Воины бури - Бернард Корнуэлл

– Кто такие? – спросил он нас. – Чего вы хотите? Когда уходите?

– А ты кто такой? – задал я встречный вопрос.

– Аббат Хенгист, – ответил он таким тоном, будто я обязан был знать это имя.

– Кто здесь правит?

– Господь всемогущий.

– Это ярл такой?

– Это великий ярл всей земли и всего на ней. Он ярл-творец!

– Тогда почему Он не починит вам стены?

Аббат Хенгист нахмурился, не зная, что сказать.

– Кто ты? – вновь спросил он наконец.

– Тот, кто вытянет тебе кишки через задницу, если ты не скажешь, кто правит в Кайр-Лигвалиде, – вежливо промолвил я.

– Я правлю! – заявил Хенгист, подавшись назад.

– Отлично! – бросил я. – Мы задержимся тут на две ночи. Завтра поможем тебе починить стены. Еды на нас всех у тебя вряд ли наберется, но элем ты нас обеспечишь. Мы оставляем под твоей защитой женщин и детей, и ты будешь кормить их, пока мы не пришлем за ними.

При виде вступившей в его город орды аббат Хенгист в ужасе выкатил глаза:

– Я не прокормлю такую…

– Ты христианин?

– Разумеется!

– В чудеса веруешь? – продолжил я и удостоился кивка в ответ. – Тогда лучше тащи пять хлебов и две рыбы. – И добавил: – И молись, чтобы твой жалкий Бог позаботился о прочем. Я оставлю здесь еще и часть воинов, им тоже нужно пропитание.

– Мы не можем…

– Можете, – оборвал его я и, подойдя ближе, ухватил за передний подол сальной рясы, прихватив заодно и прядь белой бороды. – Ты будешь их кормить, жалкий человечишко, и будешь защищать. – С этими словами я тряхнул его. – И если, прислав за своими людьми, я обнаружу, что хоть один ребенок пропал или проголодался, я обдеру все мясо с твоих корявых костей и скормлю собакам. Верши у вас есть? Хлеб посеяли? Скотину держите? – Я не спешил, дожидаясь утвердительного кивка на каждый из вопросов. – Значит, вы их прокормите.

Потом я встряхнул святошу еще раз и отпустил. Тот шлепнулся на задницу.

– Вот и договорились, – сказал я весело и подождал, когда он встанет. – А теперь мне нужен лес для починки стен.

– Но у нас его нет! – заскулил он.

Поблизости от города я заметил несколько деревьев, но они были мелкие и согнутые ветрами и для заделки брешей в древних укреплениях не годились.

– Нет леса? – спросил я. – Тогда из чего сложен твой монастырь?

Какое-то время аббат пристально смотрел на меня.

– Из бревен, – прошептал он наконец.

– Ну вот! – жизнерадостно воскликнул я. – Ты нашел ответ на все наши вопросы!

Тащить за собой в Эофервик жен и детей норманнов я не мог. Женщины еще могли идти наравне с мужчинами, но дети сдерживали бы нас. Помимо этого, запаса провизии у нас не было. Все, что мы съедим за время долгого путешествия, придется покупать, красть или выклянчивать. Поэтому чем меньше ртов, тем лучше. До Эофервика нам бы пришлось голодать, но я был уверен, что по прибытии мы обнаружим закрома, полные зерна, копченого мяса и рыбы.

Однако, прежде чем уйти, нужно было защитить семьи, оставленные здесь. Воины шли охотно, но они хотели точно знать, что их женщины и дети в безопасности. Поэтому мы потратили день, закрывая бреши в стене Кайр-Лигвалида монастырскими тяжелыми бревнами. В покоях обители, способных вместить семьдесят человек, жили всего семеро монахов и два маленьких мальчика. Из балок и колонн получился хороший частокол. Для обороны стен мы выделили тридцать шесть воинов, в основном из числа пожилых и раненых. Против полноценного приступа орды завывающих воинов из Страт-Клоты у них не было шансов, но подобное нападение казалось маловероятным. Грабительские шайки скоттов редко превышали сорок или пятьдесят человек. Все до одного свирепые бойцы, верхом на невысоких лошадках, они перебирались через реку не для того, чтобы гибнуть на римских стенах. Их целью было похищать рабов в полях или скот на горных пастбищах. Те немногие, кого мы оставляли в качестве гарнизона, при поддержке горожан вполне могли отразить нападение. Для вящей уверенности мы подняли могильную плиту в церкви, под которой обнаружили полную костей старинную крипту. Позаимствовав оттуда шестьдесят три черепа, мы разложили их на стенах, обратив пустыми глазницами на внешнюю сторону. Аббат Хенгист упирался.

– Господин, это ведь монахи, – беспокойно промолвил он.

– Хочешь, чтобы враги изнасиловали двоих твоих послушников?

– Нет, избавь Господь нас!

– Это ограда духов, – пояснил я. – Мертвые защитят живых.

Стиорра, закутанная в черное, прочитала странные заклинания над каждым из шестидесяти трех наших стражей. Затем пометила их лбы причудливым рисунком, не говорившим мне ни о чем. То был просто завиток, выведенный мокрой сажей, но Хенгист, узрев его и услышав заклятия, испугался языческого колдовства, слишком могущественного для его шаткой веры. Мне почти стало его жаль, ведь он пытался не дать зачахнуть своей религии в гнезде язычества. Ближайшими фермами владели норманны, которые поклонялись Тору и Одину, приносили жертвы древним богам и не питали любви к пригвожденному Искупителю Хенгиста.

– Удивляюсь, как они тебя до сих пор не убили, – сказал я ему.

– Язычники? – Аббат пожал плечами. – Некоторые собирались, но самый сильный ярл тут – это Гейр. – Он мотнул головой на юг, показывая, в какой стороне находятся земли Гейра. – Его жена лежала при смерти, и он привез ее к нам и потребовал, чтобы наш Бог спас женщину. Что Тот, по великой милости своей, и соизволил. – Хенгист осенил себя крестом.

– Что же вы делали? – спросил я. – Молились?

– Разумеется, господин. Но также мы кололи ее ягодицы одной из стрел святой Беги.

– Вы тыкали ей стрелой в задницу? – изумился я.

Он кивнул:

– Святая Бега защищала свою обитель стрелами, но целилась так, чтобы не убить, а только попугать грешников. Она всегда говорила, что ее стрелы направляет сам Господь. Нам посчастливилось владеть одной из них.

– Господь поражал ублюдков в задницу?

– Да, господин.

– Так что вы теперь живете под покровительством Гейра?

– Да, благодаря преподобной Беге и ее священным стрелам.

– И где же Гейр?

– Присоединился к Рагналлу, господин.

– Есть у вас какие-нибудь новости о Рагналле или о Гейре?

– Никаких, господин.

Новостей я и не ожидал. Кумбраланд был слишком отдален, но тот факт, что Гейр счел целесообразным перейти через горы и влиться в войско Рагналла, заслуживал внимания.

– С какой стати Гейр решил примкнуть к ярлу Рагналлу? – осведомился я у монаха.

Хенгист поежился, рука его дернулась, как будто он собирался перекреститься.