Чародей - Уилбур Смит

– В чем дело? Это – царское священное место. Что эти негодяи делают в моем лагере? – Она указала на солдат, забиравших водяные мехи с ее личных телег с багажом, поставленных возле ее шатра. – Они понимают, что делают? Как они смеют забирать нашу воду? Я еще не искупалась. Прикажите им сейчас же положить мехи на место.

– Это приказ фараона, вашего божественного мужа, великая, – объяснил командир, хотя тоже был взволнован и встревожен мыслью о том, что они останутся без воды в этой ужасной пустыне. – Они говорят, что вся вода необходима для передовых отрядов конницы.

– Такие приказы не могут относиться ко мне, божественной царице Египта! – закричала Гесерет. – Положите мехи назад.

Солдаты заколебались, но сержант коснулся мечом верхушки своего кожаного шлема.

– Простите меня, великая. У меня приказ – взять всю воду.

– Ты смеешь возражать мне? – закричала ему в лицо Гесерет.

– Пожалуйста, простите и поймите мое затруднительное положение, великая, но у меня приказ. – Солдат стоял на своем.

– Клянусь сладким именем Исиды, я прикажу удавить тебя, а тело сжечь, если ты будешь перечить мне.

– Мой приказ…

– Чума на тебя и твои приказы! Я сейчас пойду к полководцу Пренну, а когда вернусь, у меня будут новые приказы для тебя. – Затем она обратилась к одному из своей охраны: – Приготовь мою колесницу и сопровождение в десять солдат.

Стоянка военного совета Пренна на плоской и открытой равнине была ясно видна из шатра Гесерет. Колеснице потребовалось несколько минут, чтобы доставить ее туда, но стражник у ворот в частоколе загородил ей путь.

– Божественно великая, полководца Пренна здесь нет, – сказал он.

– Не верю, – накинулась на него Гесерет. – Там висит его флаг. – Она указала на знамя с головой кабана.

– Великая, полководец час назад уехал со всей его конницей. Он получил приказ фараона присоединиться к авангарду.

– Мне нужно видеть его. Дело чрезвычайно срочное. Я знаю, что он не уехал бы, не сообщив мне. Отойди, и я сама посмотрю, здесь ли он. – Она повела колесницу прямо на стражника, и тот поспешно отскочил с ее пути. Солдаты сопровождения тяжело затопали вслед за ней.

Гесерет подъехала прямо к желто-зеленому полосатому шатру командира и бросила поводья конюху. В своем раздражении она не следовала церемониям, а просто спрыгнула и побежала ко входу в шатер. Он не охранялся, и она начала верить, что ей сказали правду и Пренн действительно уехал. Однако она наклонилась и, заглянув в дверной проем, замерла на пороге.

На грудах шкур животных в центре шатра сидели два мальчика. Они ели руками с деревянных блюд и испуганно поглядели на нее.

– Кто вы? – спросила Гесерет, хотя она знала по репутации Пренна, кто и что они были. – Где полководец?

Никто из них не ответил, и они продолжали молча смотреть на нее. Внезапно глаза Гесерет сузились, и она шагнула к ним.

– Вы! – закричала она. – Гнусные твари! Изменницы! – Она дрожащим пальцем указала на девушек. – Стража! – пронзительно крикнула Гесерет. – Стража, сюда, сейчас же!

Минтака очнулась, схватила за руку Мерикару и поставила ее на ноги. Вдвоем они бросились через шатер и выскочили наружу через заднюю дверь.

– Стража! – снова завопила Гесерет. – Сюда! – Ее охранник вбежал через дверной проем позади нее.

– Беги за ними! – Она кинулась вслед за убегающей парой, охранник бежал следом. Когда они выбежали из шатра, Минтака и Мерикара были на полпути к воротам в ограде.

– Остановите их! – закричала Гесерет. – Не дайте им сбежать. Они – шпионы и предатели.

Ее охранник бросился вслед за девушками, крича стражникам у ворот:

– Остановите их. Схватите. Не дайте им убежать. – Стражники выхватили мечи и выбежали, чтобы перекрыть ворота.

Минтака остановилась, как только увидела, что путь к бегству отрезан. Она испуганно осмотрелась, а затем, продолжая тянуть Мерикару за руку, ринулась к ограде из терновника и попыталась перелезть через нее. Но охранник подбежал к ним, схватил за ноги и стащил со стены. Шипы разодрали им руки и ноги, из царапин текла кровь, но девушки отчаянно боролись, пинаясь, царапаясь и кусаясь. Солдаты наконец справились с ними и потащили их назад к шатру военного совета, где стояла Гесерет. Она мстительно улыбалась.

– Свяжите их крепче. Я уверена, что мой муж, единственный правитель Египта, придумает подходящую кару за их преступления, когда вернется. Я буду наслаждаться их криками, когда они будут наказаны по заслугам. А до тех пор их следует держать в клетках как диких животных, у двери моего шатра, где я смогу приглядывать за ними.

Охранник поднял Минтаку и Мерикару, связанных в запястьях и лодыжках, бросил в колесницу и повез в стоянку Гесерет. На одной из телег обоза Гесерет перевозили ее запас домашней живности в клетках – цыплят, свиней и козлят для ее кухни. Клетка, в которой держали молочных поросят, пустовала – те были уже зарезаны и съедены. Сделанная из длинных бамбуковых шестов, связанных ремнями из сыромятной кожи, она воняла свиным навозом, покрывавшим пол. Стражники впихнули двух девушек в узкую дверь. Внутри клетка была недостаточно высокой, чтобы они могли встать в полный рост. Они были вынуждены сидеть, прижавшись спинами к бамбуковой стене, привязанные за запястья ремнями из сыромятной кожи к одной из стоек за спиной. У них не было никакой защиты от солнца.

– У вашей клетки день и ночь будут стоять стражники, – предупредила Гесерет. – Если вздумаете бежать, я прикажу отрубить вам одну ступню, чтобы удержать от дальнейших попыток.

Глядя ей в лицо, они поняли, что Гесерет намерена осуществить свою угрозу. Мерикара расплакалась, но Минтака стала шептать ей:

– Не надо, дорогая. Держись. Не доставляй ей удовольствия видеть, что ты сломлена.

Со сторожевой башни над крепостью Исмаилия часовой прокричал предупреждение:

– Фараон! Подъезжают сторожевые заставы!

Нефер вскочил из-за стола под навесом во внутреннем дворе, где они с Таитой обедали и вновь обсуждали предстоящую оборону. Он быстро поднялся по лестнице на площадку и, прикрыв глаза ладонью, посмотрел на восток. В ярком желтом свете он различил подъезжающие колесницы своих передовых застав. Когда они съехали вниз по берегу вади, стражники распахнули ворота и впустили их в крепость.

– Враг продвигается быстро! – крикнул Неферу, стоявшему высоко на площадке, начальник застав.

– Молодец, воин, – крикнул ему Нефер и громко приказал трубачу на стене над воротами: – Труби «к оружию»!

Бараний рог зазвучал над равниной, и все войско, стоявшее лагерем на дне длинной и широкой вади, пришло в движение. Голос рога был услышан и подхвачен и полетел от отряда к отряду по всему войску. Из шатров и из-под навесов выбегали солдаты, хватали оружие и спешили присоединиться к своим отрядам. Скоро колонны солдат и колесниц двигались вперед на подготовленные позиции.