Святой язычник - Михаил Деревянко

Великий князь подивился уму ребенка и вполне серьезно поинтересовался:

– А что же тогда надо? Как прикажешь тогда относиться к богам?

– Любить, – последовал ответ.

– Что? – не понял Владимир.

– Просто любить, – уточнил мальчик.

– Так вот почему она так хорошо выглядит, – кивнул Великий князь на Афродиту. – А я всю жизнь считал, что любить надо женщин.

Мальчик как будто и не заметил иронии собеседника:

– Надо, еще как надо. Без любви к ближнему, без любви к человеку невозможна и любовь к Богу.

– Ты что-то путаешь, – нахмурился Владимир, – тут нет ничего общего.

– Есть! – горячо возразил ребенок. – Человек создан по образу и подобию Божиему. Поэтому, любя человека, мы тем самым любим и Бога.

– И как же мне любить твою богиню? Как женщину? – рассмеялся Владимир.

– Да, если сможешь.

– А если не смогу?

– То тогда как друга, как брата, как мать.

– И откуда ты взялся такой умный?

Мальчик наконец понял, что над ним подшучивают, и обиженно надул губы:

– Во-первых, я не взялся, а рожден матерью по Божией воле. Во-вторых, умный я такой оттого, что прилежно посещаю школу. А если тебе это неизвестно, то ты – невежественный варвар и ничего не смыслишь в самых простых вещах.

Все было произнесено настолько красноречиво, что Великий князь лишь изумленно хлопал глазами.

– Во дает! И как же тебя зовут?

– Фома, – с гордостью ответил ребенок, понимая, что его хвалят.

– А скажи мне, Фома, что это за школа, в которую ты ходишь?

– Обычная школа, при храме Святой Софии.

– И много там таких, как ты?

– Все.

– Ты хочешь сказать, что школу посещают все дети Царьграда?

– Все, кто пожелает.

– Как же они там все помещаются?

Мальчик снисходительно улыбнулся.

– Школ очень много. Они есть в каждой церкви, в каждом монастыре. Места всем хватит.

– И чему же вас там учат?

– Математике, грамматике, риторике, богословию и многому другому.

– А зачем? – озадаченно спросил Владимир, которому перечисленные науки мало о чем говорили.

– Чтобы приносить пользу империи.

– Какую?

– Науки дают нам знания, а знания дают силу.

Тут уж Великий князь схватился за бока и от души расхохотался.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что сильнее меня?

– Возможно, – спокойно ответил мальчик, – только перед началом поединка мне хотелось бы узнать, с кем я имею дело.

– А ты догадайся. Ведь ты, Фома, такой умный, так много знаешь.

Школьник внимательно посмотрел на собеседника, почесал за ухом и изрек:

– Думаю, что ты – князь русов.

Владимир на какое-то время потерял дар речи и лишь после долгой паузы выдавил:

– С чего ты взял?

– Все очень просто, – охотно стал объяснять Фома, – только русы надевают подбитые мехом шапки, тем более в такую жару. А право носить красный плащ принадлежит исключительно князю.

Разоблаченный «купец» подозрительно покосился на мальчика:

– Ты что, бывал в Киеве?

– Нет.

– Тогда откуда знаешь?

– В школе рассказывали. О вас, русах, писал даже император Константин Багрянородный.

– Ты смеешься надо мной, – не поверил Владимир и, желая проучить Фому, несильно ударил его по затылку.

– Стража! Cтража! – пронзительно закричал мальчик.

Как из-под земли появились два могучих воина.

– В чем дело?

– Рус ударил меня, – указал Фома пальцем на Владимира, – и теперь, согласно договору, должен мне две номисмы^[5].

Владимир молча отдал школьнику деньги. Спорить в такой ситуации было бессмысленно.

– А почему без сопровождающего? – вдруг спросил один из стражей.

– Отстал от своих, – попытался оправдаться Великий князь.

– Плати на нарушение порядка, – равнодушно процедил воин.

Взяв золотой, он не успокоился:

– А почему один?

– Я же уже объяснял, – начал заводиться Владимир, – потерялся.

– Почему золотой один? – уточнил стражник и кивнул на напарника: – Нас же двое.

– Что?! – попытался возмутиться Великий князь.

– Будешь спорить – мы сейчас целый легион приведем.

Владимир побагровел, но быстро взял себя в руки и достал еще одну монету. Отдавая ее, язвительно заметил:

– Как хорошо, что вас только двое!

– Повезло тебе.

С этими словами стража удалилась, а Фома торжествующе вопросил:

– Ну что, сдаешься? Или продолжим поединок?

– Сдаюсь, сдаюсь, – устало ответил Великий князь, присев на мраморную ступеньку.

– Что-то быстро ты капитулировал. Я даже не успел нанести решающего удара.

– C тобой не соскучишься. Что же ты еще придумал?

– Я просто использую твое невежество.

– Оно что, у меня на лбу написано?

– Нет, на плаще.

– Где?

– Сверху донизу.

– Я не вижу ни одной буквы.

– Он красный.

– Ну и что?

– Красный цвет – привилегия императоров.

– Ну и что? – тупо повторил вопрос Владимир.

– Ничего особенного. Тебе просто голову отрубят, и все дела.

Великий князь скорчил удивленную гримасу.

– Тогда почему стража меня до сих пор не схватила?

– Видно, не ожидали от тебя такой наглости.

– А ты почему не подсказал? – поинтересовался Владимир, поспешно снимая плащ.

– Я еще не получил приз за одержанную победу.

– Хорошо, ты его получишь, но вначале все расскажешь о вашей красавице-богине.

– О, это сколько угодно! – радостно воскликнул Фома и, выставив вперед указательный палец, важно произнес: – Итак, начнем. Афродита, как ее называют греки, или Венера, как ее называют римляне, родилась из морской пены…

– Так вот почему она столь прекрасна! – вырвалось у Владимира.