Говорят серийные убийцы. Пять историй маньяков - Джоэл Норрис

Из одиночной камеры техасской тюрьмы, где Люкас сидел с 1983 года, его перевели в отделение для смертников Федеральной тюрьмы в Хантсвилле. Запас приговоров для обжалования почти закончился. В Джорджтауне его день был полностью занят: убийца появлялся на национальном телевидении, давал интервью журналам, позировал перед фотокорреспондентами, проходил обследования. Однако по-прежнему оставался загадкой. Люкас продолжал сообщать полиции о преступлениях, детективы мчались за новым трупом через всю страну, чтобы в итоге выяснить: тщательно описанная Люкасом жертва убийства жива-здорова.

Генри Люкас являет собой типичный пример человека с отклонениями в поведении, отнесенный нами к категории серийных убийц. Согласно его показаниям, которые полиции удалось проверить, он совершил по меньшей мере три убийства. Возможно, подлинное число жертв гораздо больше. Заключенный характеризуется как социопат с инвалидизирующим нарушением характера, его поступки не поддаются традиционным диагнозам психиатрии, и в определенных коллективах, например в больнице или тюрьме, он вел себя почти как нормальный человек: оглядывался на свои преступления с искренним раскаянием, которого не могли объяснить даже опытнейшие полицейские офицеры и психологи. Временами казалось, что Люкас ими манипулирует. На самом деле раскаяние Люкаса явилось результатом его пребывания в стабильной среде. Находясь в учреждении, Люкас соблюдал строгий режим дня, он беседовал со священниками – те впервые всерьез восприняли его галлюцинации и признания в преступлениях – и, по его утверждениям, прошел несколько стадий обращения в веру. Похоже, в Джорджтауне благодаря четко организованной системе началось его эмоциональное взросление. Это не парадокс. Это типичная перемена, свойственная серийному убийце, окончательно оказавшемуся за решеткой, привыкающему к тюрьме и к своему новому начальству.

Сложность поведения Люкаса, комплекс его медицинских и психологических проблем – это результат многочисленных издевательств в детстве, а также тяжелая мозговая травма. Компьютерная томография и исследование методом ядерного магнитного резонанса показали, что повторяющиеся травмы головы повредили участки его мозга, которые управляют основными чувствами, такими как любовь, ненависть, страх. Хроническая наркомания и алкоголизм внесли свой вклад в криминальное поведение, ослабляя волевой контроль над эмоциями, углубляя и удлиняя периоды провалов в сознании. По словам Люкаса, перед каждым убийством он всегда много пил. Кроме того, повышенное содержание свинца и кадмия в его крови указывает на «отсутствие гибкости» личности, то есть на неспособность справиться с какими-либо негативными ситуациями. Все эти факторы: повреждение мозга, крайняя жестокость, пережитая им в детстве, злоупотребление химическими веществами и отсутствие гибкости – образовали чудовищный сплав, вследствие чего Люкас неизбежно превратился в серийного убийцу. Каждый из аспектов его личности в отдельности мог бы стать лишь чертой характера психически ущербного человека, если бы не отрицательное воздействие родителей, которое привело Люкаса к выводу, что жизнь не имеет ценности, а он сам ничего не стоит в этом враждебном мире. Как будто слова матери, постоянно твердившей, что из сына «ничего хорошего не выйдет», сделались пророчеством и материализовались. Именно этот фактор послужил катализатором, собравшим воедино остальные, и превратил его в жестокого индивидуума, способного общаться только с мертвыми.

Люкас оживал только в смерти другого человека. Он обретал сексуальную потенцию лишь после того, как забивал или душил сексуального партнера до коматозного состояния или до смерти, а затем насиловал. Он существовал среди живых, загримировавшись и замаскировавшись, никому не доверяя. Он убивал даже друзей; зарезал Бекки Пауэлл, которая поступила с ним так же, как раньше его мать. Вероятно, Кейт Рич была убита из-за того же. Он потерпел фиаско во всех своих положительных начинаниях, ему удавались одни убийства.

Клиническое обследование Генри Ли Люкаса, проведенное после вынесения смертного приговора специально для этой книги, выявило у него обширное повреждение головного мозга, особенно лобной доли. У заключенного обнаружены также повреждение височной доли и скопление спинномозговой жидкости в основании головного мозга. Увеличение ткани сильвиевой борозды за счет окружающей ткани указывает на значительную потерю способности к формулированию суждений как результат травм, полученных в детстве. Невропатологи, комментируя результаты исследований, подтвердили, что данная мозговая аномалия характерна для индивидуума, неспособного контролировать жестокость в той мере, в какой это делает большинство здоровых людей.

Неврологический диагноз дополняется обнаруженными симптомами гиперграфии – неспособности контролировать самовыражение на письме, в рисовании и в речи, а также периодами провалов или сумеречности сознания, во время которых человек долгое время испытывает ощущение парения в воздухе и неспособность воспринимать окружающие его предметы. Кроме того, чувство парения указывает на форму скрытой эпилепсии. Для ее диагностирования требуется постоянный контроль ЭЭГ в течение от тридцати шести до сорока восьми часов. Столь длительный контроль нужен для того, чтобы прибор зафиксировал пресловутые острые пики, соответствующие приступам. Гиперрелигиозность и гиперпретенциозность Люкаса являются особенностью людей с повреждением височной доли головного мозга. Потеря способности к суждению, невозможность поддерживать эмоциональное равновесие на основе логики и сенсорных сигналов вызывают обратную связь, когда бредовые фантазии больного воображения становятся для человека реальностью. Признак такого симптома – «возрождение» Люкаса к христианству, произошедшее в тюремной камере всего через несколько лет после того, как во Флориде и Техасе он был буквально заворожен сатанинскими идеями. Даже после обращения в христианство Люкас продолжает лгать и манипулировать окружающими с почти сверхъестественным чутьем к тому, чего, по его соображениям, от него хотят.

Токсикологические тесты свидетельствуют, что повышенное содержание свинца и кадмия, присутствующее в нервной ткани, в сочетании с многолетним отравлением наркотиками и алкоголем разрушило значительную часть мозга, не оставив ему способности восстанавливаться физически или психически. В медицинском обследовании Люкаса документально подтверждены три признака повышенного содержания кадмия в крови: потеря памяти на сновидения, чрезвычайно сильный запах, исходящий от тела, и потеря обоняния. Люкас и теперь не может вспомнить своих снов, и, по его утверждению, однажды он трое суток ехал в автомобиле и вез отрезанную голову одной из своих жертв, не чувствуя запаха разложения.

Подобно всем серийным убийцам, Люкас продемонстрировал эксцентричную и жестокую сексуальную активность с характерной неясностью сексуальной ориентации, еще до первого серьезного преступления. Он утверждает, что занимался сексом с родственниками, совершал акты скотоложества, а также удовлетворял свои сексуальные потребности с убитыми жертвами. По его словам, он убивал, чтобы обрести сексуальную потенцию, потому что был не способен к близости с живым человеком, так как партнер самим фактом своего существования бросал вызов превосходству Люкаса и представлял для него смертельную угрозу. Мать настолько разрушила у Люкаса сознание факта его жизни на земле, что он и сегодня считает, что для сексуальных отношений с человеком того необходимо убить. А убив жертву, если отношения с ней, с точки зрения Люкаса, сложились благоприятно, он начинал скорбеть о жертве и о себе. Если отношения ограничивались сексом, он совершал коитус с трупом и закапывал тело в неглубокую яму в придорожном кювете.