Эволюция сексуального влечения. Стратегии поиска партнеров - Дэвид М. Басс

Женщины применяют множество ухищрений, чтобы выглядеть лучше, в том числе и целый ряд обманных тактик. Они наклеивают искусственные ногти, чтобы кисти рук казались длиннее, а пальцы изящнее; они встают на каблуки, чтобы подчеркнуть длину ног, выпуклость ягодиц и форму икр; надевают темные платья и костюмы в вертикальную полоску, чтобы казаться стройнее; используют оттеночный крем, чтобы имитировать загар; втягивают живот или утягивают талию, чтобы увеличить разницу талия-бедра; носят специальное белье, чтобы улучшить фигуру; надевают бюстгальтеры со вставками, чтобы увеличить грудь; красят волосы, чтобы выглядеть моложе.

Женщины прекрасно осведомлены о важности внешности на рынке поиска партнера. Опросы женщин в барах для одиноких показали, что многие из них «после работы идут домой и полностью преображаются перед тем, как отправиться в бар». Часто перед выходом женщины принимают ванну, моют голову, наносят новый макияж и перебирают наряды, прежде чем остановиться на чем-то. «Наведение красоты для нас гораздо важнее, чем для мужчин — им не нужно так сильно беспокоиться о своей внешности»^[281]. Способность обратить на себя внимание мужчин сигнализирует о высокой партнерской ценности и пробуждает интерес еще большего числа мужчин. Благодаря этому женщина расширяет круг поклонников и может выбрать более ценного партнера.

Женщины не только стремятся улучшить свою внешность, они также стараются принизить внешние данные своих соперниц. В ходе исследования тактик очернения соперников женщины называли своих конкуренток толстыми, уродливыми и непривлекательными, говорили, что у них «огромные задницы» и бесформенные фигуры. Насмешки над обликом соперниц имеют большее значение в сфере краткосрочных связей, чем на брачном рынке. Кроме того, в обоих контекстах эта тактика более эффективна для мужчин, чем для женщин.

Женщины не упускают возможности очернить внешность других представительниц своего пола при общении с мужчинами, с женщинами из своего социального круга и даже с самими соперницами. Одна из посетительниц бара в дорогом отеле говорила, что она смотрит на прическу другой дамы и, не говоря ни слова, протягивает ей расческу. Иногда после этого оскорбленная женщина встает и уходит из бара. Таким образом, ей удается избавиться хотя бы от части соперниц. Удар по самовосприятию соперницы — один из способов расчистить поле для игры.

Публичное выражение презрения к внешности повышает эффективность тактики очернения соперников. Один из членов студенческого братства рассказывал, как товарищи безжалостно высмеивали его, узнав, что у него был секс с дурнушкой. Юноша испытал социальное унижение и потерял статус в глазах окружающих^[282].

Поскольку физическая привлекательность — качество, легко поддающееся прямому наблюдению, эти результаты ставят перед нами интересный вопрос: почему уничижительные словесные комментарии одних женщин в адрес других влияют на мнение мужчин, если они могут сами оценить привлекательность этих женщин? Отчасти это работает потому, что чужие комментарии способны менять восприятие. Женщина может обратить внимание мужчины на недостатки соперницы, которые раньше не привлекали его внимания или не были заметны с первого взгляда, например большие бедра, длинный нос, короткие пальцы, близко посаженные глаза или асимметричное лицо, после чего они действительно начинают бросаться ему в глаза. Людей без недостатков не бывает. Привлечение внимания к недостаткам повышает их значимость, особенно если подчеркиваются попытки замаскировать или скрыть слабое место. Женщины также пользуются тем, что на наши суждения о привлекательности влияют суждения других людей^[283]. Если мы знаем, что женщину считают непривлекательной, то это ухудшает нашу оценку. Помимо прочего знание о том, что другие члены нашего социального круга не считают женщину красивой, снижает ее партнерскую ценность. Даже в случае таких легко наблюдаемых качеств, как внешность и фигура, есть масса возможностей для использования тактики очернения.

Современная косметология играет на женской психологии соперничества за партнеров, и те женщины, которые не используют доступные им возможности улучшения внешности, снижают свои шансы на привлечение партнера. Эта ситуация порождает безудержное состязание за красоту, на которое сегодня уходят такое количество времени, сил и денег, каких еще не видела человеческая история. Женщины во всех культурах изменяют свою внешность, но, пожалуй, нигде это не происходит с таким размахом, как на Западе, где развита технология эксплуатации желания женщин выглядеть привлекательно, недоступная в традиционных обществах. Косметическая индустрия не столько создает мечты, сколько эксплуатирует уже имеющиеся.

Журналист Наоми Вулф говорит, что реклама создает ложный идеал — «миф о красоте» ради сексуального, экономического и политического порабощения женщин. Миф о красоте играет на причинно-следственных связях и сводит на нет все достижения феминизма в области улучшения условий жизни женщин. Некоторые считают, что пластическая хирургия груди и лица придумана специально для контроля женщин через медицину^[284]. Они говорят о том, что индустрией диетического питания, косметики и пластической хирургии, чей совместный бюджет превышает $53 млрд в год, движет желание подчинить женщин. Стандарты красоты субъективны — они прихотливо связаны с возрастом, сильно меняются от культуры к культуре, не универсальны по своей природе и, следовательно, не являются продуктом эволюции.

Эти наивные аргументы противоречат научным данным. Мифы сами по себе не создают причинно-следственных связей, это делают только люди, принимающие миф на веру. Структуры власти также сами по себе не обладают этой способностью — все дело в людях, в чьих руках находится власть. Идея мифа о красоте, выдвинутая Вулф, страшно нелестна для женщин. Она выставляет женщин пассивными жертвами, не имеющими собственных предпочтений и личности, которых подавляют и одурманивают некие силы — структуры власти, мифы и мужчины, вступившие в сговор с целью их порабощения.

Однако эволюционная психология показывает, что женщины обладают гораздо большей независимостью и свободой выбора при использовании тактик привлечения, чем нам пытаются внушить адепты мифа о красоте. Например, женщины, ищущие постоянного партнера, имеют в своем распоряжении широкий спектр тактик, в том числе демонстрацию верности, сигналы общности интересов и проявления интеллекта. Женщины покупают продукцию индустрии красоты не потому, что СМИ промыли им мозги, а потому, что использование этой продукции повышает их шансы на получение желаемого. Женщин не стоит считать дурочками, которыми манипулирует Мэдисон-авеню, они, опираясь на свои предпочтения, сами определяют, какие продукты потреблять — продукты, которые повышают их ценность как партнера, друга или члена группы.

Реклама, однако, все же вредит женщинам. Их бомбардируют спекулятивными, компьютерными образами идеала, недостижимого для большинства женщин. Это концентрирует внимание женщин на внешности в ущерб глубинным качествам личности, таким как интеллект, индивидуальность, коммуникабельность и сочувствие, которые также занимают важное место в предпочтениях мужчин. Косметическая индустрия эксплуатирует естественное внимание женщин к внешности и усиливает их неуверенность в себе, чрезмерно завышая стандарты привлекательности, которые связываются с тщательно отредактированными образами моделей мирового класса. Усиление видимой красоты моделей может привести к понижению самооценки тех, кто на них смотрит. Кроме того, это искажает как женское, так и мужское восприятие реальных людей на рынке поиска партнера.