Империя полураспада - Александр Холин

– Бред какой-то, – брезгливо пожал плечами Рожнов.

– Да. Только народ с большим удовольствием смотрит такие фильмы, – выразительно произнёс Бобков. – Люди смотрят, читают подобную ерунду и поневоле начинают задумываться: может, действительно масонская братва делает погоду в мире? Но никогда ещё никому не принесли счастья кучи денег, тем более, масонских. Хотя бы потому, что никому из них не удаётся овладеть энергией земного пространства, как нельзя, скажем, воочию увидеть промелькнувшую в голове мысль. Собственно, мировые финансы, как и золото, – это тоже энергия и довольно-таки мощная. Но любая энергия идёт только по тем каналам, куда её направит человек. Большинство американских фильмов имеет «happy end» – овладение вожделенным сокровищем. Но это тупик, самообман, химера. Золото не даст власти над миром. Это понимали фашисты, вот почему они рвались в Россию. Их конечная цель – абсолютная власть. А ключ к ней – в России.

– Что вы имеете в виду? – Родион окончательно был сбит с толку. – Вы соображаете, что говорите?

– Соображаю, – кивнул Анатолий Силыч. – И с башкой у меня пока всё нормально. Дело в том, что фашистскому институту «Аненэрбе» попались исторические документы о том, где жили в начале времён арии, где было их царство, и где сохранилась до наших дней дверь в Шамбалу… Подожди, не перебивай, – остановил он гостя, пытавшегося вставить слово. – Сначала подумай, для чего немцы рвались в Сталинград?

– Это же элементарно, – буркнул Рожнов. – Для того, чтобы рассечь Россию пополам.

– Нет, любезный, всё не так просто, как кажется. За Волгой начинаются Калмыцкие степи, и от Сталинграда до Южного Урала рукой подать. Именно там страна ванов, именно там жили асы. У одних была столица Асгард, у вторых – Аркаим.

Историография прекрасно сохранилась в текстах «Старшей Эдды», а также в рукописях Сэмунда Мудрого. Именно в тех местах находится дверь в Шамбалу, где можно получить власть над всем миром, а это уже вовсе не кучка золота. Но вход до сих пор никому из них найти не удалось. Ведь если планета окажется в руках дьявола, то жизнь кончится. И вы, мой друг, каким-то образом встали на пути людей, рвущихся к власти.

– Над всем миром?

– Да. Над всем миром, – подтвердил Бобков. – Подумайте пока: где вы, то есть, в каких делах недавно принимали участие, что сделали из ряда вон выходящего? В общем, все неадекватные поступки последнего времени.

Пока Анатолий Силыч занимался настройкой сконструированного им агрегата на нужную волну, частоту или чего там ещё, Рожнов вспоминал пожар Останкинской телебашни и отключение Ретранслятора.

Но причём здесь Ретранслятор, принадлежащий Центру слежения за полётами? Ведь присутствие каких-либо там посторонних людей попросту невозможно.

Невозможно? А почему? Ведь даже русский император был пойман масонами в сети и посвящён в тридцать третий градус – самую высшую ступень власти.

Значит, всё возможно и всё реально. Но ведь сам Рожнов ни с кем из Центра слежения незнаком, в чём же дело?

Неужели кому-то из высших эшелонов власти не терпится разжечь войну?! Но зачем?! Какой смысл?! Что такое война помнят многие – это же бессмысленно! Идиотизм! Неужели люди только и научились наступать на одни и те же грабли и ничего, кроме этого?! Жизнь в борьбе с граблями теряет всякий смысл, поэтому мало чем отличается от спокойствия могилы.

Пока Родиона одолевали досужие мысли, Анатолий Силыч настроил психотронный диагност и пригласил гостя к рабочему столу. Деловито подсоединяя на теле Рожнова датчики и укрепляя на его голове обруч, Бобков бормотал что-то, очень похожее на заклинание.

– Вы надо мной отходную читаете? – скрывая беспокойство, пошутил Родион.

– Да, молитву, – признался Анатолий Силыч. – Но не отходную, а девяностый псалом Псалтири. Слышали?

– Жывый в помощи?… – наморщил лоб Родион.

– Он самый. Всегда читаю перед началом важного дела. А сейчас момент именно такой и помощь не помешает. Особенно оттуда, – Бобков многозначительно поднял палец. – Димка правильно сделал, что вас ко мне направил. Он историю серебряных пуль прекрасно знает, тем более, с девушкой вашей что-то не «так».

– Что? – встрепенулся Родион. – Что с Ксюхой? Ваш братец ничего существенного не сообщал.

– Потому и не сообщил, наверное, что пока нечего. Мне, например, он сказал, что ранение не очень опасное. Однако пациентка не приходит в сознание. Впрочем, всё может быть из-за потери крови. Но обо всём вы узнаете утром. А сейчас вспоминайте все жизненные перипетии, все неадекватные случаи, происшедшие с вами в последнее время.

В квартире на какое-то время повисла тишина, нарушаемая только монотонным жужжанием электронного диагноста и компьютера. Экран монитора вдруг сменил стандартную заставку на чистый лист, на котором стали возникать какие-то многоугольники, трапеции, синусоиды. Потом всё это собралось в один узел, и произошла вспышка «сверхновой», которая принялась разрастаться, превращаясь в объемную фигуру – октаэдр.

– Так выглядит ваша голова изнутри, – пояснил Бобков. – Здесь переплетены три функциональных измерения вместе с четвёртым – временным, поэтому матрица происшедшего с вами отпечатана в сознании. Нам предстоит извлечь из общей массы этой информации – отрицательно настроенных к вам личностей. Сразу предупреждаю, образы могут быть ни на что не похожими. Ваша цель – разглядеть в них нечто знакомое, проскальзывавшее когда-либо перед вами. Я понятно объясняю?

– Ясно, – кивнул Родион. – Давайте попробуем.

Бобков снова пробежался пальцами по клавиатуре компьютера, и октаэдр на экране принялся разрастаться, пухнуть, пузыриться, пока не распался на множество мелких, разнообразных многогранников.

– Изображения будут возникать, и принимать чёткие очертания достаточно медленно, – предупредил Анатолий Силыч. – Постарайтесь внимательно рассмотреть их со всех сторон. Важна любая деталь.

Одним из первых на экране чётко нарисовались глаза. Родион сразу узнал их. Всего несколько часов назад в ресторане так на него смотрела Ксения!

– Стоп! – тут же скомандовал Рожнов. – Я знаю эти глаза! Вы хотите сказать, что их владелец враждебно ко мне относится?

– Вовсе нет, – досадливо поморщился Бобков. – Выделить отрицательные моменты – это исключительно ваша задача. На экран выводится вся информация, в том числе и положительная, но подложка негативного изображения будет малинового цвета. Это основной принцип устройства прибора: отрицательные эмоции наиболее сильные, а следовательно и запоминающиеся. Такова человеческая психика.

– Ну, тогда ладно, – согласился Родион, поскольку фон вокруг Ксюшиных глаз выглядел бело-голубым с зеленоватым оттенком.

– Такого цвета подложка, наоборот, бывает только у бесконечно доверяющих вам людей, – отметил Анатолий Силыч. – Глаза, между прочим, женские. Неужели вы до такой степени покорили даму, что она вам начала доверять? Ведь редко какая женщина способна на такое безрассудство, какое выражают эти глаза. Хотя, может быть, я и ошибаюсь.