Челюсти - Питер Бенчли

— Глупости, вот почему. Умный человек знает свои возможности. Вы еще мало каши ели.

— Откуда вызнаете?

— Никому не удастся такое. Эта акула слопает вашу клетку на завтрак.

— Слопает? Ну, не думаю. Согласен, она может броситься на клетку, может даже попытаться схватить челюстями прутья, но вряд ли акула захочет ее проглотить.

— Захочет, если увидит такую сочную приманку, как вы.

— Сомневаюсь.

— Ладно, хватит болтать.

— Слушайте, Куинт, подобная возможность предоставляется раз в жизни. Яне стал бы вас ни о чем просить, если бы не увидел вчера эту рыбину. Она редкостная, во всяком случае, в нашем полушарии акул вроде нее никто не встречал. Я смотрел фильмы о гигантских белых акулах, но еще никому не удавалось заснять двадцатифутовую рыбину в открытом океане. Ни разу.

— Куинт же сказал вам: хватит болтать, — вмешался Броди. — Так что забудьте о вашей клетке. И потом, я не хочу отвечать за вас. Мы здесь для того, чтобы убить акулу, а не снимать о ней любительский фильм.

— Почему вы должны отвечать за меня? Я действую совершенно самостоятельно.

— Ну нет, я за вас отвечаю. За катер платит Эмити, поэтому будет так, как я скажу.

Хупер обратился к Куинту.

— Я заплачу вам.

Куинт улыбнулся.

— Да ну? И сколько?

— Хватит болтать, — повторил Броди. — Мне неважно, что скажет Куинт. Я против того, чтобы вы брали с собой эту штуковину.

Хупер не обратил внимания на слова Броди.

— Сто долларов. Наличными, — предложил он хозяину катера. — И вперед, как вы любите. — Хупер полез в задний карман за бумажником.

— Я сказал: нет, — уперся Броди.

— Ну как, Куинт? Сто зелененьких. Наличными. Вот они. — Хупер отсчитал пять банкнот по двадцать долларов и протянул их Куинту.

— Не знаю, — сказал Куинт. Но деньги манили его, и он добавил: — Плевать, пусть подыхает себе, если хочет, я не стану удерживать.

— Если возьмете клетку, Куинт, — сказал Броди, — то лишитесь своих четырехсот долларов.

«Пусть Хупер сводит счеты с жизнью в свободное от работы время», — подумал полицейский.

— Если клетка останется на берегу, я не поеду с вами, — сказал Хупер.

— Ну и не надо, черт возьми, — разозлился Броди. — Можете сидеть здесь, мне все равно.

— Не думаю, чтобы это понравилось Куинту. А, Куинт? Вы пойдете в море вдвоем с шефом? Согласны?

— Мы найдем себе помощника, — сказал Броди.

— Валяйте, — огрызнулся Хупер. — Желаю удачи.

— Трудно найти, — сказал Куинт. — Особенно в такой короткий срок.

— Пошло все к дьяволу, — разозлился Броди. — Отложим поездку на завтра. А Хупер может возвратиться в Вудс-Ход и забавляться со своими рыбками.

Хупер был зол, гнев ослепил его. Поэтому он не смог удержаться, и у него вырвалось:

— Я способен и на большее.

На несколько секунд воцарилось гробовое молчание. Броди уставился на Хупера, не желая верить своим ушам, он не знал, сколько скрытого смысла таилось в словах ихтиолога, а сколько пустой похвальбы. И вдруг на Броди нахлынула неистовая ярость. Он сделал два шага к Хуперу, схватил его обеими руками за воротник и кулаками сдавил горло.

— Что? Что вы сказали?

Хупер задыхался. Он вцепился в пальцы Броди.

— Ничего! — ответил ихтиолог через силу. — Ничего! — Он пытался отступить назад, но Броди еще крепче сжал его горло.

— Что вы хотели сказать?

— Да говорю же вам, ничего! Вы разозлили меня. Вот я и выпалил первое, что пришло на ум.

— Где вы были днем в прошлую среду?

— Нигде! — В висках у Хупера стучало. — Отпустите. Вы задушите меня!

— Где вы были? — Броди все сильнее давил на горло.

— В гостинице! Теперь пустите!

Броди ослабил руки.

— С кем? — спросил он, взмолившись про себя: «Боже, пусть это будет кто угодно, только не Эллен».

— С Дейзи Уикер.

— Вранье! — Броди снова сдавил ненавистное горло и почувствовал, что на глазах у него выступили слезы.

— Что вам надо от меня? — прохрипел Хупер, пытаясь высвободиться.

— Дейзи Уикер — несчастная лесбиянка! Что вы делали вместе, вязали?

В голове у Хупера помутилось. Руки Броди словно железным обручем сдавили артерии на шее Хупера. Веки у Хупера задрожали, и он стал терять сознание. Броди отпустил воротник и с силой оттолкнул ихтиолога. Хупер растянулся на пристани, с трудом хватая ртом воздух.

— Что вы на это скажете? — продолжал допрашивать Броди. — Или вы способны спать с кем угодно, даже с лесбиянкой?

Голова у Хупера быстро прояснилась, и он ответил:

— Нет, я не знал, что она лесбиянка, а потом было уже слишком поздно.

— Что? Уж не хотите ли вы сказать, что она поднялась к вам в номер, а затем передумала? Ни одна лесбиянка не пойдет на это.

— А она пошла! — сказал Хупер, стараясь без заминки отвечать на вопросы Броди. — Она сказала, что хочет… что настало время попытаться стать нормальной женщиной. Но потом у нас ничего не вышло. Это было ужасно.

— Вы городите чепуху!

— Нет. Можете справиться у нее сами. — Хупер знал, что это всего лишь слабая увертка. Броди легко было проверить. Но Хуперу больше ничего не пришло в голову. Вечером он может по пути домой позвонить Дейзи Уикер из телефонной будки и попросить ее подтвердить его слова. Или может просто больше не возвращаться в Эмити — повернуть на север, сесть на паром в Ориент-Пойнте и покинуть штат, прежде.

Чем Броди успеет связаться с Дейзи Уикер.

— Справлюсь, — заверил Броди. — Не сомневайтесь.

Броди услышал позади смех Куинта.

— Сроду ничего такого не слышал, — сказал Куинт. — Надо же — спать с лесбиянкой.

Броди пристально посмотрел в глаза Хупера, пытаясь увидеть в них хоть искорку лжи. Но Хупер уставился в настил пристани.

— Ну так что? — спросил Куинт. — Выходим сегодня или нет? Все равно, Броди, вам придется платить.

Броди был потрясен. Ему хотелось отложить поездку, вернуться в Эмити и узнать, что связывало Хупера и Эл-лен. Но, предположим, худшие опасения подтвердятся. Как ему поступить? Потребовать ответа у Эллен? Уйти от жены? А какой прок от этого? Надо все обдумать.

— Выходим, — кивнул он Куинту.