Рерик - сокол русов - Виталий Гладкий

Соседи боялись его сильной дружины, выплачивали ему дань и посылали дары, чтобы Гостомысл не воевал с ними, а подданные кнеза уважали и чтили его за то, что он был великим правосудцем. Многие иноземные правители приходили морем и землей вкусить его мудрости, увидеть его суд, спросить у него совета.

Что понадобилось послам столь значимого на севере кнеза от конунга норгов? Викинги не доходили до Гардарики. По очень простой причине – местные племена, не в пример западным европейцам, были хорошо вооружены, храбры и отважно давали отпор даже самым сильным дружинам варягов. Порожистые северные реки не позволяли быстро по ним передвигаться, даже на небольших фэрингах^[129], и напасть внезапно на жителей Гардарики было невозможно. Но если все-таки это случалось, то обратный путь на тяжело нагруженных добычей драккарах чаще всего приводил в засаду, которая для варягов заканчивалась Вальхаллой.

Гардарика была чересчур хорошо укреплена, а затяжные бои для викингов обычно заканчивались поражением. Особенно сильна была крепость Альдейгъюборг^[130]. Ее основали варяги-купцы, но население было смешанным, состоявшим из скандинавов и представителей местных племен, в основном славян, которые защищали ее как свою исконную родину – яростно и успешно.

Рерик появился в общинном доме в своем парадном облачении конунга. На нем блистал панцирь византийской работы с золотой насечкой, широкий боевой пояс украшали серебряные фигурки древних божеств, мощную шею охватывала витая серебряная гривна с подвеской в виде атакующего сокола, и только видавшие виды изрядно потертые ножны меча Свартлина – Черной Молнии – несколько нарушали общую великолепную картину. Едва он вошел, как все присутствующие на тинге – за исключением Хальвдана Черного – встали и почтительно склонили головы перед конунгом русов. «Что это с ними?» – удивился Рерик.

– Конунг Рерик Ютландский! – прогремел бас Хальвдана Черного. – Приветствую тебя от имени высокого собрания! Сегодня у нас выдающийся день! Но прежде выслушай послов высокочтимого кнеза Гостомысла.

Вперед выступил высокий мощный старик с длинной седой бородой в богатой меховой одежде, стоившей целое состояние. Он сильно отличался от остальных собравшихся не только платьем, но и очень серьезным выражением лица, которое, казалось, было высечено из светлого камня. Старик поклонился Рерику и сказал:

– Мы приветствуем тебя, великий воин, от имени кнеза Гостомысла! Прежде чем дойти до сути дела, я хочу объяснить причину, которая вынудила нас прибыть сюда. Все четыре сына нашего великого кнеза умерли, поэтому унаследовать престол некому. Недавно ему приснился сон, что из чрева его средней дочери Умилы проросло покрывшее весь наш стольный град большое дерево, от плодов которого насытились все подданные кнеза. Волхвы предсказали кнезу, что наследовать ему будет сын Умилы, который приведет к расцвету его землю. Поэтому кнез и послал нас за море на поиски сына Умилы.

Рерик недоумевал. Слова старца были туманны и непонятны. Он-то какое отношение имеет ко всему сказанному? А ведь слова посла были обращены именно к нему.

– Боги нам указали путь! – торжественно провозгласил старик. – До нас дошли слухи, что знаменитый конунг Рерик Ютландский гостит у конунга Хальвдана Черного, и это сильно сократило наш путь. Скажи нам, великий витязь, кто твои родители?

Умила… Рерик невольно вздрогнул. Так звали его мать!

– Отцом моим был Годлав… а мать звали Умилой, – немного запинаясь, ответил конунг русов.

– Годлав, кнез ободритов, изгнанный из своих земель конунгом данов Готфридом! – Голос старца превратился в торжествующий трубный глас. – Мы узнали, что он остался жив и, спасаясь от преследователей, бежал к полянам, где был простым воином. Конунг Рерик Ютландский! Ты сын кнеза Годлава! Склоним головы!

Посольство низко поклонилось Рерику, который пребывал в прострации. Он – сын кнеза ободритов?! Конунг посмотрел на Хальвдана Черного, на лице которого сияла широкая улыбка. И Рерик знал, по какой причине. Теперь нет никаких препятствий для брака Ефанды с Рериком! А значит, у него будет сильный союзник, мало того – будущий кнез Гардарики!

– Но прежде, чем мы исполним волю своего повелителя, – в голосе старца неожиданно зазвучал металл, – нам хотелось бы удостовериться, что ты, конунг Рерик Ютландский, именно тот человек, о котором пророчествовали наши волхвы.

Он требовательно посмотрел на Рерика. Удостовериться… Легко сказать. А как это сделать?

Неожиданная мысль пронзила Рерика, словно молния. Он обернулся к Трувору, который бурно дышал ему в спину, и сказал:

– Принеси из моего сундука то, что там лежит!

Трувор вышел. В общинном доме повисла мертвая тишина. Хальвдан Черный нервно заерзал на своем троне. Он смотрел на Рерика с надеждой и непониманием. О чем идет речь?

И только Синеус облегченно вздохнул и улыбнулся. Он понял, какая реликвия спрятана в сундуке конунга и его побратима. Трувор тоже это знал.

Едва клевец оказался в руках посла, как тот неожиданно прослезился. Он поднял его над головой и воскликнул:

– Боги услышали наши молитвы! Это жезл власти правителя ободритов! Слушайте все – перед вами Рерик Ютландский, сын Умилы, кнез Гардарики!

В общинном доме словно грянул гром. Присутствующие на тинге орали, как оглашенные. Событие, которое происходило на их глазах, было истинным чудом! И только Рерик стоял, как столб – без единой мысли в голове. Ему казалось, что он видит сон…

У норгов свадьба короче трех дней считалась жалкой, поэтому она длилась неделю. Богиня Вар приняла обет у новобрачных Рерика и Ефанды, жрецы призвали в свидетели Фрейра и Фрейру, а на подоле невесты было вышито золотом изображение Мёльнира – молота бога Тора, чтобы тот благословил ее. На брачное ложе жениха и невесту провожали с факелами в руках, что показывало разницу между законными супружескими отношениями и незаконными внебрачными связями.

Ефанда лишь сказала Рерику:

– Я давно тебя полюбила…

А дальше все завертелось и окунулось в бурлящий котел страстей. Ночь пролетела, как один миг. Влюбленные никак не могли натешиться друг другом. Рерик пребывал в странном настроении, все еще не веря в то, что произошло на тинге, но Ефанде было не до переживаний желанного супруга.

Она лишь шептала: «Я знала… Я чувствовала, что ты мой единственный…»

На другой день в качестве вознаграждения за девственность Ефанды Рерик преподнес ей «утренний дар» – великолепное золотое колье, некогда украшавшее шею знатной патрицианки ромеев. С этого утра Ефанда стала законной женой и хозяйкой усадьбы…. которой у Рерика пока еще не было, если не считать мрачного замка на Рюгене. Он лишь передал ей огромный серебряный ключ неизвестно от какого строения, захваченный в одном из набегов.