Мужчина в отрыве. Игры, порно и потеря идентичности - Никита Коломбе

Большинство современных детей, воспитанных на целомудренных диснеевских мультфильмах, на детских фильмах и сказках, где говорится про то, что брак должен продолжаться вечно, развод воспринимают как крах всей семьи. Ребенок думает: «Наверное, и у меня будет такая же счастливая жизнь — как в сказке». А потом его родители разводятся, ребенок вырастает, становится взрослым и думает: «Зачем мне все это? Зачем мне тащить всю семью на своем горбу?»

Но ведь можно разводиться и по-другому — культурно, без ругани, объясняя детям, что их всегда будут любить. Увы, редко у кого так получается, и дети не имеют в лице родителей положительного примера доверительных отношений. Поэтому моногамный брак сегодня скорее воспринимается как обуза и ограничение личной свободы. Зачем «прикипать» к человеку, идти ради него на жертвы, если все равно всему этому наступит конец — через 10, 20 лет, а скорее всего намного раньше. Некоторые дети, чувствуя себя косвенной причиной развода, во взрослом возрасте боятся иметь собственных детей, чтобы не причинить им боль, через которую прошли сами.

Но мы по-прежнему ждем от молодежи, что они будут жениться и рожать детей, хотя никто толком так и не объяснил им, что же такое семья. А они отчаянно пытаются понять, кому в этом мире можно доверять. «Если я не могу доверять даже самым близким людям, кому я могу доверять в таком случае? — думают они. — Если уж отец с матерью не поладили, то у меня и подавно не получится». Доверие к людям формируется в раннем возрасте, и если наши родители далеки от идеала (скажем, не пример для подражания), если они не держат слово и не являются опорой друг другу, то в более старшем возрасте нам самим будет трудно полагаться на других и позволять, чтобы о нас заботились.

Без сомнения — основой любого счастливого брака является доверие. Но не менее важно, как обстоит с доверием и в самом обществе. Психиатр Джордж Вейллант, профессор Гарвардской школы медицины, провел 40-летнее лонгитюдное исследование по формированию взрослой личности, в кругу ученых известное как «эксперимент Гранта»^[23]. Эксперимент этот стартовал в 1966 г., но у него есть своя предыстория. В 1938 г., когда все вокруг занимались модной темой — патологией личности, Вейлланта интересовало, как влияют природные данные и воспитание на физическое и психическое развитие юношей. Приступая к многолетнему исследованию, Веймар и его коллеги вознамерились не просто наблюдать за состоянием здоровья испытуемых во временном промежутке — они искали «ключ к счастью»¹⁵². Все участники эксперимента были второкурсниками Гарвардского колледжа для мальчиков. В своей более поздней работе, посвященной 75-летию эксперимента, когда многим из еще не умерших участников было под 90, Вейллант неоднократно подчеркивал, какую огромную роль в жизни человека играет счастливое детство — спокойная домашняя атмосфера, доверительные отношения с родителями, которые во всем тебя поддерживают, не лишая при этом самостоятельности. Хорошо, если у ребенка есть хотя бы один брат или сестра — это немаловажно для формирования доверия как залога будущего счастья и успеха в жизни. Вейллант пишет: «Ребенку, которому не повезло вырасти в атмосфере душевного тепла и любви, во взрослой жизни будет трудно развить в себе такие качества, как уверенность в собственных силах, инициативность и самостоятельность, которые являются основой успешной жизни»¹⁵³. Мужчины, выросшие в счастливых семьях, зарабатывают на 50% больше, чем те, чье детство было безрадостно¹⁵⁴. Самые независимые мужчины также происходят из любящих семей: «в детстве они научились, что в жизни можно доверять, и в решающие моменты это придавало им сил и мужества». Или вот еще: «недоверчивость к людям, когда “надеяться не на кого”, для мужчины — верный путь к одиночеству»¹⁵⁵. Эта мысль сильно перекликается с выводами, которые сделал для себя юноша двадцати с лишним лет, участвовавший в нашем опросе. Он рос практически без отца и рассказал нам, что только в прошлом году набрался духа, чтобы доучиться и съехать от матери. «Только тогда я наконец увидел гору проблем, которая росла [по мере взросления], и признал многие свои убеждения [которые были связаны с воспитанием] ложными — это был гигантский шаг моего личностного роста».

Согласно исследованиям Американской национальной отцовской инициативы, проведенным в 2008 г., о том, что у отца «очень близкие и теплые отношения с детьми», сказали 56% замужних женщин и 15% разведенных матерей. Отчужденные отношения отца с детьми отметили 3% замужних женщин и 47% разведенных матерей¹⁵⁶.

Может показаться, что семейное счастье отдельного ребенка, его умение доверять и принимать решения, — не такое большое дело для того, чтобы создать семью, однако в масштабе страны это имеет существенные последствия. Ведь отсутствие доверия имеет не только социальный аспект: в государствах, где человек перестает доверять человеку, складывается неблагополучная экономическая ситуация. Экономист, профессор Клермонтского университета Пол Зак рассказывает: «в странах, где большинство граждан доверяют друг другу, экономика процветает... заключается огромное количество сделок, благосостояние растет, что и помогает побороть бедность. Таким образом, бедные страны — это, как правило, страны с низким уровнем доверия»¹⁵⁷. Начиная с 1980-х гг. уровень доверия повысился больше всего в скандинавских странах. Лидируют среди своих собратьев датчане: они больше всех расположены доверять людям (76%). В нескольких странах уровень доверия ниже 20%: это Мексика, Франция, Южная Африка и Аргентина¹⁵⁸.

В своей книге «Доверие»^[24] Фрэнсис Фукуяма писал: «Жизнеспособность либерально-политических и экономических институтов напрямую зависит от здорового и динамичного гражданского общества», которое в основе своей должно иметь крепкую и стабильную структуру семьи¹⁵⁹. Такого же мнения придерживается и Чарльз Мюррей в своей работе «Грядущее разделение»^[25], где он утверждает, что семьи с детьми являются фундаментом, на котором покоится сильная нация с устойчивой экономикой. Семьи — это основа сообществ, а сообщества, в свою очередь, являются основой государства в целом. Сообщества должны строиться вокруг семей, потому что семьи, воспитывающие детей, всегда были и являются движущей силой жизнеспособного общества¹⁶⁰.

Наблюдается устойчивая связь между семейным статусом и наличием работы. Занятость женатых мужчин на рынке труда по количеству времени превышает долю неженатых на 17%, а живущих в гражданском браке — на 9%. Что касается женщин, особой связи между количеством отработанных недель и их семейным статусом не наблюдается, при этом бездетные женщины присутствуют на рынке труда на 17% дольше, чем матери, чьи дети выросли и покинули родной дом. К 27 годам количество одиноких матерей превышает количество неженатых мужчин в восемь раз. Эта тенденция особенно ярко выражена среди этнических меньшинств, женщин с низким статусом образования и незамужних (чтобы узнать более конкретную статистику, см. примечания в конце книги)¹⁶¹. В промежутке между 2000 и 2010 гг. в США количество граждан, не имеющих семьи, выросло на 41%, при этом число гражданских браков как альтернативы официальным начиная с 1970 г. выросло на 1400%.