Мужчина мечты. Как массовая культура создавала образ идеального мужчины - Кэрол Дайхаус

Феминистки как могли критиковали романтические мечты о встрече с «Единственным», называли их заблуждениями и обманом, а романтическую литературу – аналогом галлюциногена, разрушающего женский мозг. Например, Жермен Грир бескомпромиссно осуждала «возбуждающий вздор» авторства Барбары Картленд и «ей подобных»^[16]. Однако даже несмотря на то, что феминизм второй волны набирал обороты, продажи любовных романов издательств Mills and Boon и Harlequin упорно росли. С чем это связано? Почему многие женщины становились зависимыми от чтения романтической литературы?

Ученые феминистки спорили о том, можно ли назвать эту зависимость попыткой женщин одурманить самих себя, чтобы следовать установленному мужчинами социальному порядку; или же это скорее компенсаторные эскапистские фантазии, помогающие скрыть от самих себя связанные с этим укладом несчастья. Не было согласия и в отношении того, как подобные фантазии работали. Были ли любовные романы территорией, где бескомпромиссные мужественные герои изменяли женщин под себя? Или же наоборот, женщины в своих фантазиях перекраивали мужчин: в рассказах, где герои страстно влюблялись и в конце концов падали к ногам героинь и голоса их хрипли от желания в мольбах о заключении брака? Можно ли сказать, что в романтических сценариях мужчины переживали трансформацию, приручение – ради семейной жизни и вечной любви? В 1970-х и позже женская независимость все больше крепла, и героини любовных романов становились разнообразнее и интереснее. Уходила жеманность, рос интерес к сексу. Но воплощения воображаемого героя, который прижимал героиню к своей сильной груди, образы привлекательной мужественности менялись намного медленнее.

1970-е – десятилетие, когда девочки-подростки сметали с прилавков модный журнал Jackie. Продажи порой доходили до 606 000 экземпляров (в 1976-м), и его популярность всерьез испугала феминисток. Они переживали, что молодых девушек и даже девочек соблазняли романтические комиксы, в которых неэгоистичное, женственное поведение позволяло в конце концов получить приз в виде настоящей любви парня^[17]. Любой молодой человек со струящимися волосами, в расклешенных штанах и рубашке с цветами мог превратиться в прекрасного принца, если только девочка будет правильно себя вести. Предполагалось, что настоящая любовь принесет чувство удовлетворенности, ведь именно она – смысл жизни девушки. Обложки и развороты Jackie старательно продвигали новое поколение любимых женщинами певцов: в начале 1970-х особую популярность завоевали Дэвид Эссекс и Дэвид Кэссиди. На развороте номера журнала, выпущенного ко Дню святого Валентина, красовалась фотография Дэвида Эссекса, робко сжимающего огромную коробку конфет в форме сердца, покрытую атласными лентами и розами. В 1980-х гегемония журнала Jackie завершилась, и его место заняли журналы, ориентированные на знаменитостей, и более сексуально изощренные издания.

В 1980-х особенно популярными среди девушек стали бой-бенды; при этом быстро менялись средства массовой информации, с помощью которых такие группы продвигались и попадали к поклонницам. Теперь выступления можно было смотреть снова и снова, стоило только нажать на кнопку. Поп-видео, появление MTV, смартфоны и стремительное развитие интернет-СМИ меняли формы поклонения девочек молодым поп-исполнителям – вспомним популярность Джастина Бибера или огромную и быстро менявшуюся армию поклонниц группы One Direction. По мере развития социальных сетей, роста популярности блогов, роста числа фанфиков и слеша женщины научились выражать свои желания намного громче; и хотя их увлечения чаще оказывались кратковременными, игнорировать их стало намного сложнее, чем каких-то двадцать лет назад.

Сильно ли изменились объекты девичьих желаний за последние полстолетия? Отличается ли чем-то сумасшедший фанатизм поклонниц One Direction в двадцать первом веке от битломании 1960-х? Определенная преемственность, безусловно, есть, но стили и образы мужественности очень сильно отличаются, как и средства выражения любви, которые используют поклонники. Печально известна непредсказуемость поведения современных фанаток: вспомним хотя бы, как поклонники One Direction атаковали редакторов GQ в Twitter после того, как осенью 2013 года вышел номер журнала с популярной группой на обложке^[18]. Многим фанатам показалось, что парней изобразили до неприятного сладострастными, – что и породило ураган «угроз смерти» и оскорблений^[19].

Исполнители-мальчики, которых можно назвать «красавчиками» или «милашками», готовые паясничать ради удовольствия публики, вызывали сильные страстные чувства у молодых (и не очень) женщин практически с 1980-х. За последние тридцать лет стала очевидной еще одна тенденция – увлечение симпатичными вампирами. Образ вампира как страстно желанного молодого человека (по возрасту, возможно, совсем не молодого, но с юношеским телом) стал популярен после выхода серии книг «Вампирские хроники» Энн Райс в 1970-х и 1980-х, а также благодаря их экранизациям, особенно фильму «Интервью с вампиром», который вышел в 1994 году. Том Круз сыграл вампира Лестата де Лионкура – олицетворение головокружительной смеси французского аристократизма и качеств рок-звезды; Брэду Питту досталась роль его неуравновешенного и чувствительного товарища, Луи де Пон дю Лака. Или Эдвард Каллен, герой серии романтических книг про вампиров «Сумерки» Стефани Майер. Сама автор описала его как мужчину «сверкающего» и волнующе красивого. В 2008-м он появился на экранах в исполнении Роберта Паттинсона и тут же стал культовым персонажем для девочек и женщин по всему миру. О его привлекательности для представительниц разных возрастных групп свидетельствовали интернет-сообщества «сумеречных мамочек». Массовый рост популярности романов о вампирах за последние несколько десятилетий заинтересовал многих наблюдателей. Появился новый тип любимцев женщин, и доказательством тому являются многочисленные интернет-сайты с голосованиями за «10 самых сексуальных вампиров» и т. п.^[20]