Малефисента. История темной феи - Серена Валентино

– Ты слышал, Диаваль? – улыбнулась Малефисента. – Мне предстоит держать фейские экзамены!

Диаваль влетел через распахнутое окно в комнату и закружил по ней с победным карканьем.

Нянюшка всегда радовалась, когда видела Малефисенту такой счастливой. И ее новый питомец Диаваль все время вызывал у Нянюшки улыбку. С воронами у Малефисенты по-прежнему были очень нежные отношения, но Диаваля она просто обожала, и ворон постоянно держался где-то рядом, никогда не покидая свою хозяйку надолго.

– Диаваль, идем в сад! Поупражняемся там в исполнении желаний. Мне нужно хорошенько подготовиться к завтрашнему экзамену!

Нянюшка с усмешкой проводила парочку глазами. Только она поднялась, чтобы снова поставить на огонь чайник, как в дверь постучали.

– Входите! – приветливо крикнула она. Как оказалось, это пришла ее сестра, Фея- Крестная. – Ах, сестрица, это ты! Входи же скорее. Я как раз поставила чайник. Выпьешь со мной чашечку?

– Да, спасибо, – входя в дом, ответила Фея-Крестная.

Нянюшка достала из буфета чашку – изящную, переливающуюся на свету нежными красками как полированный опал, – которая, как она знала, придется сестре по вкусу. Потом она принялась хлопотать у стола, заваривая чай и делая вид, будто знать не знает, с чего вдруг сестра решила явиться к ней в гости. Ведь она никогда не заходила просто так, чтобы попить чайку и поболтать о пустяках – не те у них были отношения, хотя Нянюшка даже сама с собой готова была притворяться, что дело обстоит иначе. Просто в душе ей очень хотелось, чтобы так было.

Фея-Крестная сдержанно кашлянула, прочищая горло:

– Я просто проходила мимо и случайно заметила в саду Малефисенту, которая отрабатывала исполнение желаний. Вот и решила заглянуть на минутку.

– Конечно-конечно, – покивала Нянюшка, наливая сестре чай и придвигая к ней сахарницу. Обычно любезное и улыбчивое, сегодня лицо Феи-Крестной выглядело тревожным и хмурым.

– Тебя что-то беспокоит, сестрица? – участливо спросила Нянюшка, делая вид, что ни о чем не догадывается.

– Верно ли, что Малефисенте завтра исполняется шестнадцать? – осведомилась Фея- Крестная.

Нянюшка чуть прищурилась:

– Верно, сестрица. Так и есть.

– Как ты можешь быть уверена? – поджала губы Фея-Крестная. – Мы же не знаем точно, когда она родилась.

Нянюшкина улыбка тоже сделалась холоднее. Сейчас она была очень похожа на свою сестру, когда та собиралась сказать что-то не очень приятное.

– Ты же знаешь, наш магический дар работает по-разному. Я умею видеть время и возвращаться в любой момент прошлого. Я точно знаю, что ее день рождения завтра.

– Впрочем, не важно, сколько ей лет. Как директриса Академии ты, разумеется, знаешь, что фея не может держать квалификационный экзамен, если перед этим она не прослушала полный образовательный курс, – напомнила Нянюшке Фея-Крестная.

– И как директриса Академии, – подхватила Нянюшка, – я могу по своему усмотрению делать исключения для отдельных учениц. И я непременно сделала бы его для любой другой феи, если бы она знала и умела столько же, сколько Малефисента. У меня нет сомнений, что она обладает всей нужной квалификацией, чтобы держать экзамен на аттестат. И я намерена на этом настаивать!

Фея-Крестная резко поднялась с кресла, хлопнув ладонями по столу:

– Не понимаю, что тебе так далась эта девчонка. Может, наш дар и работает по-разному, как ты говоришь, но я видела во сне ее будущее. Поверь, она принесет тебе лишь одну головную боль! Я знаю это. И ты тоже знаешь!

– Время не застывшая смола, сестрица, – с упреком возразила ей Нянюшка. – Особенно будущее! Тебе ли этого не знать. Девочка заслуживает шанса. И уж тем более она достойна иметь будущее. А его не было бы, если бы я тогда не вернулась и не забрала ее к себе!

– О, только не начинай снова! Неужели ты так и собираешься попрекать меня всю оставшуюся жизнь – а она у нас долгая – этими глупостями! – вспылила Фея-Крестная.

– Вот как? Глупости? Ты бросила ее замерзать! Ты бросила ее совсем одну, с воронами... Тебя вообще не волновало, выживет она или умрет.

– Не вижу смысла говорить с тобой об этом. Ты же попросту не желаешь ничего видеть. Она – зло! И ты знаешь об этом не хуже меня! Что ж, приводи ее на экзамен, если хочешь. Я не стану тебе мешать. Но решение аттестовать ее все равно остается за мной.

Нянюшка сердито тряхнула головой:

– Ты рассуждаешь как типичная фея. Если что-то не соответствует твоим представлениям о правильном и не вписывается в твою картину идеального мира, ты просто берешь и избавляешься от этого. Малефисента – как черная орхидея на клумбе розовых пионов. И ты готова вырвать ее с корнем, лишь бы не дать ей зацвести. Потому что она, видите ли, не такая, как все!

– Ты так носишься со своей Малефисентой, потому что она для тебя – орхидея?

– А ты ненавидишь ее за то, что она дорога мне! – Нянюшка всерьез начинала злиться на свою сестру – за то, что та такая ограниченная и никогда не была той сестрой, о которой она сама всю жизнь мечтала. Но больше всего Нянюшка злилась из-за того, что в глубине ее души не ослабевало сомнение – а вдруг сестра права? «Нет! Прекрати сейчас же. Она не может быть права. Из страшненькой, всеми брошенной замарашки ты вырастила красивую, умную, необычайно одаренную девушку. Ты открыла перед ней все дороги, и она станет твоей главной гордостью».

– Что ж, продолжай себя уговаривать. Может быть, со временем ты и сама в это поверишь, – фыркнула Фея-Крестная, поднимаясь из-за стола. Ее чашка с чаем так и осталась нетронутой. Фея-Крестная терпеть не могла приходить в раздражение – ей нравилось всегда быть веселой и добродушной, и чтобы другие видели ее именно такой. Но в глазах ее сестры этот идеальный образ не отражался почти никогда.

Мимо Малефисенты, по-прежнему занятой в саду, Фея-Крестная прошествовала, смерив ее ледяным взглядом.

– Почему она меня так ненавидит? – спросила Малефисента, когда вернулась наконец в дом.

– Просто завидует, моя ягодка. Не обращай внимания. Лучше помоги-ка мне с ужином. У нас сегодня гости, ведь мы должны отпраздновать твой день рождения как полагается, – сказала Нянюшка своим самым обычным голосом. – А кстати, где твой пернатый дружок?

Малефисента опустила глаза – так случалось всякий раз, когда она не была полностью уверена, что Нянюшка одобрит ее действия.

– Я почувствовала присутствие могущественных ведьм где-то в окрестностях и отправила его на разведку.

Нянюшка скривила губы – она всегда так делала, когда что-то сбивало ее с толку

– Солнышко мое, но почему ты меня просто не спросила? Я бы сама объяснила тебе, что к нам направляются сестрички. Это я их пригласила к нам вечером на ужин.

Новость совершенно сразила Малефисенту: