакции противления, но по мере роста и с развитием смешанных чувств у него появляется и контроль над реакциями.

Однажды я гуляла в парке с детьми, и моя подруга попросила присмотреть за ее трехлеткой, пока она занималась своим вторым ребенком. Саймон упорно пытался залезть на утку, которая раскачивалась туда-сюда на большой пружине. Он старался изо всех сил, и я решила помочь ему, но он взглянул на меня сурово и сказал: «Нет, я сам!» Я немного отошла и дала простор собственным попыткам Саймона, но, если что, я бы смогла дотянуться до него. Он сделал еще несколько попыток, снова посмотрел на меня и увидел, что я отошла недостаточно далеко (с его точки зрения). Он набросился на меня с кулаками и оттолкнул от своей утки. Его мама заметила это и сказала, чтобы он прекратил толкаться. Я ответила, что Саймон всего лишь хотел забраться на утку самостоятельно, а я оказалась у него на пути. Саймон, разумеется, не мог сказать мне: «Я нахожусь в разгаре своей индивидуации и дифференциации в качестве самостоятельной личности, и твоя воля препятствует дальнейшему развитию моей». Не умея описать и не понимая этих процессов, трехлетки используют все имеющиеся средства, чтобы убедительно донести до окружающих посыл инстинктивного противления.

При размышлении о проблемах Сьюзен и Чарли с приучением к горшку становится ясно, что их намерение было сильнее, чем намерение Блейка перестать пользоваться подгузниками. Родители хвалили и вознаграждали сына, когда он вел себя в соответствии с их планами, но из-за этого не осталось места для его собственных желаний или интереса управлять процессом. Его «хочу» превратились в «должен», и вместо того чтобы проявлять инициативу, пробуя что-то новое, он ощущал груз родительских ожиданий. Родители могли бы помочь ему обрести собственную цель и намерение оставить подгузники позади, но вместо этого он чувствовал давление и директивы. Поощрения превзошли его интерес к использованию горшка, что уменьшило желание делать это самому. Чем больше сопротивления оказывал Блейк, тем более настойчивыми становились родители, что вело к усугублению реакций противления с обеих сторон. Когда Сьюзен и Чарли совершили тактическое отступление для налаживания привязанности с сыном и полностью прекратили давление, развивающееся «я» Блейка вышло на передний план, и он начал снова пользоваться горшком. Стратегия с маленькими детьми заключается в том, чтобы не давать им замечать или чувствовать, что наши намерения сильнее, чем их собственные, особенно если нам требуется их сотрудничество – как в случае со сном, едой, одеванием, приучением к горшку и ежедневными гигиеническими процедурами.

Когда ребенок находится в процессе становления как самостоятельная личность, он любопытен, хочет пробовать новое, думает своей головой, видит варианты и возможности для выбора в жизни, хочет отличаться и стремится к независимости. Нам не стоит подталкивать или подгонять ребенка к автономии – нужно позволить естественным инстинктам противления проторить дорожку. Когда ребенок видит, что есть разные варианты и можно делать выбор, он естественным образом начинает чувствовать себя ответственным за свое решение. Вместе с этим появляется чувство вины по поводу негативного влияния своих действий на других людей. Мы не должны навязывать эти уроки нашим детям, здоровый рост и развитие проложат путь для возникновения ответственности. По мере развития и укрепления воли ребенка в подростковом возрасте, он начнет чувствовать и свободу, и автономию, которые придут вместе с волей, а также моральную ответственность и вину, свойственные самостоятельной личности.