Недоверчивые умы. Чем нас привлекают теории заговоров - Роб Бразертон

Первые организованные движения против прививок возникли, когда Британский парламент в 1850–1860-х гг. одобрил акты «Об обязательной вакцинации»^{126}. Первый такой закон, принятый в 1853 г., угрожал штрафом и тюремным заключением тем родителям, кто не прививает своих детей. Вначале этот закон получил широкое признание, главным образом благодаря разрушительной эпидемии оспы, захлестнувшей Англию годом раньше. Однако, когда люди поняли, что исполнение закона не контролируется, интенсивность вакцинации снова стала снижаться. В 1867 г. парламент ужесточил закон. В ответ на принятие этих законов начали формироваться первые специализированные и хорошо организованные антипрививочные союзы. Критики вакцинации утверждали, что прививки в лучшем случае бесполезны, а в худшем – либо это надувательство, либо отрава. К 1900 г. по всей Англии насчитывали около 200 антипрививочных групп. В США быстро переняли этот опыт: первые американские антивакцинаторские общества начали появляться в 1870-х гг.

В Англии противники прививок победили в 1898 г. Британские власти уступили и приняли закон, который позволял родителям оформить так называемый «отказ по убеждениям», чтобы не вакцинировать своих детей. К 1907 г. свидетельство об отказе можно было сделать очень легко. Уровень вакцинации снизился, и в некоторых частях Англии начались вспышки оспы. В соседних Шотландии и Ирландии, где антипрививочное движение было не столь активным, вакцинация происходила без сопротивления и заболеваемость оспой снижалась.

Итак, страх перед прививками появился как побочный эффект со времен еще самой первой вакцины, и с тех пор его проявления никогда не исчезали полностью. Пожалуй, наиболее примечательное в этом затянувшемся «прививочном беспокойстве» – то, насколько слабо изменились аргументы за прошедшие столетия^{127}. Противники Дженнера рисовали карикатуры, изображающие врачей бесчувственными монстрами, намеревающимися принести в жертву невинных и беспомощных деток. В наш XXI в. антипрививочники пишут в блогах: «Врачи хотят получить возможность убивать новорожденных детей-инвалидов»^{128}. В XIX в. активисты заявляли, что вакцина от оспы содержит «гадючий яд, кровь, требуху и экскременты летучих мышей, жаб и щенков-сосунков»^{129}. Участники современного марша «Оздоровите наши вакцины» (Green Our Vaccine) не зашли настолько далеко, чтобы говорить про требуху, однако они до сих пор ошибочно считают, что в вакцине имеются «токсины», в том числе антифриз, репеллент и спермицидное средство^{130}. И как отметил Пол Оффит, подозрения наших современников, что вакцина КПК вызывает аутизм, по степени биологического правдоподобия аналогичны широко распространенному утверждению 1800-х гг., что прививка от оспы вызывает рост рогов, передвижение на четырех ногах, мычание и раскосость глаз, как у коров^{131}.

На протяжении всего этого времени появлялись теории о существовании обширного международного заговора, который преувеличивает последствия болезней, чтобы заставить прививаться, скрывает правду о побочных эффектах вакцин, а также обеспечивает прибыль крупнейшим фармацевтическим компаниям и правительству. Один британский деятель XIX в. писал об оспе так: «Страх перед этой инфекцией ложный, лелеемый или даже созданный врачами, желающими повысить свою собственную значимость и придушить народный разум, который давно уже лежит скованный и бездеятельный в их когтях»^{132}. Спустя более 100 лет Барбара Фишер назвала вакцину против вируса папилломы человека (ВПЧ) «одной из крупнейших схем получения прибыли за всю историю медицины»^{133}.

В некоторых частях земного шара конспирологические страхи перед вакцинированием привели к более радикальным событиям, чем просто отказ от прививок. Так, в Пакистане местные религиозные лидеры осудили вакцинацию как хитрый ход американцев для стерилизации мусульман^{134}. По данным Би-би-си, с 2012 г. в Пакистане было убито более 60 медицинских работников, прививающих от полиомиелита, их водителей и охранников^{135}. Надо заметить, что и ЦРУ тоже подлило масла в огонь, запустив фальшивую программу вакцинации в городе Абботтабад в 2011 г.^{136} Чтобы подтвердить местонахождение Усамы бен Ладена, агенты под видом проведения вакцинации собрали образцы ДНК у членов его семьи. Когда об этом потрясающе бестолковом плане стало известно, под подозрением оказались все медицинские работники, проводящие вакцинацию. Убийства врачей, прививающих от полиомиелита, происходят и в Нигерии. Полиомиелит сейчас распространен всего в трех странах мира, неудивительно, что две из них – Пакистан и Нигерия.

Конечно, не все родители непривитых детей бредят конспирологическими теориями. Некоторые дети еще слишком малы для вакцинации. Других нельзя прививать по медицинским показаниям. Многие родители не следуют рекомендованному календарю прививок не потому, что боятся мирового заговора фармакологов, а просто у них нет денег или времени на визит к врачу или же они оказались за пределами системы медицинского обслуживания. Эти дети зависят от «группового иммунитета» – защиты, которая обеспечивается тем, что у окружающих людей имеется иммунитет к заболеванию. Те родители, которые сознательно отказываются от вакцинации, подвергают опасности не только своего ребенка, но и окружающих детей.

И все же было бы ошибкой демонизировать родителей, решивших отказаться от вакцинации. Они внимательны, заботливы, у них добрые намерения, зачастую они хорошо образованны. Благодаря небольшому, но шумному меньшинству убежденных антивакцинаторов в интернете полно ложной информации, обильно приправленной конспирологией, убеждающей нас не верить в прививки. Часто СМИ усугубляют ситуацию, ложно представляя обе стороны этого спора равновесными. Большинство родителей слышали про связь аутизма с вакцинацией, а согласно недавнему исследованию простое чтение конспирологических антипрививочных статей может снизить готовность родителей вакцинировать своих детей^{137}. В главе 8 мы еще поговорим, почему обеспокоенные родители так легко верят во вред прививок.