Король Мадагаскара. Книга первая - Олег Рясков

– Вы любите побрякушки?!

– С детства!

Мэри сорвала с груди крест Левассера и воткнула в стол.

– Как пожелаете! Это все?

– Нет! Адмирал Вильстер вряд ли отдаст письмо императора добровольно! Уж я-то в таких делах разбираюсь! Будет жарко, так что нам нужна какая-нибудь посудина, чтобы убраться отсюда!

– Я позабочусь об этом! А имя предателя вы узнаете сами – у него на корабле припрятан точно такой же кошель! – Мэри указала на вензель на кошельке. Бен кивнул головой:

– Хорошо! Как мы найдем вас?

– Я сама найду вас! – заключила Мэри. Она поднялась, давая понять, что встреча закончена, и улыбнувшись, удалилась. Друзья проводили ее взглядом. Подойдя к окну, они увидели, как англичанка и сопровождающие ее слуги, включая еще не твердо стоящего на ногах пострадавшего в схватке, вышли из гостиницы.

– Periculosum pulchritudinem! – отметил Бен: Что значит «Опасная красота»!

– Ты всерьез хочешь передать письмо государя этой девке? – засомневался Андрей. Бен лишь рассмеялся:

– Разве я похож на болвана? Конечно, нет!

– Тогда как?

– Пойдемте, друг мой! Это место плохо пахнет, с минуту на минуту сюда нагрянет отряд полиции, а лично я драками на сегодня сыт по горло!

Бен пропустил Андрея вперед к выходу и спустился следом. Проходя мимо Джо Бакета, никто так и не обратил внимание на пирата, примостившегося в углу таверны, которого легко можно было принять за прикорнувшего пьянчугу, он незаметно кинул ему скомканную бумажку. Как только мичман с Беном вышли, тот огляделся, пододвинул ногой бумажный шарик к себе и развернул.

– Похоже, ветер снова подул в нужную сторону! – заключил Бакет, допил эль и тоже поднялся со стула.

Когда Андрей и Бен подходили к порту, уже вечерело, и торговцы понемногу сворачивали свои товары, разложенные на лотках. Приятели двинулись вдоль линии торговцев и вскоре обнаружили, что возле трапов русских кораблей стоял усиленный караул.

– Черт! – выругался Андрей, – похоже, мне не пройти не узнанным!

– Что вас напугало? – остановился Бен.

– Дело в том, что если вы покинули корабль, имея разрешение, то у меня его не было! И наверняка нашлись добрые люди, которые уже оповестили об этом капитана!

– Друг мой, не волнуйтесь! – улыбнулся Бен. Он подошел к лотку зеленщика, кинул монету продавцу и взял поддон со щавелем:

– Берите и несите! Мы скажем, что я взял вас в помощь!

Андрей взял деревянный поддон и оба продолжили путь. Уже на подходе к самому причалу Бен вернулся к разговору о письме:

– То, что я пообещал выкрасть письмо у адмирала, вас не должно волновать! Его нам давно пора забрать! И я знаю, как это сделать! Что же до его передачи нашей очаровательной злодейке, то письмо может запросто пострадать! Ведь нам наверняка придется отобрать его силой! И от него может остаться лишь клочок с печатью! Его мы и отдадим! А письмо с печатью у нас и самих имеется.

Андрей посмотрел на приятеля:

– Письмо Ушакова? Мы сожжем его, оставив край с печатью?!

Бен весело рассмеялся, мотая на пальце цепочку с крестом:

– Мой друг, вы с успехом постигаете путь обмана! Остерегайтесь, вам может это понравиться!

– Но, не имея этой бумаги, мы не сможем доказать, что действуем по приказу!

– Это да! Но что-то подсказывает мне, что это нам и не потребуется!

– Кстати, зачем вам потребовался этот крест англичанки?

– О это долгая история! Во-первых, это не ее крест, а старика Моргана, завещавшего его сыну!

– А вы, значит, обещали доставить безделушку владельцу?

– Увы, он умер, как и его отец! Но вот его старый дружок Левассер…главарь пиратов Мадагаскара, так просто мечтает о ней! И если появится парень с этим крестиком на шее и выдаст себя за наследника Моргана, я смогу понять, с чем связан такой интерес! Кстати, вы вполне подошли бы на эту роль!

Они почти подошли к трапу. Андрей, устав тащить лоток на вытянутых руках, поставил лоток себе на голову:

– Но я вряд ли похож на сына Моргана!..

– Никто не видел его!

Андрей пожал плечами:

– Но…Я из России!

– Парня тоже могло помотать по миру!

Оба поднялись на борт не вызвав вопросов караульных – лоток сделал свое дело.

Когда оба зашли в лазарет, Андрей спохватился:

– А как мы выкрадем письмо?

– Друг мой! Вы забываете, что я врач! И у меня достаточно средств, чтобы нам никто не смог помешать в этом деле!

Бен открыл сундук и достал банку с серым порошком. Отсыпал в плошку небольшую горсть, затем залил водой, растер ложкой, добавил сахару и, открыв клетку, поставил перед крысой:

– Через три минуты Роза забудется сном и проспит, как минимум, часа три! Или я не Бенжамин Андерсен!

– Но как вы подсыплете это адмиралу?

– Это не самая большая проблема! Я, как врач, снимаю пробу с еды, подающейся на корабле! Нам всего лишь надо добавить этот порошок в питьевую воду на камбузе!

– Усыпить всю команду?

– Цель оправдывает средства!

В тот вечер Андрей и Бен не вышли к ужину. Андрей сквозь занавеску наблюдал, как в кубрике матросам накладывают еду из котлов. Как матросские плошки идут по рукам до стола. Как разливают воду по кружкам. Бен перевернул песочные часы, и обернулся, поглядывая на матросов:

– Если Моя Роза заснула через три минуты, то все они, включая офицеров, заснут минут через десять и проспят до полуночи! Этого вполне хватит, чтобы найти и кошель с вензелем, и письмо императора. Всего через полчаса мы поймем, кто на корабле предатель! Ну-ка, дайте мне свечу! Пора приготовить нашей дамочке подарок! – ухмыльнулся доктор и достал письмо Ушакова.

* * *

Вестовой приоткрыл дверь в капитанскую каюту, где Вильстер и офицеры уже сидели за столом в ожидании ужина:

– Мясо, как приказали, Ваше превосходительство!

Он поставил перед офицерами котелок с гуляшом и кувшин с водой. Капитан разлил воду по кружкам и посмотрел на вестового:

– Принеси-ка нам рома, дружок!

Тем временем, последние песчинки, упавшие в нижнюю часть часов, показали, что десять минут прошли. Бен выглянул из лазарета: все матросы в кубрике спали мертвым сном.

– Пора! – сказал он, засунул за пояс пистолеты и надел портупею со шпагой. Андрей последовал его примеру, и они двинулись к лестнице. Искать начали с комнат младших офицеров, но кошеля с деньгами нигде не было. Бен, однако, ничуть не смутился: