Мужчина мечты. Как массовая культура создавала образ идеального мужчины - Кэрол Дайхаус

Определенным преимуществом обладали женщины, которым довелось поработать в больнице до того, как они выбрали писательскую карьеру: их знания и навыки помогали избежать глупых ошибок в описании медицинских подробностей. Дольше всего на олимпе медицинского романа продержалась Бетти Нилс (1909–2001). По образованию медсестра и акушерка, она много лет проработала в британских и голландских больницах, а писать начала только на пенсии^[531]. Первая книга Нилс, «Сестра Питерс в Амстердаме» (Sister Peters in Amsterdam), была опубликована в 1969 году. Большую часть своих романов, от которых веяло «духом» пятидесятых, она написала в 1970–1980-х^[532]. Ее книги читают до сих пор, и «ретро»-составляющая ее историй особенно привлекает читателей^[533].

Обычно героинями Нилс становились честные трудолюбивые девушки, попавшие в трудные обстоятельства, – почти Золушки. От Золушки их отличала «обычная» внешность, благодаря которой читательницам было проще идентифицировать себя с героинями. Они редко оказывались худышками: многие женщины из романов Нилс высоки, полногруды, с широкой костью. Часто их формы называют «пышными». Один из ранних романов Нилс – «Амазонка в фартуке» (Amazon in an Apron), хотя позже его переименовали в «Голландскую медсестру» (Nurse in Holland). Возможно, издатель посчитал, что первая версия названия слишком сбивает с толку^[534]. Мужских героев Нилс можно назвать ходячими стереотипами. Богатые, влиятельные доктора или хирурги с отличной интуицией, обычно голландцы по происхождению. Фанаты Нилс даже придумали для их обозначения аббревиатуру БГД – богатые голландские доктора^[535]. Обычно эти герои носят неправдоподобные аристократические имена и титулы. Например, в книге «Сестра Питерс в Амстердаме» встречается барон профессор Конрад Бланкенар ван Эссен; в «Свадебном круизе» (Cruise to a Wedding, 1975) – барон Адам де Вольф ван Озинга; в «Охапке крапивы» (Grasp a Nettle, 1977) – профессор Эдуард ван Драак те Солендик; в «Британии в плавании» (Britannia all at Sea, 1978) – профессор Джейк Люитин ван Тин. Все эти мужчины были благородны и обязательно имели дорогие машины. Они управляли сверкающими «роллс-ройсами», которые шуршали гравием на подъезде к их шикарным домам. Некоторые предпочитали «бентли» или даже более экзотические машины марки Panther De Ville. Следить за их владениями помогали слуги, ну или по крайней мере экономки и дворецкие.

Книги Нилс запечатлели стремительно исчезающий мир. Как и сейчас, в последние десятилетия двадцатого века женщины читали ее романы, чтобы сбежать от повседневности и найти утешение. Чтение ее книг можно сравнить с заеданием стресса, так что не удивительно, что в них часто описывались приемы пищи. Героини Нилс постоянно готовили супчики, что-нибудь жарили и «не жалели сливок» на пудинг. В патриархальном мире Нилс богатые голландские доктора предлагали героиням защиту и возможность пользоваться классовыми привилегиями. До этого жизнь девушек и женщин нельзя было назвать модной: они самозабвенно трудились в мрачных клиниках или на ночных сменах в домах престарелых. Брак с богатым мужчиной классом выше давал им возможность убежать от нищеты и продемонстрировать свой потребительский вкус. Нилс часто одаряла своих героинь культурным капиталом: описывала, как те изучали античное или изобразительное искусство на книжных распродажах и аукционах антиквариата вместе с образованными, но разорившимися отцами или дядьями. Когда же богатые доктора, наконец, осознавали свою любовь к героиням, они немедля вручали им кредитки на шопинг в универмагах Harrods или Harvey Nichols.

Особую роль в медицинских романах Нилс играли честность и доверие – эти качества шли в комплекте с социальным классом и профессиональной этикой. Ее героини не искали родственные души – отношения, которые делали их счастливыми, основывались не на близости. Нет, для этого социальный разрыв между героями и героинями был слишком велик. Учитывая, каких ценностей придерживалась писательница и в какие времена она работала, не удивительно, что в ее книгах практически нет сексуальных сцен. Тем не менее мужчины – они ведь медики – демонстрировали ярко выраженное интуитивное понимание того, что творится в головах героинь. Идеальная романтическая история для Нилс целиком и полностью строилась на гендерных ролях и общих ценностях, среди которых – домашний очаг, быт и семейная жизнь (привилегированных классов общества). Ухаживая, ее герои постоянно говорят что-то вроде «Я заверну тебя в меха, дорогая»^[536]. Подобные обещания не могли не растопить сердца женщин, обреченных вкалывать без каких бы то ни было перспектив.

В поп-культуре послевоенного мира общие ценности считались основой близости и доверия, именно на них строился семейный очаг. Героини Бетти Нилс осознавали, что все эти доктора на самом деле зависят от них, когда им приходилось вместе работать в кризисных ситуациях, заботиться о больных, занемогших детях и одиноких вдовах. В романах Джорджетт Хейер, выходивших в 1950–1960-х годах и посвященных эпохе Регентства, героям не раз приходилось раскрывать свое истинное лицо, когда семейному состоянию героинь начинали угрожать азартные игры или безрассудное поведение и мотовство младших братьев. Герои были старше и умнее, а потому могли мудро и щедро разрешать вопросы, связанные с поведением молодых людей, причем для этого редко приходилось вступать в открытый конфликт – обычно толерантности и проявления авторитета было достаточно для решения подобных вопросов. Предполагалось, что подобный отцовско-братский авторитет основывается на уважении к членам семьи и родственным связям. Например, в романе «Нежданная любовь» лорд Деймрель тактично и понимающе относится к брату Венеции, начитанному инвалиду Обри^[537]. В романе «Котильон» (Cotillion, 1953) героиня Китти выстраивает крепкие братские отношения с Фредди и использует беднягу, полагаясь на его доброту и поддержку в решении практических вопросов^[538]. При этом Китти тянет к кузену Джеку, миловидному повесе. Она принимает незаинтересованность фатоватого Фредди в женщинах как данность, ведь он сам признался, что «не стремится никому залезть под юбку». Но постепенно Китти понимает, что ее возлюбленный повеса – всего лишь эгоцентричный авантюрист, а добросердечный Фредди – бесценная находка, потому что на него можно целиком и полностью положиться.