Возраст ни при чем. Как заставить мозг быстро думать и много помнить - Джон Медина

Наверное, вы знаете, что вьюшка – это просто задвижка в печном дымоходе. Откройте ее, и дым из ревущей печи устремится наверх. Плотно закройте, когда печь прогорит, и вьюшка не пропустит в дом холодный воздух снаружи. Двигая вьюшку взад-вперед, вы можете регулировать количество кислорода, доступного для горения, наподобие примитивного ручного термостата. В кино вьюшку заклинило, и это становится причиной все более цветистых выражений старого мистера Паркера. В конце концов он решает проблему, и его ругань – та цена, которую его семье приходится платить за домашнее тепло и комфорт. Голос за кадром добродушно сообщает: «В разгар битвы мой отец сплел настоящий гобелен ругани, который, насколько нам известно, до сих пор висит над озером Мичиган». Это забавная и показательная сцена. Я пользуюсь ею не только для обсуждения стресса, стоящего за стариковским поведением, но и для демонстрации ненадежности «человеческого термостата» в процессе старения.

Сначала плохие новости. Но потом, обещаю, будут и хорошие.

Плохая новость состоит в том, что, когда гормоны вроде кортизола остаются в вашей кровеносной системе, они похожи на черный дым, заполняющий ваш дом. Внутренние органы становятся потенциальными мишенями для ущерба. Многочисленные исследования показывают тревожную закономерность: болезни от избытка кортизола у людей любого возраста – это те самые болезни, которые в конце концов настигают почти каждого человека в преклонном возрасте. К ним относится диабет, остеопороз и различные сердечно-сосудистые заболевания, включая гипертонию. Поскольку уровень кортизола естественным образом повышается у пожилых людей, многие исследователи считают, что прямая связь существует. Я один из них.

Кортизол может повреждать и определенные участки мозга. Одной из его главных мишеней является гиппокамп, регулирующий процессы памяти. Это очень неудачно, так как гиппокамп играет важнейшую роль в нашем выживании. Он был жизненно необходим для нашего вида, чтобы создать прочную связь между стрессом и памятью на просторах Африки; способность запоминать стрессовые факторы определяет способность избегать их. При условии непродолжительного стресса гиппокамп усваивает очень ценные уроки насчет выживания и передает их вам. Помните восходящий участок кривой в форме перевернутой буквы U?

В условиях продолжительного стресса, будь то хроническая ситуация или жизнь после тридцати лет, ситуация изменяется и гиппокамп начинает жить с тяжким предчувствием собственной кончины. Как вы помните, тонкая настройка реакций характерна лишь для кратковременного стресса. Когда слишком много кортизола слишком долго остается в крови, он может буквально разъедать ткань гиппокампа, что приводит к атрофии. Некоторые нейроны отмирают, то есть излишний стресс в буквальном смысле наносит ущерб мозгу. Оставшиеся нейроны могут утрачивать способность соединяться друг с другом. Некоторые из них перестают реагировать на внешние импульсы, а о наиболее тревожном симптоме я уже упоминал: гиппокамп все больше утрачивает способность отключать спасительные выбросы кортизола после того, как угроза исчезает. Термостат перестает работать в результате чрезмерного воздействия кортизола. Общий итог? Чем сильнее воздействие кортизола, тем больше ущерб, а в результате появляется еще больше кортизола… вы поняли картину. По мере старения ваш мозг может превратиться в неисправную топку из «Рождественской истории». Это оборотная сторона U-образной кривой.

Как это может проявляться? Вы можете стать более раздражительным человеком. Вы можете постепенно утрачивать интерес к вещам или испытывать внезапные провалы в памяти. Либо вы можете ничего не чувствовать. Мне бы хотелось дать вам ясные признаки того, находитесь ли вы под воздействием стресса, повреждающего ваш мозг, но я не могу этого сделать. Вы можете иметь определенные гены устойчивости к стрессу, которые исследователи только начинают определять. Ваш мозг может осознавать потери и активировать компенсационные процессы. Такие предсказания очень трудно делать.

Другой основной мишенью для кортизоловой агрессии является префронтальная кора (ПФК) – жизненно важная область мозга, которая принимает участие в планировании, рабочей памяти и развитии личности. Длительный стресс разрушает дендриты специфических нервных клеток (они называются пирамидальными клетками) в отдельных слоях ПФК, нарушая их связи. Это настоящее массовое убийство. Некоторые эксперименты показывают сорокапроцентную утрату синаптических связей в ПФК из-за чрезмерного воздействия кортизола. Это приводит к утрате рабочей памяти и повреждению «высших психических функций», включая качества личности и характера. Не просто плохая новость, а совсем плохая.

Дальше еще хуже. Миндалевидное тело, которое управляет вашими базовыми эмоциями, должно играть роль цепного пса, который находится на привязи у сильной, исправно функционирующей ПФК. Если ПФК все больше устраняется от контроля, ваш мозг переходит в устойчивое эмоциональное состояние «борись или беги». Ваши эмоции теряют хозяина. Это происходит потому, что миндалевидное тело и связанные с ним области мозга не испытывают даже малой части того ущерба, как ПФК и гиппокамп. Фактически, под воздействием хронического стресса миндалевидное тело увеличивается, а его внутренняя архитектура становится более сложной. Таким образом, и социализация, и стресс – и природа, и воспитание – могут увеличить размер миндалевидного тела. Но в случае стресса не ясно, хорошо это или плохо и каким образом это изменяет ваше поведение.

Теперь пора перейти к хорошим новостям.

Как я упоминал в начале этой главы, пожилые люди действительно чувствуют себя менее напряженными, чем их более молодые современники. Как это может быть? Вот некоторые соображения.

Мы знаем, что когда пожилым людям показывают фотографии с тягостным содержанием, их миндалевидное тело не реагирует так остро, как у более молодых людей. Вероятно, это объясняет, почему пожилые люди уделяют негативной информации меньше внимания, чем молодые, и хуже запоминают материал, который вызывает отвращение. Возможно, из-за изменений в миндалевидном теле их не так сильно расстраивают внешние стимулы, даже сопровождаемые выбросом гормонов. Это может привести к большему ощущению довольства и благополучия, которое мы рассматривали в прошлой главе.

Также возможно, что в дело вступают адаптивные способности нашего мозга. Мозг осознает внутренние изменения, которые испытывает при старении, и иногда пытается скорректировать их. Когда мы обсуждаем память, то видим мощный пример мозга, который реагирует на утрату. В случае стресса вполне возможно, что мозг распознает возрастные перемены в биологии стрессовых гормонов и запускает специфические компенсаторные процессы для того, чтобы совладать с ними. Как вы помните, старый мистер Паркер из «Рождественской истории», несмотря на ругательства, все же заставил печку нормально работать, и она больше не дымила до конца фильма.

Нам также известно, что под влиянием стресса, связанного со старением, пожилые люди действительно могут изменить свое отношение к этому процессу. Рассмотрим концепцию «возрастной идентичности» – субъективное мнение о том, насколько старым вы себя считаете по сравнению с вашим реальным возрастом. Люди, которые ощущают себя моложе своего хронологического возраста, лучше справляются с когнитивными тестами, чем те, кто ощущает себя более старым. Здесь появляется волшебное число 12. Если ваша субъективная возрастная идентичность на двенадцать лет моложе фактического возраста, ваши когнитивные тесты пестрят улучшениями. У нас достаточно неврологических данных для поддержки изречения знаменитого Габриэля Гарсиа Маркеса, который в возрасте 81 года написал: «Возраст измеряется не прожитыми годами, а тем, насколько старым вы себя ощущаете».