Точка опоры – точка невозврата - Лев Альтмарк

— Отбыть тебе придётся в славный баварский город Регенсбург, местечко замечательное во всех отношениях. Сам бы туда отправился, правда, не на встречу с Давидом Реувени, а полюбоваться на сегодняшние туристические прелести…

— А что плохого было в Регенсбурге в те времена? Кстати, какой это век?

— Шестнадцатый… А хорошего там и в самом деле было мало.

Я почесал небритую щеку и погрозил Шаулю пальцем:

— Не говори загадками. Выкладывай, какие меня там неожиданности ждут.

— Тут, знаешь ли, одной географией не обойтись, — замялся Шауль, — нужно столько всего охватить, чтобы хоть поверхностно понять, чего добивался этот лжемессия Давид Реувени. Наш подопечный Ицхак докторат делал по нему, и я хотел до деталей докопаться, но там столько всего… Иными словами, я абсолютно уверен, что он отправился в шестнадцатый век не только из чисто познавательных соображений. А что ему там нужно — это тебе выяснять. Я для тебя закладки в интернете сделал, сядь и почитай. Если что-то не сможешь перевести с иврита сам, помогу…

После первых строк, которыми я овладел с великим трудом, пришла очередь чесать уже не небритую щёку, а затылок.

— Слушай, брат, — грустно признался я, — мне эти буковки переводить и переводить… Может, изложишь своими словами? Да и с еврейской историей я знаком не очень. Учил-то всю свою сознательную жизнь историю КПСС, а тут, чувствую, ею и не пахнет.

— Это уж точно. — Шауль сел напротив меня и вздохнул. — Так и быть, попробую. Хотя я докторатов по истории не делал и в чём-то могу ошибаться, но — что есть, то есть.

— Веди меня, Вергилий, по кругам ада, — обрадовался я.

— О чём ты?! — испуганно глянул на меня Шауль.

— Это из «Божественной комедии» Данте…

— Странные вещи у вас в России учат — Данте, историю КПСС. А историю еврейского народа — нет…

— Не провоцируй меня на ответные откровения… Лучше начинай.

Шауль устроился поудобней и приступил к лекции по истории еврейского народа:

— В средние века евреям жилось крайне хреново. Впрочем, так же им жилось до того и после того. Нигде нашему брату не было покоя. Израиля-то тогда ещё не было. На Ближнем Востоке всё подгребла под себя Османская империя. Но и в Европе евреям было не легче, потому что здесь их вообще считали виновниками всех бед. Евреи, конечно, сопротивлялись, как могли, но что они могли поделать, когда своей земли у них не было, и они везде должны были существовать на условиях коренных жителей, а тем, естественно, не нравилось, что евреи обособлены, не желают ассимилироваться, повсюду суют свой нос и зарабатывают на всём, на чём можно, практически на воздухе. Короче, всюду мы были бельмом на глазу…

— Ближе к делу, — подсказываю ему, — оставь риторику на потом, а то время идёт, и мне ещё нужно слетать в ту эпоху. Как бы поезд не ушёл…

— Не уйдёт, не переживай… Так вот, идеи создания государства, в котором евреи могли бы быть полноправными гражданами, то есть государства Израиль, то и дело возникали в умных еврейских головах, однако практически осуществить это было нереально. Да и куда тут денешься, если на исконной земле Израиля хозяйничают турки, которые не только евреев, но и своих единоверцев с удовольствием вырезали под корень за минимальное отклонение от генеральной линии их мусульманской партии и правительства. Так, кажется, у вас, русских, когда-то говорили? Поэтому среди евреев стали распространятся всевозможные мессианские идеи, мол, так больше продолжаться не может, а значит, скоро придёт мессия, то есть Машиах, в обличии простого человека, сплотит разрозненные еврейские общины по всему миру и, невзирая на противодействия недоброжелателей, задаст врагам трёпку и провозгласит еврейское государство. Уж, не знаю, сколько было объявивших себя мессией до Давида Реувени и после, но он пришёл именно в тот ужасный период, когда евреи под властью Османской империи даже пикнуть не могли, а в Европе, точнее, в Испании и Португалии, инквизиция массово истребляла их мечом и огнём. Особенно доставалось марранам, то есть тем евреям, которые формально отказывались от иудаизма и принимали христианство, а на самом деле тайно соблюдали обряды, вели двойную жизнь и были по сути дела пятой колонной…

— Да, — даже крякнул я, слушая Шауля, — приятная поездочка предстоит…

— Так вот. Судя по всему, этот Давид Реувени, если выражаться современной терминологией, был ещё тот шоумен. Главным своим козырем он избрал загадочность — происхождение, место, откуда прибыл, и всё тому подобное. Ведь согласись, что с тобой никто и общаться не станет, если в тебе нет какой-то изюминки. А Давид громогласно всем заявил, что прибыл якобы послом от еврейского царя, владения которого лежат далеко на Востоке, там, где протекает легендарная библейская река Самбатион, и живут в этой стране некоторые из пропавших ещё в библейские времена еврейских колен. Как ни странно, но он оказался ко всему ещё и достаточно богат. Иначе ни один даже самый захудалый азиатский или европейский князёк разговаривать с ним не стал бы… Но для полноценного шоу этого было недостаточно. Как человек гибкий и смекалистый, Реувени начал выдавать совершенно шокирующие вещи. В общении с мусульманскими правителями он представлялся потомком пророка Мухаммеда. При общении с евреями в Палестине признавался в своём еврейском происхождении. Зато в Европе, где ни то, ни другое не сработало бы на его имидж, он предстал пред очами тамошних правителей, а потом и Римского Папы, как ярый борец с зелёной чумой Османской империи. Авантюрная его идея заключалась в следующем. Если европейцы помогут вернуть Палестину её законному владельцу, то есть еврейскому царю, от имени которого он выступает послом, то они получат надёжный плацдарм и верных проводников их идей на всём Востоке… Короче, всё то, чего добиваются сегодняшние американцы и европейцы от государства Израиль.

— И эта авантюра, ясное дело, не сработала, — предвосхищаю я финал истории. — Остапа Бендера разоблачили?

— Кого-кого? — удивляется Шауль.

— Это я про себя… Продолжай дальше.

— Идея-то как раз сработала, потому что для Папы засилье мусульман под боком было страшней зачуханных евреев, с которыми можно хоть как-то договориться. Для ведения новых войн с исламом Давида отправили к богатеньким королям Испании и Португалии, чтобы заручиться их поддержкой и раскрутить на деньги…

— Ага, тут-то его цап-царап в щупальца инквизиции…

— Тоже не совсем так. Человека, которого Папа удостоил аудиенции, так просто в ереси не обвинишь, поэтому стали просто выжидать, пока он сам проколется, общаясь с местными марранами. А у марранов при общении с послом еврейского царя просто крыши снесло. Возомнили, что создание еврейского государства уже не за горами, осталось за малым. Один из них, довольно высокопоставленный чиновник, ранее прикрывавший свою иудейскую сущность, демонстративно заявил о своём происхождении и стал открыто пропагандировать нового мессию Давида Реувени. Звали этого человека Шломо Молхо. В глазах властей сей поступок уже ни в какие ворота не лез. Ребят быстро повязали в благословенном баварском Регенбурге, куда они направились агитировать германских князей на их поместном соборе и теперь уже без опасений передали в руки инквизиции…