Раскрытие безграничных возможностей, или Сюрприз от предков. Уникальная технология - Наталья Цветкова

Носитель этой ловушки – удачная мишень для внимательного бизнес-конкурента. Разоружить его довольно просто: достаточно переманить его сотрудников из числа тех, кто еще не окончательно задавлен комплексами, но уже ищет аварийный выход. Для «охотника за головами» такие сотрудники представляют собой вполне удобный вариант: для них даже не требуется вдвое увеличивать сумму в контракте на работу в новой компании. От такого босса, внушающего трепет, страх и тоскливое чувство вины, люди согласятся уйти фактически на те же деньги за одну лишь возможность забыть о ежедневной публичной пытке.

СТОП-КАДР ИЗ ЛИЧНОГО ДЕЛА

Заложник ловушки № 3

Имя: Кира

Возраст: 24 года

Сфера деятельности: издательское дело

«В это сложно поверить: всего за шесть месяцев в профессиональном плане я скатилась до почти нулевой отметки. Не могу взять в толк, как такое могло случиться со мной: мне стало почти неинтересно то, что безумно нравилось последние пять лет». Эти откровения немного эпатажная с виду девушка Кира бросила мне прямо с порога, причем с интонацией человека, у которого минуту назад угнали машину, а он, вот досада, забыл, как ему ходить пешком.

Профессиональная планка, известное дело, сама по себе не падает вдруг и сразу. И мы с Кирой попытались вырулить на дорогу из темного леса, куда она, как выяснилось, въехала не по доброй воле.

Поначалу мне показалось, что проблема Киры, как и многих молодых амбициозных специалистов, кроется в том, что она с самого своего старта так завысила планку и скорость продвижения к ней, что сейчас просто не выдерживает накала, устала и потому впадает в уныние. Такое случается. Но оказалось, что у девушки, пришедшей ко мне на консультацию, случай иной.

Еще на последних курсах полиграфического института Кира начала совмещать теорию с практикой. С ее способностями «попасть в яблочко» – найти единственно верные в каждом случае детали книги, усиливающие содержание, она была нарасхват. Ее креативность приносила прибыль издательствам, где она стажировалась. Ничего удивительного, что издательства предлагали Кире сотрудничество, а после получения диплома – контракт с возможностями продвижения.

Кира была редкой породы: у нее был нюх на то, какую литературу и как красиво и выгодно нужно подать определенному сегменту читателей. Не без ее помощи книги, давно вышедшие в тираж, переиздавались и находили спрос.

За пять лет учебы она, активная и заводная, завела немало знакомств с иллюстраторами, техническими редакторами, карикатуристами, литературными редакторами. Словом, знала, кто чем дышит и кто сколько стоит в том мире, где она стала своей.

Было у нее и еще одно счастливое обстоятельство: она действительно получала удовольствие от выбранного дела, а потому имела все шансы на успех в издательском бизнесе. Если бы не один существенный фактор риска – человеческий.

Своим первым местом постоянной работы Кира выбрала солидное издательство с многолетней историей, солидными традициями и прекрасной репутацией. И пришла туда с распахнутым навстречу будущим победам сердцем.

Трудности возникли в образе ее непосредственной начальницы Татьяны Яковлевны. Кира жила с уверенностью, что начальство, как и родителей, не выбирают. Просто надо искать компромиссы, и успех не заставит себя ждать. Надо показать руководителю, что она очень перспективная и у нее есть много своих идей. Не зря же ее рекомендовали сюда, в один из старейших издательских домов Москвы. Правда, на скромную должность менеджера спецпроектов, но Киру это только раззадоривало.

При первом знакомстве начальница произвела на нее впечатление дельного, уверенного в себе человека, разве что слегка надменного. Из тех, кто любит держать дистанцию с сотрудниками. Кира и себя без ложной скромности считала дельной и не сомневалась: два таких человека вместе поднимут волны в этом консервативном подразделении.

Волны действительно вскоре поднялись. Но, к ее удивлению, вовсе не те, что она ожидала: не волны творчества от общения с многоликими авторами – интересными и разными, а волна раздражения со стороны босса и волна удивления с ее, Кириной, стороны.

Но обо всем по порядку.

За любимое дело на новом месте Кира взялась с энтузиазмом. Чтобы не тратить время зря, сразу же составила план работы, где изложила свое видение оформления новой книжной серии. Вполне довольная собой, она тут же решила обсудить свои идеи с боссом.

Татьяна Яковлевна, занимавшая кресло начальника отдела без малого десять лет, скривила губы в полуулыбке, когда новоиспеченная менеджер с азартом в голосе принялась делиться с ней умными мыслями. Дослушав бойкого воробышка (как она окрестила про себя новую сотрудницу) до конца, она выдержала почти мхатовскую паузу, окатила Киру ледяным взглядом и лишь тогда выдала свое резюме услышанному: «Ты, видимо, еще не поняла, куда попала: здесь не полигон для испытаний! Не надо прыгать выше головы. Все уже придумано до тебя. Сейчас требуется только одно – исполнительность и четкое выполнение заданий. Все. Можешь пока идти».

Кира даже не нашла что сказать и молча вышла: с такой реакцией на свои предложения она столкнулась впервые. Может, ее просто не поняли и надо все как следует объяснить, судорожно размышляла она, прокручивая в голове свои слова и начальницы. Особенно про «голову, выше которой не надо прыгать». «Наверное, намекала на свою голову», – усмехнулась Кира. Но вернуться, чтобы уточнить, права ли она, она почему-то не посмела, слишком много металла послышалось ей в тоне шефини. В итоге новая сотрудница, совсем недавно окрыленная большими перспективами, спикировала, как подбитый из рогатки птенец, обратно на свое место.

Коллеги встретили новенькую дежурным для них вопросом: «Ну и в каком ОНА сегодня настроении?» Кира с удивлением узнала, что от настроения Татьяны Яковлевны зависело спокойствие ее сотрудников. Неподражаемые интонации босса были невидимым флюгером, по которому определяли направление ветра и прочие погодные условия в микромире: будет ли сегодня буря, гроза, а может, повезет и выглянет солнце?

За глаза ЕЕ называли по-разному: кто-то почти благоговейно железной леди, другие с плохо скрываемой досадой стопроцентной стервой. Сходились в одном: когда кто-либо входил в ее кабинет, возникало странное ощущение, будто тебя сажают на электрический стул. Даже если шефиня благодушно улыбалась, разговоры с ней люди старались свести к минимуму: из серии «да», «нет», «не знаю».

Нет, она редко повышала голос. Но пренебрежение, которым она сбивала с ног объект своего неудовольствия, становилось мучительной пыткой. Человек, обескураженный тем, как изощренно его унизили, пытался вернуть равновесие любым способом, иногда даже язвительными шутками в адрес более удачливых коллег. Неудивительно, что под «чутким» руководством Татьяны Яковлевны удерживались немногие: «Здесь год за два», – дразнили новичков опытные сотрудники, которые гордились, что они смогли адаптироваться под крутой нрав босса.

Наблюдательная Кира, сознательно притормозившая свойственную ей активность, заметила, что выживали здесь отнюдь не матерые профессионалы, а неуверенные в себе флегматики, вжившиеся в спасительный образ униженных со скорбным взглядом, как будто говорящим: «С меня нечего взять, я такой, как есть».