В поисках неземной любви. Окрыляющие сказки о женщинах и звездах - Ирина Семина

Дальше – больше: уже самостоятельно цветы рвут, плоды собирают, а меня уже никто и не замечает. Да и с какой стати обращать внимание на женщину в рабочей одежде, которая вечно занята – то с тяпкой, то с граблями, то со шлангом? Я работаю, они отдыхают.

– Ты скажи, чтобы не самовольничали, без разрешения ничего не трогали, – советуют друзья.

– Ах, ну как я им скажу, они же обидеться могут, – отвечаю я. – Люди все-таки отдохнуть пришли, красотой сада полюбоваться. Нет-нет, они сами поймут и догадаются.

Но, видать, не поняли и не догадались: клумбы опустошают, на дорожки плюют, ветки на память ломают, на скамейках имена вырезают: «Здесь был Вася». Я уже и по ночам работаю, из сил выбиваюсь, чтобы восполнить урон: не могу же я допустить, чтобы мой сад неухоженным выглядел! А возмутиться по-прежнему стесняюсь, хотя очень хочется! «Ничего, – утешаю я себя. – Я еще лучше потружусь и все исправлю, лучше прежнего мой сад будет!»

А тем временем на меня уже кое-кто покрикивать начинает: «Поди туда», «принеси то», «подай это…». Или, того пуще, начинают меня критиковать. Дескать, и скамеек маловато, и клумбы не той формы, и ночной клуб почему-то не предусмотрен. Да и вообще: «Медленно, женщина, работаете, смотрите, вон мусор на дорожках валяется, да и в целом сад запустили!»

А потом появилась какая-то тетка объявилась и сразу руководить начала: что и где сажать и как все требуется переделать. Я ей: «Вы чего это тут командуете?», а она мне: «А ваше дело, девушка, помалкивать и работать!»

Обиделась я, сняла перчатки, бросила тяпку и покинула сад. Гордо, стало быть, удалилась. «Ну, – думаю, – вы еще ко мне прибежите! Командовать-то все мастера, а вот ухаживать за садом – это только я могу. Сад-то все равно мой, я в нем каждый кустик знаю, каждую травинку. Придете, попросите, вот только тогда я и вернусь и с новыми силами стану его украшать и обихаживать!»

Ничего подобного. Не дождалась. Не идут ко мне с поклоном, не просят вернуться. Жалко мне стало сад, его ж поливать нужно, а кто, кроме меня? Вышла из дома, отправилась посмотреть, что там и как. А тетка уже власть в свои руки взяла, командует всеми и хозяйничает в моем саду, как будто она его и вырастила, и все на свой лад переделывает.

– Что ж вы творите? – говорю. – По какому праву распоряжаетесь?

А она руки в боки и отвечает:

– По какому праву? По праву сильного!

– Но это же мой сад!

– А ты кто такая? Кыш отсюда вообще! Или ты по работе соскучилась? Ну, иди вон, урны почисть, что ли. И чтобы рта раскрыть не смела, меня слушалась беспрекословно!

От такой наглости я аж онемела. Поплелась я домой, вся в растрепанных чувствах. Пришла, плюхнулась в постель без сил, аж жить не хочется. Обида смертельная меня гложет, дышать не дает. Это как же так вышло, что из сада моего, что я годами взращивала, меня, как шелудивую собачонку, вышвырнули? И кто? Тетка какая-то пришлая!

Упала я на колени и взмолилась:

– Господи, помоги, вразуми! Что же это творится на белом свете? Был у меня сад – и не стало! Я ж в этот сад всю душу вложила! Почему же никто не оценил моих стараний, почему стали сад грабить-разорять, а после и вовсе захватили? Как же ты это допустил? Мамочки мои, как теперь жить?

И услышала я голос родной матушки, которая уж давно в мир иной ушла.

– Дитятко мое неразумное, не Господь виноват, ты сама не доглядела. Душу ты в сад и впрямь вложила, и вырастила Дивный Сад Своей Души. Только зачем же ты в свой сад всех подряд впускала и разрешала брать, что ни пожелают?

– Так я по доброте душевной, чтобы людям хорошо было! Я им – щедрые дары, они мне – восхищение и благодарность.

– Видать, много же тебе восхищения и благодарности надо было, если ты готова ради этого все отдать и все позволить. Знай, что Дивный Сад Своей Души мы не для других растим, а для себя. Это наше место покоя и отдохновения, там мы и потрудимся, и восстановимся, семена мечты посеем, а после и плоды пожнем. Вот плоды раздавай сколько хочешь, но прежде-то им вырасти надо.

– Да я так и делала! Но почему-то мои посевы стали срывать и вытаптывать еще прежде, чем они плоды дадут. Наверное, слишком много народа в саду было?

– Ты уже взрослая, доченька, пора бы знать, что Дивный Сад Своей Души оберегать надо и приглашать туда не всех, кого ни попадя, а только тех, к кому душа лежит. Близкие тебе люди сад не попортят и тебя не обидят. А далекие пусть издалека и любуются, коль охота припадет.

– Мамочка, миленькая, так пока я там из сил выбивалась, его вообще чужая тетка захватила! Говорит, по праву сильного!

– Так и бывает, доченька, когда ты силы попусту растрачиваешь да не на то направляешь. Обязательно найдется какой-нибудь захватчик: ведь что плохо лежит, то быстро подбирают.

– Что же мне теперь делать, как мне быть? Я как вспомню про сад – просто умираю от тоски!

– А ты вспомни, что ты его хозяйка. И не по праву сильного, а по праву рождения! Ты его из самого первого семечка вырастила, твоя душа в этом саду живет. Только ты и можешь решить, кому там быть, а кому на порог указать. Обратись к саду, он тебе сил даст. Все у тебя получится! А я за тебя молиться буду.

Сказала это мне матушка – и умолкла. Не успела я с пола подняться, как в дверь постучали. Смотрю – а там тетка стоит. Да-да, та самая, что мой сад захватила. Стоит, улыбается эдак приветливо.

– Чего надо? – спрашиваю.

– Слышала я, что ты заболела не на шутку, почти умираешь. Так пришла предложить: домработница тебе не нужна ли? А то я могу, у меня, благодаря твоему саду, силушки много. И за тобой ухаживать буду, и за домом.

Первая мысль у меня была – не пригласить ли ее в дом, а то неудобно как-то. Чаю, что ли предложить, шел ведь человек, старался, и вроде даже с благими намерениями.

Но тут же опомнилась: да что ж это я спешу дверь перед всеми настежь открывать? Если сад – это моя душа, то дом – это моя крепость!

– Нет уж, спасибочки, – отвечаю. – Сами справимся. Слухи о моей смерти сильно преувеличены. Так что вот вам Бог, а вот порог. Идите с миром.

И дверь перед ее носом захлопнула. Тетка аж рот открыла – не ожидала, видать, от меня такой прыти.

А я болеть бросила и за уборку принялась. И силы откуда-то взялись, просто на удивление!

– И дом не отдам, и с садом разберусь! – пообещала я себе. – Плодов моего труда мне, конечно, ни для кого не жалко. Но вот взращивать я их намерена сама. И приглашать в свое внутреннее пространство буду только тех, кто душе дорог и сердцу мил.

Видно, правильные мысли подумала, потому что ощутила в душе весну и запах яблоневого сада.

А после уборки захотелось мне всю свою историю записать, чтобы другим передать. Это ведь тоже плоды, правда? Вымыла я руки, села за стол, подвинула к себе тетрадку и вывела первую строчку: