Мистер Эго. Как жить в обществе и быть свободным от общества - Денис Пилипишин

В данном случае неважно, кто в большей степени прав. Данный пример – лишь небольшая иллюстрация того, как наше видение мира вообще зависит от исходного багажа знаний (используемых моделей). Разностороннее знание позволяет видеть мир гораздо глубже.

Наше восприятие не является независимым. Когда-то считалось, что сознание подобно чистой доске («tabula rasa»), и на нее проецируются более или менее объективные сведения из внешнего мира (Джон Локк), формируя картину мироздания как бы «с нуля». Однако было это в семнадцатом веке. С тех пор многое изменилось. Дальнейшее развитие науки показало, что представления о сознании как чистой доске действительности не соответствуют, поскольку существует множество факторов, опосредующих познавательный процесс. Так, В.В. Ильин, задаваясь вопросом о начале познания, выделяет сразу несколько уровней его опосредованности. Не останавливаясь на таких вещах, как «сенсомоторный практический наглядно-действительный интеллект, сращенный с предметной активностью», и влияние на мыследеятельность языка, уделим внимание более актуальным в разрезе нашего рассуждения моментам.

Сознание не является чистой доской, а познание не начинается с ощущения. С ощущения начинается взаимодействие человека с реальностью, а в познавательной активности значима роль субъективных состояний. Воспринимаемое человеком всегда соотносится с имеющимся запасом мыслей и знаний, которые неизбежно присутствуют, опосредуется «концептуальными, операциональными, эмоционально-волевыми, коммуникативными, интенциональными комплексами. Понимание этого разрушает миф о живом созерцании как отправной точке познавательных отношений. Живое созерцание – химера, пущенная в наукооборот теми, кто некритически абстрагируется от реальной объемности, многомерности архитектоники и динамики человеческих познавательных самоосуществлений» [15;249-250].

Более наглядное описание нашего процесса восприятия можно найти у разработчиков НЛП (нейролингвистического программирования) Ричарда Гриндера и Джона Бендлера. Они называют этот процесс схемой тройного вытеснения, которая показывает, каким образом воспринимаемая человеком информация трансформируется, сокращается и видоизменяется под действием разных причин, в том числе и имеющихся пластов знаний и моделей мира. Рассмотрим ее.

На входе мы имеем некий массив сенсорных сигналов – то есть, информацию в форме, доступной для распознания нашими органами чувств. Первое вытеснение происходит, когда перцептивный аппарат отсеивает так называемый «сенсорный шум» – сигналы, не несущие в данный момент полезной информации. Их осмысление не производится, и, находясь в стороне от луча внимания, они переходят в бессознательное. Сенсорным шумом может быть что угодно – шум уличного движения за окном или негромкий разговор за соседним столиком в ресторане. Отметим, что такие сигналы моментально перестают быть сенсорным шумом, если их содержание приобретает значимость. Например, если один из говорящих за соседним столиком вдруг прекратил разговор о погоде и перевел внимание на вас, выразив намерение совершить агрессивные действия ввиду того, что ваше лицо ему пришлось не по вкусу. В таких ситуациях обычно то, что было сенсорным шумом, сразу оказывается в центре внимания.

Когда же бесполезные сигналы отсеяны, оставшаяся часть, названная полезным сигналом, поступает в смыслообразующий блок, где наделяется смыслом, о-смысляется согласно имеющейся у человека информации. По завершении этого процесса определенный объем воспринятой информации оказывается излишним, и происходит его вытеснение, на сей раз в подсознательное. Когда сигнал является речью, это вытеснение обусловлено еще и избыточной информацией – в разных языках степень избыточности различается (в русском она достаточно велика, в японском – меньше), но в любом языке есть. Избыточность повышает надежность передачи сигнала – если сенсорный шум силен и вы не расслышали часть сказанного, смысловые повторы в других частях помогут вам понять суть.

Следующий процесс – референция, то есть оценка осмысленного сигнала. Для этого необходим не весь комплекс восприятия, а только отдельные его параметры, по которым и производится оценка. Данный процесс весьма сложен, что, в частности, обусловлено подвижностью внимания, в свою очередь, связанной с изменением мотивации. В определенном смысле, в каждый момент времени мы сознательно воспринимаем только то, что оцениваем. Произведенная референция порождает третье вытеснение – устранение сигналов, в той или иной степени противоречащих оценке. Понятно, что протекание и результат оценки определяется уже имеющимся у субъекта знанием.

В результате на выходе из референтного блока информация оказывается неполной, причем настолько, что на ее основе затруднительно (а порой, невозможно) создать цельный образ воспринятого. Для восполнения существует процесс достройки, иногда называемый «галлюционированием», суть которого состоит в том, что все утерянные после ряда вытеснений компоненты заменяются при помощи продуктивной части перцептивного аппарата, иными словами, картина дополняется сконструированными в сознании элементами. Конструирование происходит на основе элементов моделей реальности, содержащихся в сознании.

Какое отношение имеют приведенные примеры к познанию как пути позитивного маргинала? На наш взгляд, самое непосредственное. Ведь фактически они иллюстрируют, что информация, поступающая в наше сознание, зависит от уже имеющегося его содержания. И следовательно, работая с содержанием сознания, мы изменяем восприятие в целом, обретаем разностороннюю картину мира, начинаем видеть новое. Возрастает уровень осознанности нашей жизни.

Вспомните пример с брачующимся трактористом. Используемые им модели, по которым он строит свое восприятие мира, не только примитивны и убоги, но и представлены в крайне ограниченном числе. Следовательно, ограничена и его свобода, открыты возможности для манипуляции им со стороны заинтересованных лиц. Иное, если человек (хотя бы в некоторой степени) осознает собственные предпосылки и модели восприятия. В таком случае перед ним открываются большие возможности по совершенствованию себя и эффективному взаимодействию с другими.

Постановка такой задачи самопостижения делает неизбежным переадресование к философским принципам, лежащим в основе нашего мировоззрения. Философская составляющая весьма плодотворна, и вот почему. Хотя людям, мало сведущим в философии, последняя представляется оторванной от реального бытия абстракцией, в действительности философия пронизывает нашу обыденную жизнь. Ведь изначально философские вопросы беспокоили каждого думающего человека. Кто я такой? Зачем я живу? В чем смысл моего существования? Каким должно быть гуманное устройство общества? Какой быть семье? Что такое справедливость? Что есть истина? Существует ли Бог? И так далее, и тому подобное. В определенном смысле, долг каждого развитого человека – найти для себя свой вариант ответов. (А что такое «долг», кстати?) И только лица, подобные описанному в самом начале нашего изложения трактористу, заранее знают все ответы (точнее, им так кажется), поскольку в качестве таковых используют примитивные шаблоны.