Виртуальные войны. Фейки - Георгий Почепцов

Китаю как супердержаве, которая тем более находится на взлете, мало места только внутри своей страны или своего региона, которые к тому же давно «освоены».

Даже Россия позволила себе выступить с развернутой статьей на тему продвижения Китая в мире, в том числе с помощью Институтов Конфуция: «Институты Конфуция получали различные претензии от местных органов власти в Канаде, Японии, Австралии, США и даже в России. Проблемы заключаются в том, что периодически правоохранительные органы и общественные деятели обвиняют Институты Конфуция не только и не столько в популяризации китайской культуры, сколько в политическом влиянии. Им приписывают вмешательство в академические нормы и свободы, слежку за другими китайцами и даже шпионаж. Очевидна и крайне прокитайская позиция таких учреждений по вопросам Тибета и Тайваня. По этим причинам долго не открывались ИК в Индии и, например, в Узбекистане, который боится чрезмерного одностороннего влияния. Вообще, в Центральной Азии у Китая продвижение идет с переменным успехом — достаточно вспомнить антикитайские „земельные“ протесты в Казахстане в марте 2016 года»^[1166]. Есть даже опыт закрытия Институтов Конфуция, например, в России в 2010 г. В США университет Северной Флориды отказался продлевать сотрудничество с функционирующим на его базе Институтом Конфуция после 2019 года.

Речь вице-президента Пенса по поводу Китая и вмешательства в промежуточные выборы трактуют как предзнаменование новой холодной войны^[1167]. Директор ФБР К. Рэй рисует картины китайского влияния и научно-технического шпионажа в американских университетах и Институтах Конфуция^{[1168][1169][1170][1171]}. Мы видим, как открытый мир предоставляет множество новых возможностей для шпионажа.

Появился и австралийский анализ китайского влияния под грифом topsecret. Аналитики признают: «Под бескомпромиссным руководством президента Си Цзиньпина деятельность Китая стала настолько наглой и такой агрессивной, что мы больше не можем ее игнорировать»^[1172]. Это достаточно громкие слова, поскольку Австралия довольно близко находится к Китаю. Там есть даже телесериал «Тайный город» («Secret city»), где некоторые австралийские правительственные деятели оказываются агентами влияния именно Китая.

И еще мнение одного из австралийских руководителей спецслужб: «Иностранные акторы пытаются скрытно влиять и формировать взгляды представителей австралийского населения, австралийских медиа, официальных лиц в австралийском правительстве».

Китай является сильным игроком мировой политики, поэтому он будет все время проверять свои возможности по влиянию, как делает это постоянно в плане кибершпионажа (см. некоторые подробности^{[1173][1174][1175]}). Прощупывание этого воздействия нацелено как на технические секреты, так и на управление критической инфрастуктурой.

Р. Вальцман, говоря о необходимости когнитивной безопасности, видит следующий тип наступательной стратегии против населения целой страны^[1176]:

• следует разделить население на сообщества, основываясь на критериях (политика, интересы, хобби, потребности, проблемы и под.),

• следует выделить в каждом сообществе тех, кто поддастся влиянию имеющемуся набору сообщений,

• определить социальную динамику коммуникации и движение идей в каждом сообществе,

• определить, какие нарративы разных типов доминируют в разговорах в каждом сообществе,

• использовать все перечисленное для создания и продвижения нарратива, способного заменить неблагоприятный для вас нарратив на благоприятный,

• постоянный мониторинг для определения успешности попытки и реагирования в реальном времени.

Обосновывая создание Центра когнитивной безопасности, Р. Вальцман сказал, что в ближайшем будущем исследователи, правительства, социальные платформы вступят в постоянную гонку за влияние и защиту от него в отношении больших групп в онлайне.

Он видит следующий тип отличий от привычного использования социального инжиниринга в кибербезопасности:

• это влияния не на нескольких индивидов, как в кибербезопасности, а на большие социальные группы людей,

• компьютерная безопасность фокусируется на введении в заблуждение с целью внести компрометацию в компьютерную систему, когнитивная безопасность — на социальном влиянии как конечной цели,

• социальный инжиниринг в компьютерной безопасности ориентирован на качественные подходы, когнитивная безопасность имеет количественное измерение.

Сегодня возник еще один скандал, раскрытый Блумбергом, который состоит в том, что в комплектующих, поставляемых из Китая, обнаружен шпионский микрочип^{[1177][1178][1179]}. А это касается 30 крупнейших американских компаний, включая Apple и Amazon. Они, правда, стали отрицать наличие таких микрочипов, но особого доверия это не вызвало^[1180]. И это привлекает всеобщее внимание, поскольку Amazon к тому же был задействован в создании специального компьютерного оборудования для ЦРУ.