И плачут ангелы - Уилбур Смит

— Вам известны подробности? — бесстрастно спросил Тунгата.

— Все до единой! — заверила Лейла. — Вот что они собираются сделать…

Она говорила почти десять минут. Тунгата не перебивал. Лейла закончила рассказ, но Тунгата еще долго молчал, лежа на спине и глядя в потолок. Потом он стиснул зубы, и глаза словно заволокла кровавая пелена, в голосе зазвучала неприкрытая ненависть.

— Полковник Роланд Баллантайн… Если бы мы сумели до него добраться! Он в ответе за смерть более трех тысяч наших бойцов — он и его канка! Наши люди произносят его имя шепотом, точно он злой дух. Одно лишь имя Баллантайна превращает храбрецов в трусов. Я видел полковника и его мясников в деле… Если бы мы только смогли до него добраться!.. А если… — Он поперхнулся. Язык у него заплетался, будто Тунгата опьянел от ненависти. — Возможно, это наш шанс!

Он схватил Лейлу за плечи, она поморщилась от боли и отпрянула, но он держал крепко.

— Женщина Баллантайна! Ты говоришь, она полетит из Виктория-Фоллс? Сможешь выяснить дату, номер рейса и время вылета?

Лейла кивнула, испуганная его силой и яростью.

— У нас есть человек в авиакассах, — прошептала она, больше не пытаясь вырваться из его стальной хватки. — Я могу это выяснить.

— Приманка! — сказал Тунгата. — Нежный ягненок заманит леопарда в ловушку!

Лейла принесла Тунгате еду и ждала внизу, пока он ел.

— Каменные соколы… — вдруг нарушил молчание Тунгата. — Ты слышала, что сказала про них старуха?

Лейла кивнула.

— Расскажи мне, что ты об этом знаешь, — велел он.

— Каменные соколы изображены на флаге Родезии, а также на монетах.

— Верно, что еще?

— В прошлом веке белые авантюристы обнаружили древние изваяния птиц в развалинах Зимбабве и похитили их. Легенда утверждает, что, несмотря на попытки Лобенгулы помешать грабителям, они все же увезли статуи на юг.

— Где они сейчас? — нетерпеливо спросил Тунгата.

— Одна погибла во время пожара, уничтожившего дом Сесила Родса Гроте-Схюр. Насчет остальных я не уверена: по-моему, они в Кейптауне, в Южной Африке.

— Где именно?

— В музее.

Тунгата неразборчиво заворчал, продолжая есть. Когда миска и кружка опустели, он отодвинул их в сторону и пристально посмотрел на Лейлу — его глаза опять налились кровью.

— Пророчество старухи…

Он замолчал, и Лейла продолжила вместо него:

— Умлимо сказала, что человек, который вернет соколов в гнездо, будет править этой страной, и этот человек — вы.

— Никому не говори о ее словах, понятно?

— Буду молчать как рыба, — пообещала она.

— Ты знаешь, что в противном случае я тебя убью.

— Знаю. — Лейла собрала грязную посуду, поставив ее на поднос, и встала. Тунгата молчал. — Вам больше ничего не нужно? — спросила она.

Он не ответил. Под его пристальным взглядом Лейла опустила глаза.

— Вы хотите, чтобы я осталась?

-Да.

Она повернулась к выключателю.

— Не надо, пусть горит, — приказал Тунгата. — Я хочу видеть твою белую кожу.

Первый раз Лейла вскрикнула от страха и боли, второй — и бессчетное количество раз после — от безумного блаженства.

Дуглас Баллантайн выбрал дюжину лучших мясных бычков из стад Кингс-Линн и Квинс-Линн. Отборные туши висели в холодильной камере три недели, пока не дошли до кондиции, и теперь их жарили целиком на открытом огне в дальнем конце сада, откуда поднимались облака аппетитного пара: кухонная прислуга из Квинс-Линн работала посменно, поворачивая вертела и поливая золотистые туши жиром.

Три оркестра играли по очереди, и музыка не умолкала. Официантов вместе со всем необходимым привезли самолетом из Йоханнесбурга и заплатили неплохие премиальные за работу в зоне военных действий. В усадьбах на пятьдесят миль вокруг оборвали все клумбы, щедро украсив праздничные шатры цветами — розами, пуансетией и георгинами всех цветов и оттенков.

По заказу Баву Баллантайна специальным рейсом из Южной Африки доставили больше четырех тонн вин и спиртных напитков. После мучительных раздумий он даже решил отменить свои личные санкции против Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии (лишь на время свадебной церемонии) и добавил в список сотню ящиков виски «Чивас ригал» — это стало наиболее ценным, но не единственным взносом Баву в подготовку праздника: он также перенес несколько самых мощных осколочных мин из Кингс-Линн, дополнив ими украшения в саду.

«Осторожность никогда не помешает, — мрачно заявил Баву, когда от него потребовали объяснений. — Если во время свадьбы нападут террористы…»

Он нажал на воображаемую кнопку, и все семейство содрогнулось, представив, как Квинс-Линн взлетает на воздух. Совместными усилиями кое-как удалось убедить Баву забрать любимые игрушки обратно.

Потом он проскользнул на кухню и добавил содержимое шести бутылок бренди в тесто для свадебного торта. К счастью, Валери решила попробовать смесь перед выпечкой — отдышавшись, она велела повару все выбросить и начать сначала. Баву с позором изгнали подальше от кухни, и Дуглас составил расписание дежурств для членов семьи, чтобы держать старика под присмотром в знаменательный день.

Крейгу досталась первая смена, с девяти утра, когда две тысячи приглашенных начали прибывать в Квинс-Линн, до одиннадцати — к этому времени Крейг должен был поручить Баву заботам кузена и приступить к обязанностям шафера. Крейг помог деду облачиться в военный мундир времен войны с кайзером. В Кингс-Линн привозили местного портного, который подогнал форму, и результат превзошел все ожидания: в мундире, перехваченном портупеей, в залихватски сдвинутой набок пилотке, с офицерской тросточкой и двойным рядом разноцветных наградных ленточек на груди Баву выглядел моложаво и щеголевато.

Дед уселся на веранде, оглядывая толпы гостей на лужайках, поглаживал седые усы и помахивал тросточкой в ответ на радостные приветствия: «Здравствуйте, дядюшка Баву!»

— Черт побери, парень! — сказал он Крейгу. — Что-то меня тоже на романтику потянуло. Я уже почти двадцать лет без жены. Пожалуй, стоит попытать счастья еще разок!

— Как тебе вдова Ангус? — предложил Крейг.

— Эта старая курица?! — возмутился дед.

— Баву, ей всего-то пятьдесят, и она богата.

— Парень, она уже старуха! Мой девиз: «Бери их молоденькими и учи хорошенько!» — Баву подмигнул внуку. — Как насчет вон той?

Его выбор пал на даму двадцати пяти лет, одетую в вышедшую из моды мини-юбку, дважды разведенную и откровенно поглядывающую вокруг.

— Можешь меня ей представить, — великодушно разрешил Баву.

— По-моему, премьер-министр хочет с тобой поговорить. — Крейг, которому уже доводилось видеть, как флиртует дед, предпринял отчаянную попытку отвлечь старика, пока нахально выставленный хвостик под мини-юбочкой не ущипнули как следует.