Месть по-царски - Александр Тамоников

– Семья купца?

– Жена и сын в Новгороде. Ратники молвят, купец там тако же подворье прикупить желает. А сын у него, Гриша, уже малый взрослый, восемнадцати годов, тут помогал отцу, в Новгороде же вроде лавку взял, знакомства заводит. Вместе с матерью подворье подбирают. Недавно уехали.

– Значит, купец ночью дома один?

Пагута усмехнулся:

– Пошто один? Частенько остается Ирина. Соседка с того краю. Вдовая, форм вельми пышных. Уж коль князю можно бабенку для утех держать, то пошто купцу не можно?

– Черт бы побрал этих гулящих, – в сердцах выругался Савельев.

Но Пагута добавил:

– Вот тока захворала второй день Ирина, не приходит.

– Это точно? Не приходит?

– Супружница моя на подворье, почитай, до ночи трудится. Когда Ирина приходила, видела. А два дня бабы не было.

– Но может, ныне объявится?

– Не-е. Андрей Владимирович велел Ваське, холопу, вечером к Ирине привести лекаря. Никак не оклемается. А тебе-то это на что?

– Ты извиняй, Фома, но задавать подобные вопросы не след.

– Это ты извиняй, князь. Все любопытство. Уж таким народился.

Савельев, подумав, спросил:

– А что за гонец приезжает к купцу перед появлением Ростова?

– Так это Степан Колода. Когда Петька брат на подворье появился, этот Степан тоже тут был. Но собирался куда-то ехать. Мыслю, туда, где гуляет князь Ростов.

– Что же ты раньше не сказал?

– Ты его схватил бы?

Савельев понял, что задал вопрос не к месту.

– Ты прав. Ничего бы я не сделал. А ты проверить, уехал ли гонец, прямо щас можешь?

– А чего нет? Схожу на подворье да все прознаю.

– Сходи, Фома.

– Угу. Петьке зайти или так и сидеть во дворе?

– Пусть зайдет.

Пагута пошел в сени, Савельев вернулся к столу, сел на лавку. За занавеской будто тень мелькнула.

Дмитрий тут же обошел стол, сдвинул занавеску. За оконцем кусты, городьба, из людей – никого. Может, кошка али птица? А может, вообще почудилось?

Вошел Раков.

– Ты, князь, чего в оконце-то глядишь?

– Ты во дворе никого не заметил?

Раков удивился:

– Нет, а кто-то окромя нас должен был быть?

– Хорошо смотрел?

– Да не было и нет никого. Вот Фома тока вышел. Да кот ихний по двору шастает. Злющий такой. Я хотел его погладить, не подпускает, щерится, шипит.

– Кот, молвишь?

– Ну да!

– Ладно, садись.

– А куда Фома пошел?

– На подворье купца, скоро вернется. А ты поедешь в Авданово с важным и срочным поручением.

Савельев почувствовал тревогу.

Вновь выглянул в оконце. Никого.

– Да что с тобой, князь? Кому сюда заходить-то? Мне одному на село ехать?

– Да. Но об этом позже.

– Как скажешь!

– Слушай, пойди-ка ты еще раз внимательно осмотри двор.

Раков покачал головой – неймется князю, но подчинился.

Вернулся скоро.

– Никого, окромя кота. Я в него камень кинул, он под клеть забился.

Вернулся Пагута. Присел на лавку рядом с братом.

– Нету на подворье Колоды, работники сказывали, уехал.

– Ладно. Благодарствую. Поехали и мы.

– А перекусить?

– Не до того!

– Ну, дело ваше.

Савельев с Раковым вышли из хаты.

Князь сказал стражнику:

– Погоди.

И завернул за избу. К месту, что видно из оконца.

Там ничего особенного. Натоптано, но то и понятно, хозяин ходит везде. Объявился рыжий злой кот, возмущенно зашипел. Дмитрий цыкнул на него, кот убежал. Князь прошел к клети. Вскочил на коня. То же сделал и Раков.

– Едешь на село, Петр. Там найдешь Гордея Бессонова, передашь: дружине идти к Пскову, встать в роще, что не дале версты от города.

– Это мимо которой проезжали?

– Да. Быть тут к вечерней молитве.

– А если князь спросит, куда это дружина и где ты?

– Ответь, не твое дело. Но так, чтобы без обиды.

– Понял.

– Давай!

Во двор вышел Пагута.

– Ты вовремя, Фома. Ведаешь, где живет боярин Андрей Михайлович Воронцов?

– Так это все во Пскове ведают.

– Где?

Пагута объяснил.

– Добро, благодарствую. Может, еще увидимся.

– Удачи, князь.

Савельев поехал к подворью знатного боярина.

Если бы Дмитрий приехал к Пагуте с кем-нибудь из своих ратников, а не с Раковым, то воин дружины не сидел бы сиднем у избы, а смотрел бы за двором как следует. И тогда заметил бы одинокую фигуру мужика, что прятался у оконца. И тем более заметил бы, как тот после выхода князя перемахнул через городьбу и оказался на улице, где его поджидал конь. Но Дмитрий пришел с обычным стражником, Петром Раковым, а тот не имел опыта, который был у ратников особой дружины.

Нужное подворье Савельев нашел быстро. Оно находилось недалеко от храма Святых Козьмы и Дамиана.

Подворье напоминало усадьбу князя Бородинского. Крепкая городьба, ворота с образами, сторожевая башенка со стражником. В глубине – крыши большого дома, дворовых построек, верхушки деревьев, посаженных в определенном порядке.

Стражник на башне первым заметил приближающегося всадника.

– Не заплутал ли, путник?

Савельев ответил:

– Если это подворье боярина Воронцова, то не заплутал.

– Вона как? Тебе к боярину?

– Да, воин, и как можно быстрее, передай там своему старшему, что к боярину прибыл человек от князя Бородинского.

– От Бородинского? Щас, погодь.

Стражник кому-то крикнул, вскоре открылась калитка, появился другой воин, в более дорогом одеянии.

– Приветствую, путник. Молвишь, от князя Бородинского?

– Приветствую. Да, от князя.

– Не похож ты на гонца.

– А я и не гонец.

– Кто ж тогда?

– То объясню боярину.

– Жди.

Старший стражник ушел. Через какое-то время створки ворот открылись, отрок лет двенадцати сказал:

– Въезжай.