Как достичь успеха и стать лидером - Валентин Бадрак

Индивидуальные системы приобретения знаний

Очень многие выдающиеся личности попросту отказались от любой формы коллективного обучения, очевидно, считая ее ущербной для собственного роста. Такие крупномасштабные исторические персоны, как Джек Лондон, Уолт Дисней, Билл Гейтс, Генри Форд, Иосиф Бродский, Айседора Дункан, Коко Шанель, совсем не утруждали себя учебой в привычном смысле слова. Но это вовсе не значит, что они игнорировали систему знаний как универсальный кладезь мудрости. Они попросту демонстрировали другой подход к приобретению необходимой информации и ее анализу. Их одержимость приводила к более насыщенной жизни, движению в ускоренном темпе, они жили на других скоростях по отношению к обычным людям, потому учеба, по средним меркам, была для них нетерпимой. Не они были неспособны к учебе, учебные заведения были не в состоянии удовлетворить их запросы. Для таких людей может существовать только одна форма обучения – самостоятельное приобретение необходимых знаний. Кроме того, их жизненный опыт подтверждает справедливость еще одной немаловажной истины. Многие серьезные исследователи не раз высказывали предположение о том, что избыток формального образования подавляет творческий потенциал. Обычное обучение предназначено для среднего человека, и если кто уже надел на себя маску гения, включился в борьбу за высшие достижения, его будет бесить все слабое, несовершенное, медлительное, принадлежащее к области среднего и серого. Возникает ситуация, которая сродни физиологии человека: пот и сопутствующая грязь забивают поры пытливости, ввергая в рамки обыденности, уравнивая в возможностях с толпой. Любая формализованная система – это рамка, узкий коридор, шаблон. Гений же всегда силен склонностью к необычному, непредсказуемому маневру, непредсказуемости и парадоксальности мышления. И тут, в самом деле, стандартизация, свойственная школам и университетам, по большей части выступает преградой развития одаренности, нежели стимулом.

Первым примером, пожалуй, может служить Альфред Нобель, который всего лишь год посещал школу. «Слабое здоровье делало из него отшельника, одиночку», – свидетельствует Орландо де Руддер. Но Альфред, младший из троих сыновей, стал потрясающим полиглотом, который всегда поражал окружающих необыкновенными и глубокими познаниями в различных областях. Усиленная мотивация к учебе была рождена обостренным желанием компенсировать физическую хилость и слабое здоровье. Он настолько преуспел в языках, что позже написал несколько произведений на чужом для него английском, а способность великолепно излагать мысли на английском, французском и немецком позволила ему активно продвигать на рынках свои разработки. Отец нанимал для обучения своих сыновей лучших преподавателей, которые приходили на дом. Среди них были именитые учителя, фактически ученые, и это во многом предопределило исследовательские наклонности детей, желание продолжать дело отца в области промышленных инноваций и изобретений. Любопытно, что как раз один из них, известный химик Николай Зимин, впоследствии сообщил двадцатидвухлетнему Нобелю об изобретении нитроглицерина, что сыграло вполне определенную роль в создании Нобелем динамита. Еще одним немаловажным этапом стала организация отцом путешествия для восемнадцатилетнего сына: целых три года Альфред потратил на практическое знакомство с Соединенными Штатами, Англией, Францией, Италией, Германией. К тому времени, когда формирование молодого человека близилось к завершению, он производил впечатление «исключительно одаренного» юноши, а в зрелом возрасте слыл космополитом и полиглотом.

Уолт Дисней даже не доучился в средней школе. В шестнадцать лет он записался в Академию изящных искусств, но так и не окончил ее. Знания он приобретал из книг и журналов, и это не были глубокие философские познания или концепции мыслителей. Всеми его побуждениями двигала изумляющая окружающих одержимость; не существовало ничего такого, что бы он задумал и от чего затем отказался бы. Если же говорить о его учебе, то тут речь, скорее, может идти о навыках, приобретаемых на фоне устойчивой мотивации. Сохранив с детства острое желание общаться со сказочными героями вместо реальных людей, он превратил его в постоянно крепнущую идею создания рисованных мультфильмов. А затем стал фанатично ловить всякую возможность подобного предприятия. Сосредоточенность привела его к состоянию постоянной медитативности, такой формы отрешенности, когда ему была видна сразу вся панорама, все выпуклости будущей картины его игрушечной империи. С такой мотивацией растревоженная фантазия выдавала новые прорывные решения всякий раз, когда он видел ущербность и недостаточность существующей продукции. Новые знания Дисней приобретал в процессе воплощения тех реальных животных, к которым он привык и которых полюбил, когда ребенком жил на ферме. И если в детстве одинокого, безнадежного интроверта были лишь книжки Чарлза Диккенса и Марка Твена, а представление героя замыкалось на образе Чарли Чаплина, то в дальнейшем, совершенствуясь как карикатурист, он осваивал необходимые навыки и искал новые образы, наделенные реалистичными чертами. Главным в процессе интеллектуального развития Диснея стало то, что он, создав самобытную личность из себя самого, рисовал персонажей, наделенных яркими чертами многослойной индивидуальности. Для этого он подмечал всякие детали, которые иному человеку не открывали ничего нового. Таким образом, чуткость, сосредоточенность и одержимость заменили ему тома учебников и годы исканий в стенах учебных заведений. В основе личностного роста Уолта Диснея было раннее формирование идеи – он твердо решил стать мультипликатором еще на двенадцатом году жизни, когда из-за несчастного случая вынужден был долгое время проводить в постели в тягостных раздумьях. Прозябание без движения, которое свело бы с ума иного паренька, предопределило наполненность его жизни важным содержанием. Отсутствие образования и системных знаний Уолт Дисней компенсировал долгими раздумьями и небывалой работоспособностью. Он доходил до того, что сутками работал в студии, пока не добивался необходимой динамики и четкости изображения. Маниакальная страсть создавать новое и доселе невиданное привела его к способности решать эти задачи без опоры на образование. «Забавно делать невозможное» – такова была любимая фраза Диснея.

Говоря об индивидуальных подходах к приобретению знаний, нельзя не упомянуть о случаях полного игнорирования образовательных систем. Генри Форд, который отдавал приоритет практическим навыкам для конструктора, с шестнадцати лет начал работать механиком по обслуживанию паровых двигателей на паровозах после короткого обучения основам ремонта. Он взял на себя смелость утверждать: «Из книг нельзя научиться ничему практическому». Форд не стал поступать в университет и, по всей видимости, не так уж много времени уделял книгам. Один из его биографов утверждал, что «школа в городе Дирборне была такой, что он до конца жизни писал с орфографическими ошибками». Но пуританские мотивы раннего воспитания и обучения оказались очень кстати и положительно отразились на судьбе легендарного создателя автомобилей. И все же в его словах сквозит лукавство – он не раз признавался, что вычитывал из журналов и детально разбирал буквально все, что касалось развития автомобилестроения. Тем не менее, на примере Форда можно ясно увидеть, что путь к успеху может оказаться очень узкой тропой, при следовании которой главенствующее место отведено собственному мышлению, анализу.