Возвращение капитана мародеров - Ольга Крючкова

Алехандро подсел к дяде как можно ближе и на ухо поведал об убийстве. Сальвадор де Антекера резко побледнел:

– Я чувствовал, я знал, что в городе что-то случится! И вот… свершилось…

– Вы догадывались, что может произойти убийство? Что вам известно, дядя? Расскажите, и тогда я найду убийцу!

– К сожалению, мой дорогой, мне нечего рассказать тебе. Могу лишь заверить, что смерть Альмасана очень некстати, ибо теперь его сторонники обвинят в ней именно меня! Представляешь, что сейчас начнется?! Для них это ― отличный повод для кровной мести!

– А если сие убийство и совершено лишь для того, чтобы стравить вас со сторонниками графа? ― предположил молодой альгвазил.

Алькад пристально посмотрел на племянника:

– Найди убийцу, мой мальчик! Заклинаю тебя!

* * *

Оседлав лошадь, Алехандро отправился домой, и всю дорогу его не покидало тягостное чувство, что он ничего уже не может исправить…

Донна Изабелла пригласила сына к столу, но Алехандро, сославшись на отсутствие аппетита, от обеда отказался.

– Ты так сильно переживаешь из-за смерти супружеской четы де Альмасан? – поинтересовалась донна.

Алехандро в ответ попросил:

– Мама, расскажите мне о графе Альмасане подробнее. Вы же знаете его лучше, чем я…

Донна Изабелла задумалась.

– Не знаю, право, с чего и начать, ― смущенно заговорила она, наконец. ― Граф появился в Талавере примерно тридцать лет назад. Я тогда была еще молода, и он, помню, даже оказывал мне знаки внимания. Однако мои родители выдали меня за твоего отца, и Мигель вскоре тоже женился. Катарина де Альмасан, его жена, была не из наших краев, кажется, из Гвадалахары. В общем, откуда-то издалека… Пост альгвазила занимал до тебя племянник Мигеля, Антонио де Альмасан. Незадолго до твоего возвращения в Талаверу он погиб. Вроде бы от несчастного случая на охоте…

– И вскоре рехидоры избрали нового алькада, коим стал ваш брат и мой дядя, ― подытожил за мать Алехандро.

Донна Изабелла встрепенулась:

– Я догадываюсь, куда ты клонишь. Но Сальвадор не имеет никакого отношения к гибели Антонио! Я в этом уверена!

Убедительный тон матери несколько успокоил Алехандро.

– А что вы скажете об отце Доминго, мама? ― продолжил он разговор.

Донна Изабелла фыркнула:

– Отец Доминго! Да он уже и сам, наверное, забыл, когда был святым отцом! Запугал весь город, кругом его соглядатаи! Только и делают, что пишут доносы на добропорядочных горожан!..

– А инквизитор тоже появился в Талавере тридцать лет назад? ― остановил Алехандро очередным вопросом поток возмущенных реплик матери.

– Кажется, да… Да, да, точно! Они тогда приехали все вместе: и он, и Мигель, и Ранфильеро, и Саграрес… Но почему ты спрашиваешь об этом, Алехандро? – удивилась донна Изабелла.

– Не обращайте внимания, мама, простое любопытство.

Поблагодарив мать за беседу, и еще раз извинившись за отказ от обеда, Алехандро, обуреваемый тяжелыми мыслями, отправился в доминиканский монастырь.

* * *

Отец Доминго встретил альгвазила по обыкновению сурово и неприветливо:

– Зачем пожаловал, сын мой? Не слишком ли ты зачастил в мою обитель?

– Меня привело важное дело, святой отец, – скромно потупил взор Алехандро.

– Что ж, тогда проходи. Поделись со мною своими проблемами, и, я уверен, с Божьей помощью мы сумеем прийти к истине.

Алехандро перекрестился:

– Да будет так, святой отец.

Инквизитор указал гостю на кресло напротив себя. Альгвазил кивком поблагодарил, занял предложенное место и, не желая тянуть время, без обиняков заявил:

– Сегодня в своем доме была убита супружеская чета де Альмасан. Убийство, признаться, весьма странное…

– Убийство, сын мой, всегда странное, ибо носит противоестественный характер.

– Безусловно, святой отец. Однако поскольку в данном случае из дома ничего не украдено, получается, что убийство совершено преднамеренно: кому-то очень хотелось избавиться от графа и графини де Альмасан, ― от пристального взгляда Алехандро не укрылось, что у инквизитора нервно дернулась правая щека.

– Надо искать того или тех, кому выгодна смерть графа и его супруги, ― хладнокровно промолвил старик.

– Я тоже так считаю, святой отец. И, поразмыслив, пришел к выводу, что их смерть выгодна прежде всего… вам!

От столь дерзких слов инквизитор на какое-то время оцепенел. Алехандро даже показалось, что отца Доминго вот-вот покинет душа…

– Как смеешь ты позволять себе такие речи, мальчишка?! – воскликнул инквизитор, едва придя в чувство.

Алехандро резко поднялся и отошел к окну:

– Советую вам не упорствовать, святой отец. Хочу сообщить, что я – доверенное лицо архиепископа де Нойя. Вряд ли в свете последних деяний он посмотрит на ваш священный сан и прежние заслуги.

Отец Доминго побледнел и впился в деревянные ручки кресла:

– Я всю жизнь служил Богу верой и правдой!..

– Какому Богу? – перебил альгвазил. – Христианскому или иудейскому? Только не говорите, что Бог один и не важно, какими путями приходишь к нему. За это, осмелюсь напомнить, предают аутодафе.

– Ты… ты не посмеешь… – еле слышно прошептал инквизитор.

Алехандро подошел к распятию, перекрестился.

– Святой отец, назовите свою настоящую фамилию!

– М-мендоса, – пролепетал старик.

– Нет, я имею в виду прежнюю ― ту, что вы получили при рождении.

Инквизитор вскочил с кресла неожиданно резво.

– Вон отсюда! ― неистово вскричал он. ― Поди прочь! Убирайся! Или я прикажу телохранителям вышвырнуть тебя, как собаку!

– О, было бы забавно посмотреть на сию сценку! Вы собираетесь выпроводить силой меня ― представителя власти?!

Инквизитор пошатнулся и начал медленно оседать, но Алехандро успел подхватить его.

– Святой отец, да прекратите вы, наконец, упорствовать, ― спокойно продолжил он, усадив старика обратно в кресло. ― Я тщательно изучил «Генеалогию Кастилии» и сравнил ее с более ранней книгой, с «Историей известных семейств Кастилии». Так вот, сии труды, как выяснилось, сильно разнятся. В «Истории», например, я не нашел порядка восьми известных талаверских фамилий, в том числе Альмасана и Мендосы… Вы снова вздрогнули, святой отец? Что, тоже знали о поддельной «Генеалогии Кастилии»?

Инквизитор предпринял очередную попытку подняться, но Алехандро, уже без излишних церемоний, вернул старика на место: