Муссон - Уилбур Смит

Всадники вокруг Абубакера попадали с седел, и арабы попятились от края воды.

Дориан прошел к следующему орудию и нацелил его. Всадники увидели, как ствол поворачивается к ним, и в панике обратились в бегство. Туча шрапнели догнала их, с десяток лошадей упали. Мгновенно все ряды пришли в смятение.

Арабы видели, как отлетела голова Абубакера; теперь упал и Башир, лошадь под ним была убита.

Всякое желание преследовать у арабов пропало. Они пустили лошадей в галоп, отступая, чтобы не попасть под следующий выстрел.

Дориан пошатнулся и едва не упал, но Ясмини подхватила его и повела к следующей пушке. Когда та выстрелила, «Кентавр» из-за отдачи накренился и неохотно сполз с песка. Арабы в воде видели, что товарищи на берегу отступают, оставляя их без поддержки. И повернули лошадей к берегу.

— Гребите! Гребите так, чтоб кишки лопались! — закричал Том морякам, и те снова взялись за весла. «Кентавр» пополз вперед и снова застрял. Дориан выстрелил из пушки, и, когда корабль покачнулся, Аболи стегнул упряжку. Медленно и неохотно «Кентавр» перебрался через отмель и свободно поплыл по глубокой воде за ней.

— На борт! — торжествующе закричал Том. — Вернуть на борт детей и женщин.

Едва киль шлюпки коснулся берега, Аболи погрузил в нее своих женщин и детей. Потом перерезал постромки, хлопнул лошадей по спине, и те поскакали в лес. Сам он побежал, перепрыгнул через планширь шлюпки, и гребцы повели ее к кораблю.

Корабль быстро уходил вниз по течению, и им пришлось налечь на весла, чтобы догнать его.

— Отсюда до самого устья река свободна, — сказал Аболи Тому, подходя; Том стоял у руля.

Оба посмотрели на беспорядочное скопление всадников на северном берегу. Арабы не пытались перестроиться и продолжать преследование.

— Примите людей на борт, мистер Уилсон, — сказал Том. — И выдайте им по двойной порции рома за пережитые неприятности.

Уил Уилсон коснулся шапки.

— Прошу прощения, капитан, но ром вы выбросили за борт. Хотите повернуть корабль и вернуться за ним?

Спрашивал он серьезно, но его губы изогнулись.

— Думаю, придется подождать, пока не доберемся до Доброй Надежды, — так же серьезно ответил Том.

Когда «Кентавр» вышел в море и темная масса африканского материка медленно таяла позади, Том стоял на корме. На палубе за ним послышались легкие шаги. Он повернулся, развернул Сару, так что ее спина прильнула к его груди. Прижал ее к себе, потянулся через плечо и поцеловал в ухо. Она с наслаждением вздрогнула, когда его борода защекотала ей шею.

— Тебя зовет Дорри, — сказала она.

— Сейчас пойду к нему, — ответил он, но не отошел от нее ни на шаг.

После долгого молчания она спросила:

— Что с нами теперь будет, Том?

— Не знаю, девочка. Сначала Добрая Надежда, а потом посмотрим.

— Ну, одно точно. У меня будет для тебя небольшой сюрприз, когда придем к Доброй Надежде.

— Да? — Он заинтересовался. — Что же это?

— Если я скажу, какой же это сюрприз?

Она протянула руки за спину, взяла его ладони и прижала к своему животу. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы понять. Он радостно рассмеялся.

— Господь благослови тебя, Сара Кортни! Не знаю, что и сказать.

Она знала, что у него это высшее выражение радости.

— Тогда не суетись, орясина, и поцелуй меня.