Смертельные враги - Эмилио Сальгари

— Мы поможем вам, Сэнди! — отозвался Джон. — Как-нибудь выроем могилу и похороним по-христиански этого чудака.

Принявшись копать яму для бренных останков лорда Уилмора, охотники скоро вынуждены были прервать работу: из лесу вышел отряд человек в двадцать прекрасно вооруженных людей в канадских костюмах.

— Что здесь происходит? — осведомился командовавший этим отрядом рослый старик с голубыми глазами.

— Мы хороним одного из наших товарищей, — ответил Девандейл.

— Растерзан медведем?

— Нет! Предательски убит двуногим шакалом, труп которого валяется там, под деревом.

Канадцы полюбопытствовали посмотреть на «двуногого шакала» и, подойдя к нему, старик-предводитель воскликнул:

— Но ведь это же он, господа! Это отравитель рудокопов, которого мы ищем вторую неделю. О, негодяй! Так ты ушел от нашей мести!

— Вы знали этого человека? — обратился к канадцам Девандейл. — Вы назвали его отравителем? Что это значит?

— Он, заведя транспортную контору для перевозки трупов умерших на рудниках рабочих, чтобы увеличить свои заработки, с прошлого года принялся отравлять наиболее богатых рудокопов. Он орудовал при помощи одного негра, такого же проходимца.

Две недели назад на рудниках умер некий Иеремия Смитсон при весьма загадочных обстоятельствах, и «гробовщик» отправился отвозить его труп на родину.

Оставшийся вместо него негр запил и в пьяном виде проговорился о том, каким, собственно, ремеслом занимался его патрон.

Ну, мы приперли чернокожего к стене, заставили выложить все. Комитет общественной безопасности образовал погоню за отравителем. Мы шли по его следам, но…

— Но вы опоздали! Суд Божий над ним уже свершился! — отозвался Сэнди Гук.

— А как вы попали сюда, господа? — осведомился предводитель канадцев.

Джон вкратце поведал уже известные нашим читателям перипетии своих странствований.

— Охотница за скальпами пробирается на нашу территорию? Для того, чтобы и в наших краях совершать свои злодеяния? — вскипел гигант-канадец. — Господа! Что вы скажете на это?

— Смерть сиу! — хором отозвались канадцы.

— Господа! Хотите, мы присоединимся к вам? — предложил предводитель канадцев Джону.

— Разумеется! Будем очень рады!

* * *

Утром следующего дня разведчики сиу, находившиеся уже у самой канадской границы, донесли Миннеаге, что ими обнаружен поблизости отряд из пяти бледнолицых, в которых по описанию женщина-сахем узнала своих смертельных врагов.

Глаза Миннеаги вспыхнули мрачным огнем.

— Маниту предает их в наши руки! Смерть их будет так ужасна, что само небо содрогнется!

В мгновение отряд сиу собрался и ринулся на обнаруженных врагов.

— Возьмите их живыми во что бы то ни стало! — подстрекала своих воинов несшаяся впереди Миннеага. — Я хочу упиться их муками! Вперед, вперед, последние сиу! Слава ждет нас!

Белые всадники, увидев мчавшийся на них вихрем отряд индейцев, испуская крики ужаса, повернули коней и понеслись назад, делая большую дугу.

— Они хотят укрыться в лесу! Но мы не упустим желанную, драгоценную добычу! — кричала, словно опьянев от радости, Миннеага. — Мы сейчас покончим навсегда с нашими смертельными врагами! Спешите, воины! Я стану женой того из вас, кто возьмет в плен Джона — индейского агента!

Беглецы заметно задерживались. Между ними, казалось, была паника. Прозвучали два — три беспорядочных выстрела, не причинивших краснокожим ни малейшего вреда.

— Спешите же, спешите, последние герои сиу! — торопила краснокожих женщина-сахем.

— Гм! Нет ли тут какого подвоха? — придержал ее Красное Облако. — Смотри, дочь моя! Ненависть ослепляет тебя! Ты не принимаешь самых обычных мер предосторожности!

— Ты — трус, воин Воронов! — крикнула ему неукротимая Миннеага и влетела в лес, на опушке которого скрылись беглецы.

И вот в это мгновение с двух сторон загремели ровные и дружные залпы карабинов, сея смерть в рядах сиу: то стреляли сидевшие в засаде канадцы, поражая сиу перекрестным огнем.

Действие их залпов было ужасно: кони и всадники смешались в кучу, падая грудой на снег. А пули летели и летели.

Потом послышался свист, и два отряда белых ринулись на немногих уцелевших от пуль индейцев, неся с собой гибель последним, действительно последним сиу.

Впереди белых мчался Джон Максим, правительственный агент, и Сэнди Гук. Они направили коней в ту сторону, где над трупом своего мустанга стояла в роскошной мантии женщина-сахем Миннеага, дочь Яллы.

— Отдай мой скальп! — кричал Джон.

— Десять тысяч долларов за твою голову! — вопил Сэнди Гук, бросаясь на неукротимую воительницу сиу.

Подпустив врагов на десять шагов, Миннеага швырнула свой страшный томагавк в грудь Сэнди Гука.

Бывший бандит пригнулся, но топор поразил его голову. Падая, умирая, бандит все же успел разрядить револьвер: все шесть пуль. пронзив щит, которым прикрывалась Миннеага, впились в ее грудь.

Как пораженная ударом молнии, женщина-сахем молча, не испустив ни единого стона, опустилась на землю рядом с трупом мустанга, столько лет носившего ее в битву. Умирая, она, как гордый сын Рима, закрыла свое лицо краем плаща.

А по снеговой равнине метались кони без всадников, бежали преследуемые канадцами последние сиу, почти не думая о сопротивлении, их настигали, и они падали, не переступив границы обетованной земли, обещавшей возрождение расы сиу…

Только один краснокожий всадник, словно чудом уцелевший и пощаженный пулями, вихрем вырвался из свалки и умчался в лес. Это был вождь Красное Облако. За ним гнались, но не догнали: лес скрыл его.

* * *

Джордж Девандейл долго молча созерцал поле битвы. Лицо его было бледно, взор мрачен.

Джон подошел к нему и тронул его за рукав.

— Пора, мистер Джордж! — сказал он.

— Что? — очнулся молодой офицер.

— Я говорю, нам нечего делать здесь больше!

— Да, мы свое дело сделали! — горько засмеялся Девандейл.

— Вы как будто недовольны победой?

— Нет, что же! Я только думаю о том, что тут сейчас сведен вековой счет и что племя сиу никогда не возродится ни у нас, ни в Канаде…

— Есть о чем жалеть! — пожал плечами Джон. — Посмотрите-ка лучше на мою добычу!

И он показал Девандейлу три скальпа.

Первый — это был его собственный скальп. Он сорвал его со щита павшей в бою Миннеаги. Второй — скальп Яллы. Третий, еще окровавленный, — скальп самой женщины-сахема, скальп Миннеаги, той, которую Провидение послало племени сиу, чтобы Миннеага привела это гордое, неукротимое и кровожадное племя к гибели.