Бойся, я с тобой. Страшная книга о роковых и неотразимых - Таня Танк

Больше 20 лет доктор Быков пудрит мозги бывшей однокурснице Анастасии Кисегач. Сейчас она главврач, а Быков – завотделением, и он очень «прикольно» (комедия ведь) вампирит на женщине. Однажды Анастасия бросает Быкова и начинает крутить роман с другим. Быков озадачен. Ему надо вернуть «любимую». Для этого он пускает в ход хитрую манипуляцию.

Сцена первая. Кисегач проводит совещание. Среди присутствующих – Быков. В конце своего доклада он заявляет громко и отчетливо, что хочет Анастасию и она самая прекрасная из женщин, которых он знал. Кисегач поднимает на него удивленные глаза. Но Быков смотрит на нее холодно и деловито. Кисегач обводит взглядом коллег: у всех постные физиономии. Как будто Быков и не говорил того, что она услышала. Словно в подтверждение ее мыслей Быков говорит: «Да, Анастасия Константиновна, я повторяю, что очень хочу новый рентген-аппарат для отделения!»

За дверями кабинета Быков благодарит «мужиков» за услугу. Все весело ржут над розыгрышем.

Сцена вторая. Кисегач обсуждает деловые вопросы с врачом Купитманом. Поодаль Быков работает с документами. Вдруг он произносит: «Настя, ты так прекрасна, выпроводи скорее этого старого дурака, и займемся сексом».

Кисегач удивленно смотрит на Быкова, но он как ни в чем не бывало продолжает заполнять формуляр. Он даже голову не поднял. Кисегач смотрит на Купитмана – тот тоже чрезвычайно серьезен. Он явно не слышал ни про секс, ни про старого дурака.

Когда Купитман уходит, Кисегач спрашивает Быкова, что могут означать слуховые галлюцинации и не стоит ли ей проконсультироваться у психиатра. Быков согласно кивает.

Сцена третья. Психиатр внушает Кисегач, что эти слуховые галлюцинации возникают потому, что вся ее суть стремится к Быкову, но поскольку Кисегач волевым усилием наступает на горло собственной песне – вот подсознание и проявляет себя таким образом. Вкрай озадаченная Анастасия покидает психиатра, а он докладывает Быкову о выполненном поручении. Правда, высказывает сомнение, не сильно ли он нарушил этику. Но розыгрыш столь «приколен», что психиатр вслед за Быковым прыскает со смеху.

Про подобную штучку в исполнении одноклассника-психопата рассказала мне и читательница. К учительнице Анастасии Ивановне он обращался намеренно нечленораздельно, что звучало как «отсоси, Ивановна». Женщина терялась, злилась, но предъявить «находчивому» ученику ничего не могла. Поскольку понимала: ей тут же скажут, что «послышалось», да еще со скабрезной улыбкой, намекающей на ее сексуальную озабоченность.

Изуверским газлайтингом занимается и герой моего детектива «Няка»: он намеренно раскармливает жертву, заменяя ее вещи на аналогичные, но больше размером. При этом уверяет, что девушка не поправилась, что ей это только кажется.

Газлайтит жену и Генрих фон Айзенштайн в «Летучей мыши», убеждая ее, что ездил на охоту не с госпожой Эммой Шульц, а с собакой Шульца по кличке Эмма. Подтекст такой: «Конечно же, ты права, я изменяю тебе направо и налево, но сейчас я докажу, что все это – исключительно твои фантазии и ты просто ревнивая истеричка».

Очень «творческий» газлайтинг увидела недавно в сериале «Отель «Элеон». Группа сотрудников ресторана решает напугать своего беззаветно преданного алкоголю и тусовкам молодого управляющего. Когда Павел Аркадьевич в очередной раз появляется в подпитии, они начинают с ним разговаривать на тарабарском языке. Сначала один, потом другой, третий…

Я привела гротескные примеры газлайтингов. Хищники обычно газлайтят проще: убеждают нас в том, что мы неправильно видим и понимаем ситуацию из-за усталости, предменструального синдрома, вспышек на солнце, личностных проблем, «недотрахита», негативного жизненного опыта. И жертва действительно признает, что она не совсем в порядке, у нее «шалят нервишки», «едет крыша», и она сдается на милость «победителя», ведь он, в отличие от нее, воспринимает мир адекватно. Потому что не «бесится», не «истерит» и не плачет, как она – «на ровном месте».

Цель газлайтинга – убедить жертву в том, что она искаженно воспринимает реальность, «запутать в трех соснах», сбить с толку. Одну из техник газлайтинга – «запуск дурочки» – демонстрирует Аркадий Райкин в известной миниатюре^[19]. Вас внимательно выслушивают и якобы принимают сказанное к сведению, но… бездействуют или делают строго наоборот. Когда вы спрашиваете, что происходит, вам говорят: «Ах, это чудовищное недоразумение, я-то думал, что ты имела в виду другое, а ты вон о чем… в следующий раз буду знать».