Дар страха. Как распознавать опасность и правильно на нее реагировать - Гэвин де Беккер

За те пятнадцать лет, что мы наблюдали за поведением Стэйси, он немного «остепенился», но время от времени требовал нашего внимания или внимания Секретной службы (из-за угроз убить Рональда Рейгана). Когда я вижу его, то годами чувствующего себя хорошо, то очень плохо, страдающего от лишнего веса и побочного действия многочисленных лекарств, я думаю, что с ним было в десять лет, и о том, как странно устроена жизнь.

* * *

Хотя я сам не вырос жестоким человеком, я превратился в своего рода посла между двумя мирами, свободного говорящего на обоих языках. Я могу рассказать вам кое-что о том, как думают многие преступники, потому что это очень похоже на то, как думал я сам на протяжении большей части моей жизни. Например, из-за того, что все мое детство зависело от предсказаний, я научился жить в будущем. Я не ощущал настоящего, потому что хотел стать движущейся мишенью, успевшей переместиться в будущее, прежде чем в нее попадет настоящая пуля. Эта способность жить в завтрашнем дне или в следующем году сделала меня невосприимчивым к боли и безнадежности, которые я испытывал в самые тяжелые моменты, и она же отучила меня заботиться о своей безопасности. Безрассудство и бравада присущи многим из тех, кто склонен к насилию и жестокости. Некоторые могут называть это храбростью или бесстрашием, но, как вы увидите в главе, посвященной убийцам, «героизм» имеет две стороны.

В детстве я был поглощен двумя занятиями, отменяющими настоящее время: переживаниями и прогнозами. Я мог предвидеть будущее лучше, чем большинство людей, потому что не отвлекался на настоящее. Такая целеустремленность — еще одна характерная особенность многих преступников. Даже вещи, которые испугали бы большинство людей, не привлекали мое внимание, когда я был ребенком, потому что я был так хорошо знаком с опасностью, что она меня не тревожила. Преступники, подобно хирургам, утрачивают отвращение к крови. Вы можете наблюдать такую особенность в людях, которые не реагируют на шокирующие вещи так, как вы. Например, такой человек сохраняет спокойствие, когда все вокруг потрясены злобной перепалкой.

Другой особенностью преступников (а также многих обычных людей) является потребность руководить. Подумайте о ком-нибудь из ваших знакомых, кого вы могли бы назвать одержимым идеей контроля. Этот человек, как и большинство жестоких людей, вырос в суматошной или жестокой семье. Как минимум это была семья, в которой родители вели себя невыдержанно, где любовь была ненадежной или небезусловной. Для живущего в такой семье человека контроль над другими оказывался единственным способом предсказывать их поведение. Люди могут быть очень мотивированными в стремлении контролировать всех вокруг, потому что неспособность спрогнозировать поведение окружающих абсолютно неприемлема для человека и любого социального животного. (Предсказуемость действий большинства людей является как раз тем, на чем держится человеческое общество.)

Рассказывая вам об этих свойствах человеческой натуры, я вовсе не собираюсь утверждать, будто все те, кто безрассуден или смел, кто спокоен, когда другие встревожены, и кто хочет и любит командовать, с определенной степенью вероятности склонны к насилию; это просто три элемента пазла насилия, которые нужно учитывать, чтобы предоставить вашей интуиции верную информацию.

Хочу еще сказать, что убийцы не настолько отличаются от нас, как мы хотели бы думать. Я сохраню анонимность моей подруги, которая рассказала мне о событии, пережитом, когда ей было немногим более двадцати лет. Она была так рассержена на своего бывшего бойфренда, что подумывала его убить, хотя понимала, что никогда не смогла бы это сделать. Когда однажды утром она ехала на машине на работу, произошло удивительное совпадение: ее бывший бойфренд переходил улицу как раз перед ее машиной. То обстоятельство, что он оказался там, послужило триггером, ее охватил гнев, и женщина вжала в пол педаль газа. Когда машина ударила мужчину, она двигалась со скоростью около пятидесяти миль в час (80 км/ч). Он метнулся в сторону в последний момент, и это спасло ему жизнь, машина задела только его ногу. Если бы экс-бойфренд не услышал вовремя рев двигателя, сегодня эта женщина считалась бы обычной убийцей. А сейчас она — одна из самых известных и вызывающих восхищение женщин в мире, и вам никогда в жизни не пришло бы в голову подумать о ней, как об убийце.

Вероятно, вы знаете других людей, которые пытались убить кого-то, поэтому вы поймете то, что я усвоил из рассказа Марка Уинна об его жестоком (теперь уже бывшем) отчиме: «Мы с братом решили, что с нас достаточно, но у нас не было ружья, чтобы застрелить его, и мы понимали, что не сможем его зарезать. Мы видели по телевизору рекламу средства от клопов Black Flag, и, поскольку оно было ядовитым, мы налили его в бутылку с вином, которую нашли на тумбочке у кровати. Спустя некоторое время отчим вошел в гостиную с бутылкой и начал расслабляться. Он не понял, что пьет яд, и выпил все до последней капли. Ну а мы просто ждали, когда он начнет кататься по полу и умрет».

Рассказ Марка Уинна вдвойне интересен из-за того, что теперь он — сержант Марк Уинн, создатель Отдела по борьбе с домашним насилием в Нэшвилле, который считается самым современным в стране. Марк не стал убийцей лишь из-за того, что отчиму удалось выжить, и, хотя он прошел «школу преступности», как он называл свой опыт, он не вырос преступником. (Больше на тему, почему одни становятся преступниками, а другие — нет, вы прочтете в главе 12.)

Я гарантирую вам, что иногда вы оказываетесь рядом с человеком, история жизни которого, если бы вы ее узнали, очень бы вас удивила. Возможно, он даже совершил какое-нибудь преступление, о котором рассказывали в телевизионных новостях, что-нибудь такое, из-за чего люди ахают: «Кто же мог сотворить такое?» И теперь вы знаете... это мог сделать кто угодно.

* * *

Хотя наш детский опыт оказывает влияние на бóльшую часть нашего поведения, наполненное насилием детство не всегда приводит к насилию во взрослой жизни. Вот вам слова драматурга Дэвида Мэмета, настоящего гения в области поведения человека. Услышав жалобы двух звезд, занятых в его пьесе, он пошутил: «Если бы они не хотели стать звездами, у них не должно было быть такого ужасного детства».

Это вовсе не новость, что многие из тех, кто страдал в детстве и юности, потом достигли высот. Артисты, ученые и даже президент Клинтон (в которого стрелял отчим, когда он был маленьким), и другие люди, детство которых имело множество темных пятен, вносят огромный вклад в мировую науку, культуру и в другие сферы человеческой деятельности. Мальчик, который страдает от насилия и видит смерть, может, став взрослым, помогать людям избегать насилия. Мальчик, чей отец был убит грабителями, может вырасти и стать агентом Секретной службы, защищающим президента (отца). Девочка, мать которой умирает от болезни Альцгеймера, может стать всемирно известным неврологом. Мальчик, который бежит от хаоса в воображаемый мир, повзрослев, может пригласить в этот мир миллионы любителей кино. Это люди, которые работают не просто ради получения материального вознаграждения. Всегда есть причины, почему мы делаем то, что делаем, и эти причины иногда проявляются очевидно.

К сожалению, многие дети, пережившие жестокое обращение и насилие, приносят нашей стране еще больше насилия: по отношению к своим детям, своим женам, к вам или ко мне, и именно поэтому в этой книге, которая призвана помочь вам сделать вашу жизнь более безопасной, мы будем часто говорить о детстве и общей человеческой природе.