Волки траву не едят - Константин Стогний

Радостная Анабель тем временем продолжала болтать:

– Сдадим машину и позавтракаем на площади Нуньоа. Там очень красиво. И кормят вкусно и недорого. Да?

Виктор только кивал головой в ответ деятельной аргентинке. Хорошо, когда женщина умеет все сама. Не потому, что мужчине лень, а потому, что… просто хорошо.

Анабель остановила «фольксваген-поинтер» у въезда в гараж и вышла из машины.

– Побуду здесь. Погляжу, нет ли за нами «хвоста», – устало пробурчал Виктор.

В полумраке огромного гулкого гаража, куда вошла Анабель, яркими цветными пятнами бросались в глаза несколько новеньких Volkswagen Beetle мексиканского производства. За стеклянной стенкой в маленьком грязном закутке сидел небритый человек в красной бейсболке и таком же галстуке. Он играл на смартфоне, разместив его на большой ладони.

– Вы диспетчер? – спросил девушка.

– Угу, – был ответ.

– Я ищу своего знакомого Карлоса Лукоса.

Диспетчер отложил смартфон.

– А в чем дело? – настороженно спросил он.

– Да ни в чем. Я его знакомая.

– Еще одна знакомая? Он работает в вечернюю смену, сеньорита. Так что еще не пришел.

– Спасибо. Тогда примите у нас машину.

– Давайте документы и загоняйте.

Феррер вытащила из сумочки сложенную квитанцию и развернула ее на столе.

– Вон окошко кассы, – проворчал ленивый диспетчер и поставил штемпель на документ.

– А почему вы сказали «еще одна знакомая», сеньор?

Он опять взялся за смартфон, на экране которого замелькали разноцветные лопающиеся шарики.

– Да тут пара знакомых недавно его спрашивала.

– Женщины или мужчины? – подозрительно спросила Анабель.

– Мужчины. Индейцы мапуче. Попросили погуглить, где консульство Украины, и уехали, – не отрываясь от игрушки, рассказал диспетчер.

Сеньорита Феррер быстро сложила квитанцию и, уже выбегая из гаража, запихнула ее в сумочку. Прыжком она преодолела высокий бордюр, плюхнулась на сиденье и включила стартер.

– Нас догнали, – бросила она Лаврову. – Двое мужчин недавно разнюхивали здесь адрес украинского консульства…

– Твою дивизию, – тихо выругался Виктор.

Он попытался схватиться за отсутствующую ручку над пассажирской дверцей «поинтера» и еще раз выругался, когда на резком развороте стукнулся головой об оконное стекло.

Феррер вцепилась в руль и погнала изо всех сил по улице Джорджа Вашингтона. На улице Симона Боливара их остановил красный свет.

Анабель вильнула к бензоколонке, проехав насквозь, выскочила на Боливара уже за светофором и подрезала несколько машин сразу, чтобы успеть сделать левый поворот на улицу Елисер Парада.

– Слава богу, не задели никого, – только и успел сказать Виктор.

На проспекте Эченике полисмен засвистел и записал номер «фольксвагена», но Анабель только прибавила газу.

Все происходило быстро, улицы Сантьяго мелькали, как в кино. Перекресток с проспектом Артура Медина, с улицей Табалаба, короткий кусок дороги по улице Франциска Бильбао – все это осталось позади. Три светофора аргентинка проскочила в последнее мгновение, четвертый – уже на красный свет. В начале авеню Америго Веспуччи за ними увязался полицейский на мотоцикле, завывая сиреной. Анабель нырнула в подземный гараж громадного здания на перекрестке с проспектом Карлоса Альворадо, вынырнула на проспекте Мануэля Барриоса и вернулась на авеню Америго Веспуччи. Сирена умолкла под землей. Мотоцикл заблудился там же.

«Ни хрена себе “GTA”!^[15]» – думал украинец, держась за свое кресло обеими руками.

И вот уже на горизонте показалась резиденция почетного консула Украины – большой красивый дом на перекрестке авеню Америго Веспуччи и аллеи Апокиндо. Виктор сразу обратил внимание, что поперек аллеи между домами стоит большой серый Cadillac Escalade. Обе передние дверцы внедорожника были широко распахнуты, отчего он казался каким-то слоноподобным лопоухим чудищем. Но, как оказалось, это «чудище» еще и стреляет.

Из окна «кадиллака» прогремел выстрел. Анабель вздрогнула.

– Ни фига себе! – Лавров выхватил пистолет, «отобранный» у Осинского, приоткрыл дверцу и выстрелил в ответ.

Невысокий смуглый индеец опустился на колени возле правой дверцы. Его правая рука с окровавленной кистью повисла вдоль тела, другой он пытался поднять с булыжной мостовой свой пистолет.

Анабель затормозила, «фольксваген» занесло, и Лавров буквально вывалился из него наружу.

– Бросай оружие, упырь! – заорал он по-русски, будто индеец учился в соседней школе на Борщаговке.

Индеец с простреленной рукой оскалился и привалился спиной к подножке «кадиллака».

Анабель выскочила из «фольксвагена». Тут откуда-то из-за кадиллака раздался выстрел, пуля впилась в правое крыло «фольксвагена». К счастью, аргентинка не видела левую сторону кадиллака и не успела испугаться. Виктор тут же влепил в окна «кадиллака» одну за другой две пули, отчего стекло внедорожника разлетелось вдребезги. Лавров упал на мостовую, заглянул под машину и увидел пару вышитых индейских мокасин. Выстрелил, но промахнулся.

«Ч-черт, смазал. Надо чаще в тир ходить, – подумал украинец. – Интересно, есть под Киевом тир с индейцами?».

Следующий выстрел из-за «кадиллака» попал в правую фару «фольксвагена», и ее осколки разлетелись, чуть не попав в лицо украинцу. Виктор, по старой привычке осматриваясь и оценивая обстановку, увидел в кустах аллеи копошащуюся мужскую фигуру. Лежа на земле ничком, человек сжимал руками уши, свернувшись калачиком.

«Кремень. Ешкин кот! Выкрали! Эх…»

Лавров не ошибся – это был кладоискатель Сергей Кремень, но, видимо, опять в стадии обострения. Крепкий мужчина, бывший боевой пловец не стал бы просто так лежать в кустах в позе испуганного еврейского ювелира.

Виктор бесстрашно бросился в сторону «кадиллака», кувыркаясь и прыгая, точно боец из старой компьютерной игрушки. Это его спасло: две пули, выпущенные по нему, в цель не попали. Мало того, Лавров сам успел выстрелить дважды в распахнутую левую дверь и нырнуть под передние колеса машины. Из-за внедорожника раздалось еще несколько выстрелов. Украинец отшвырнул ногой пистолет раненого, проскользнул мимо истекающего кровью индейца и осторожно выглянул из-за багажника. Человек по ту сторону джипа крутил головой и был готов отразить нападение с двух сторон. Это был крупный индеец в синем джинсовом костюме.

Неожиданно к перестрелке подключилась Анабель. Ее выстрел из «Ламы» Шульца был очень кстати. Виктор пальнул вслед за ней. Индеец увернулся и выстрелил в Лаврова. Тот укрылся за багажником. Феррер выбежала из-за прикрытия, Лавров сквозь нетонированное лобовое стекло увидел, как у девушки растрепались волосы и как она встала, широко расставив ноги, и прицелилась, словно в тире.