Ведьмы и герои. Феминистский подход к юнгианской психотерапии семейных пар - Полли Янг-Айзендрат

Хотя состав гормонов и структура мозга не идентичны у мужчин и женщин, эти различия не мешают многим мужчинам проявлять чуткость и нежность в межличностных отношениях, заботиться о близких людях, плакать и ценить свою зависимость от других. Каждый из нас в принципе способен проявлять материнскую заботу и привязанность по отношению к детям, хотя у нас могут быть разные уровни порогов для реакций, связанных с проявлением чуткости и заботы. Результаты исследования психолога Джона Мани, посвятившего себя изучению развития половой идентичности у мужчин и женщин, свидетельствуют о том, что основные половые особенности поведения людей (за исключением способности мужчин к оплодотворению и наличия у женщин периодов менструации, беременности и кормления) потенциально присутствуют у обоих полов. Он пишет:

Почти все половые различия в поведении людей следует считать не абсолютными, а относительными, зависящими от порогового уровня запуска того или иного стиля поведения. Иными словами, даже наиболее яркие формы проявления полового поведения можно наблюдать у представителей разных полов, которые, однако, будут различаться по пороговому уровню запуска такого поведения[51].

Мани изучал разновидности типичных гормональных моделей поведения людей разного пола и пришел к выводу, что в формировании и сохранении половой идентичности социализация играет более важную роль, чем биология. Разумеется, между этими двумя факторами в жизни любого человека существует сложная связь, но Мани обнаружил, что установки и представления людей относительно «мужского» и «женского» стилей поведения влияют на половую идентичность гораздо больше, чем гормоны и строение половых органов. Он приводит пример заботливого поведения лабораторных самцов-крыс:

Вы можете заставить строить гнездо и заботиться о детенышах даже самого буйного самца крысы, который не любит присматривать за потомством, если каждый день в течение недели будете прилежно класть с ним рядом новый выводок… В конце концов он начнет строить гнездо, суетиться над выводком, перетаскивать крысят с места на место и присматривать за ними. То есть он будет проявлять именно такой тип родительского поведения, который обычно демонстрируют самки[52].

Можно предположить, что если архетип Великой Матери существует у крыс-самцов, он должен существовать и у мужчин. Результаты исследования Джона Мани свидетельствуют о том, что проявление привязанности и заботы является не биологически обусловленным и исключительно женским, а прежде всего социально обусловленным поведением.

Исследование, проведенное супругами Харлоу, не менее поучительно для «мужей-героев», которые требуют убедительных фактов[53]. В ходе этого исследования выяснилось, что хотя самки мартышек начинают спонтанно проявлять заботу о своем потомстве сразу после рождения, их забота обусловлена скорее социальными, чем биологическими причинами. В лаборатории были самки мартышек, которые оказались «плохими» матерями, так как в свое время их отняли у матерей сразу после рождения и вырастили в изоляции. Когда эти отдельно выращенные мартышки обзавелись потомством, они не могли выполнять материнские функции и даже вели себя агрессивно по отношению к своим детенышам. Умение любить и проявлять заботу – это опыт, который мы получаем с раннего детства и на протяжении всей жизни, и такой опыт важен как для мартышек, так и для людей.

Изучая племя Ману в Новой Гвинее, Маргарет Мид обнаружила, что мужчины этого племени принимали активное участие в воспитании детей[54]. Они играли с детьми после утренней рыбной ловли и получали от этого явное удовольствие, а женщины в это время занимались различными делами. Матери на практике обучали детей, как избежать той или иной опасности, например, заставляли малышей цепляться за шею взрослого, чтобы не упасть в воду, или учили их держаться подальше от огня. Мид не нашла ничего удивительного в том, что дети с радостью общались с отцами и, как правило, избегали своих матерей. Женщины часто на глазах у детей подвергались насилию со стороны мужчин, поэтому у детей развивалась сильная преданность отцу. Когда Мид принесла в это племя кукол, мальчики спонтанно играли с ними даже больше, чем девочки.

Результаты этих наблюдений показывают, что умение проявлять заботу и воспитывать детей может быть развито как у мужчин, так и у женщин. В нашем обществе, как и в других развитых обществах, взрослые мужчины редко посвящают себя воспитанию детей. Так как деятельность, связанная с воспитанием, не поощряется материально и не имеет высокого статуса (даже если это профессиональная деятельность учителя, воспитателя или социального работника), а связанным с ней умениям и навыкам уделяется мало внимания, то сложилось мнение, что они передаются по наследству.

Процесс переоценки задачи воспитания детей начинается с подтверждения важности и сложности этого вида деятельности, и уже затем рассматривается вопрос о перераспределении обязанностей. Чаще всего пары, имеющие свободные отношения или феминистские взгляды, в начале терапии не могут сделать этот первый шаг и, следовательно, не видят личной необходимости или особого смысла в обычной задаче воспитания детей. Принятие вытесненной фемининности означает признание ущемления прав женщин, ценности воспитательной деятельности и связанных с ней сложностей и требований необходимых знаний, а также интеграцию фемининных элементов личности. Когда существует структура «Гавейн-ведьма», типичная для негативного материнского комплекса, женщина идентифицирует себя с ведьмой, а ее муж старается приспособиться к ее требованиям. В действительности он лишь внешне стремится соответствовать идеалу, и оба партнера постоянно ощущают фальшь в его притязании на такое соответствие, даже если они не в состоянии открыто выразить свои чувства. Женщина, как правило, начинает проявлять безразличие к исполнению прежде привлекательной для нее роли жены, любовницы, матери и заботливой хозяйки. Она может утратить интерес к интимным отношениям и стать совершенно равнодушной к тем подаркам – украшениям, недвижимости или другим материальным благам, – которые супруг обещает ей в обмен на ее теплоту и заботу о нем. Хотя женщина бессознательно ощущает правоту своих взглядов («Я знаю ответ»), на уровне сознания она будет испытывать сомнения. Сомнения в реальности своих переживаний, в ценности своей эмоциональной жизни и своей способности заботиться о других могут привести женщину к мысли, что она попросту сходит с ума.

Поскольку женщина тоже знает «факты» окружающей ее социальной жизни и тоже признает важность всего рационального, она будет считать свою иррациональную эмоциональность источником всех неприятностей. Как же можно оставаться такой ведьмой, если муж, оказывается, делает все, что она просит? Женщина ощущает себя виноватой, и ей становится стыдно за свои чувства, за ту ярость и гнев, которые не дают ей покоя. Она может желать большей автономии и свободы в ощущении своего Я (интеграция анимуса), но не способна довериться этому желанию, так же как не может принять на веру, что ее партнер искренен в желании принять в объятия ее саму и весь ее мир.