Закономерзости бессознательного - Валерий Лейбин

* * *

Буквально в прошлом месяце мы гуляли с одной подругой, у нее зазвонил мобильный. После короткого телефонного разговора, она рассказала, что звонила наша общая знакомая и сообщила о рождении ребенка. Среди прочего подруга заметила: «Говорит все отлично, 10 баллов по какой-то там шкале». - «Ааа, - отвечаю я, - это по шкале...» Название вылетает у меня из головы. При этом в голову навязчиво лезет «шкала Жильбера». При этом я прекрасно понимаю, что шкала называется по-другому, причем отлично знаю ее название, так как во время практики в детской больнице слышала его сто миллионов раз.

Предыстория: следует сразу сказать, что родившую женщину я отлично знаю. В компании она имеет нехорошую репутацию, а именно слывет жуткой врушкой, просто патологической. То у нее идиллия в личной жизни, то муж-садист ее истязает, то еще какие-то байки, плохо друг с другом связанные. И вот в довольно зрелом возрасте (за 40) она встречает мужчину, влюбляется и беременеет. Причем ощущение от всей истории не очень приятное складывается, вроде как нужно ей его ребенком удержать. Почему я так категорично думаю? У дамы уже есть ребенок, который ей всегда был глубоко безразличен и рос с няньками-бабками (я какое-то время часто бывала в их семье). К тому же в последнее время дама перенесла несколько операций, пила много медикаментов, много курит. Для беременности картина не очень хорошая.

Анализ. Почему память подсовывает мне именно Жильбера? Некоторое время до инцидента у моей дочки Полинки были плохие анализы, мы должны были выявить причину и исключали всякие неполадки с поджелудочной и пр., в том числе этот самый синдром Жильбера. Тогда я все думала: тут рожаешь молодой, не пьешь, не куришь, ни таблетки не принимаешь, а у детей то одно, то другое. Когда же услышала про роды этой дамы, которая вся больная, у меня возникло недоверие насчет здоровья ребенка. Но Сверх-Я разве допускает такие циничные мысли? Нет. Вроде как это гадко не верить в таких вопросах, словно зла желать. Вот и сработало забывание, а ответ пришел в виде подмены. Стоило мне совершить анализ - сразу всплыла шкала Апгар.

* * *

В начале отношений мой будущий муж, споря или ругаясь со мной, часто называл меня по имени бывшей девушки. Меня это настолько раздражало, что я не могла адекватно с этим справляться, мне сразу начинало казаться, что он влюблен в другую, хотя это было невозможно, так как муж ненавидел свою бывшую и винил себя за то, что был в тех отношения. Он же совершенно не понимал, почему я так реагирую. Проанализировав это после лекции об ошибочных действиях, я поняла, что он, во-первых, приходил в ярость, когда мы ссорились по тем же причинам, за что он ненавидел и ссорился со своей бывшей. И во-вторых, когда он понимал, что причина ссоры похожа на ссору из предыдущих отношений, его психика начинала думать, что я - это его бывшая девушка. Когда я это поняла, мне стало намного легче.

Точно так же я, во время ссор называла его «Мам, прекрати, мам, отстань». Потому что ссоры были как с мамой, по тем же самым причинам.

* * *

Раньше я часто посещала бассейн, потому что сама очень люблю плавать и поэтому старалась приобщить своих детей-двойняшек к этому виду спорта. Сначала они, как и все маленькие дети, приходили обучение в «лягушатнике», т. е. в мелком бассейне. Потом их перевели в средний и, наконец, тех, кто мог уже самостоятельно плавать, выводили на «большую воду», т. е. во взрослый бассейн. Но иногда, как исключение, самых способных приобщали к взрослому плаванию раньше, давали как бы почувствовать глубину. Конечно же, у детей возникали разные чувства, и некоторые боялись потеряться в этой воде. Это примерно происходило так. Ребенок спускается по ступенькам в воду все ниже, пока где-то наполовину оказывается в воде. Потом тренер дает ему длинную палку типа удочки и просит его держаться за нее и работать ногами. Если все проходит благополучно, то постепенно ребенок держится одной рукой, а другой гребет, а когда он готов сам плыть, его просят работать двумя руками, но палкой страхуют.

Один раз я наблюдала за этим процессом, находясь, благодаря дружеским отношениям с тренером, совсем рядом с водой. Тренер Марина Львовна - с большим опытом работы в бассейне, отзывчивая, контактная, эмоциональная, любящая детей женщина. В тот день ее попросила мама одной маленькой, где-то лет пяти девочки, чтобы ее дочь попробовала хоть немного проплыть в большом бассейне, потому что она очень этого хочет. Девочка действительно была прилежной ученицей, и Марина Львовна согласилась попробовать. Выглядело это так: девочка спустилась в воду, ей дали «удочку», и она, схватившись за нее, поплыла. Но, отплывая все дальше от бортика, она начала все судорожней перебирать ногами и хвататься как будто всем телом за «палку». Марина Львовна стала ее настраивать на спокойствие, особыми методами подбадривая и похваливая. Когда стало что-то получаться, она попросила девочку грести одной рукой. И здесь произошло что-то невероятное. Малышка стала просить, чтобы Марина Тигровна не убирала руку. Она как бы молила: «Марина Тигровна, пожалуйста, Марина Тигровна, пожалуйста, не надо». Конечно, Марина Львовна благодаря своим приемам благополучно довезла девочку до бортика и успокоила. И мы, оставшись потом с ней наедине, от души посмеялись над таким забавным сходством звериного отчества.

Анализируя сейчас этот случай, я нахожу его примером ошибочного действия, о чем раньше бы не задумалась, более того посмеялась бы. Примером бессознательного страха, который проявился в забывании имени, в данном случае отчества, связанного с неким зверем. Девочка ассоциативно, бессознательно отчество Львовна, забыв его в страхе, выдала как Тигровна: все равно страшный зверь.

* * *

Я ехала домой в обеденное время (около 12 часов дня), мне в лицо светило солнце, мне стало приятно от его тепла, я подумала, что сегодня прекрасный день. Потом вспомнила слова подруги, что сегодня чудесный день. Она написала в Ватсапе фразу про «чудесный день» утром, пару часов назад (в 10 утра), тогда я еще не знала о том, что день прекрасный. Еще раньше утром (в 8 утра), до нашей переписки, я отвозила детей в школу и утро показалось мне холодным и неприятным. Следом за мыслью о прекрасном дне в моей голове начал крутиться стих «Вся жизнь моя печальным светом озарена». Я подумала, что это какое-то очень знакомое стихотворение с минорным настроением. Я была уверена, что это Пушкин, что мы с дочкой совсем недавно учили именно это стихотворение. Через несколько секунд я вспомнила оригинальное стихотворение «Зимнее утро», в нем есть похожая строчка: «Вся комната янтарным блеском озарена». Удивительно, что это стихотворение с совсем другим эмоциональным посылом, бодрое, радостное. (Мы с дочкой действительно учили его недавно, более того, я читала его вслух утром, когда везла детей в школу. Видимо, в тот момент, когда я ехала хмурым и холодным утром мне очень хотелось чего-то теплого и приятного, вот и возникли эти стихи.)

Мои размышления о том, почему я заменила слова в этом отрывке стихотворения (вместо «янтарным блеском» сказала «печальным светом»), снова вернули меня к разговору с подругой. Она делилась, что плохо себя чувствует, устала, никак не может принять свой возраст, настолько хочет быть молодой и здоровой, моложе и здоровее, чем есть на самом деле, что иногда даже думает о самоубийстве.