Бернарда - Вероника Мелан

И ко мне подошла красивая блондинка, до того прятавшаяся за спиной Рена. Я заметила, что когда Дрейк появился в дверях, она моментально сжала пальцы Декстера, а на лице промелькнул испуг. Теперь же, когда Начальник покинул дом, она осторожно вышла из своего укрытия. Наверняка в прошлом этих двоих притаилась какая-то интересная история.

– Здравствуйте. Я – Эллион. Элли… – застенчиво сказала она и протянула руку и, получив возможность ее рассмотреть, я залюбовалась.

Эта девушка оказалась по-настоящему красивой. Густые светлые платиновые волосы, яркие синие глаза с темными ресницами, пухлые губы, длинные стройные, обтянутые короткой, заканчивающейся оборками юбкой. Не скрывая восхищения, я посмотрела на стоявшего рядом с ней Рена. Тот незаметно подмигнул мне. Мол, ага, мне тоже нравится.

– Бернарда, – ответила я, пожимая тонкие теплые пальцы с идеальными ногтями. Элли радостно улыбнулась. Искренняя улыбка осветила ее глаза изнутри; исходящая от ее жестов женственность сделалась почти ощутимой.

– Я так рада, что вы пришли! Просто очень!

А, Декстер, однако счастливчик! Такой холодный парень и такая теплая чудесная девушка рядом.

Клэр к тому времени уже помогли раздеться, подхватили и унесли на кухню торт, и теперь та стояла чуть сбоку, заинтересованно принюхиваясь к витавшим в воздухе ароматам.

– Какой шикарный набор специй у местного повара, – прошептала она и тут же смутилась, поймав мой смеющийся взгляд.

Кому что, а голому – баня.

– Эй, как насчет переместиться в гостиную, где уже ждут холодные напитки? – осведомился хозяин дома, обнимая свою даму за плечи собственническим жестом. Глаза последней лучились удовольствием.

От мысли о том, что мои собственные глаза, наверное, сияют не меньше (он приедет попозже… м-м-м… обнимет меня… а потом увезет домой), я зажмурилась от удовольствия.

– Халк, а где Шерин?

– Хозяйничает на кухне. Там одна наша знакомая выводит из себя повара Рена, – засмеялся он. – Шерин между ними как буфер. Она сейчас придет. А ты здорово выглядишь.

Светло-серые глаза сенсора всегда смотрели в самую суть значимых вещей.

– Я так же себя и чувствую, Халк. Я счастлива.

– Это заметно.

Сзади хлопнула входная дверь. Чьи-то сильные и холодные с мороза руки приподняли меня в воздух.

Я взвизгнула и расхохоталась.

– Эй, Ди, как жизнь! – пророкотал знакомый низкий голос.

– Лучше, чем не жизнь!

– Балда!

– Знаю!

– Эй, Баал, раздевайся, – Рен, улыбаясь, пожал коллеге руку. – Ну, все в сборе? Тогда двигаем в гостиную.

Я наслаждалась этим вечером, как редко каким другим.

И не только потому, что находилась среди друзей, напитки на любой вкус текли рекой, а стол ломился от изумительно пахнущих блюд, а больше потому, что атмосфера в доме Рена царила непринужденная. Здесь, в отличие от тех вечеринок, на которых мне довелось побывать в своем мире, между людьми не чувствовалось напряжения. Здесь много шутили, всегда вовлекали других в беседу, искренне интересовались мнением, здесь умели не только говорить, но и слышать друг друга.

Каждый произнесенный тост встречался с одобрением, каждый бокал выпивался не для того, чтобы напиться и забыться, никто не сплетничал, не критиковал правительство и не жаловался на жизнь.

О чем шли беседы никто впоследствии, наверное, не припомнил бы – общение текло словно поток хрустальной горной речки – плескалось, сверкало, переливалось, дарило наслаждение, освежало, то и дело меняя повороты тем и сюжетов – говорили о соревнованиях по стрельбе из арбалетов с оптическими прицелами, о новых марках машин, поступивших с островов Валли, немного о работе, о курортных местах, оружии, спорте, книгах, любви…

Блюда, подаваемые на стол, оказались настолько чудесными, что, казалось, сидящая справа от меня Клэр испытывала множественные эмоциональные и вкусовые мультиоргазмы – она откусывала, отщипывала, клала мизерные крошки на язык, перекатывала их во рту, смаковала и закатывала от наслаждения глаза. Сидящий напротив нее Эльконто давился от смеха:

– Эй, мадам, а знаете ли вы, что на свете существуют вещи приятнее еды?

Клэр смутилась и перестала жевать:

– Какие, например?

– Ну, например, когда мужчина вводит женщине свой язык в рот… Или когда касается ее пальчиками под тонкими кружевами трусиков…

Моя подруга вспыхнула так, что ее лицо едва не слилось по цвету с новым оттенком волос.

– Вы об этом за столом!

– И за столом, и на столе и под ним…

Канн, сдерживая рвущийся наружу хохот, пихнул Дэйна в бок.

– А чего я? Эта девица так закатывает глаза, что у меня встает.

Теперь от смеха давилась и я. Клэр же, едва не опрокинув тарелки, поспешно извинилась и вскочила со стула, чтобы, якобы, посетить уборную.

– Ну вот! Я опять крайний! Будто это я так причмокивал и облизывал губы, что у мертвеца хотелка поднялась бы. Ух, какая недотрога…

– Не всем же быть такими пошляками как ты!

Компания шумела, веселилась и расслаблялась, потягивая напитки. Вспомнив про то, что лежало в моей сумочке, я потянулась к ней и достала флэшку.

– Эй, Мак!

Аллертон отвлекся от разговора с Дэллом, одетым в стильную голубую рубашку, и посмотрел на меня.

– У меня для тебя кое-что есть, – маленький предмет перелетел через стол в направлении Чейзера и был тут же ловко пойман рукой. – Песенка, о которой ты просил. С тебя поездка на авто.

– Спасибо! – зеленовато-коричневые глаза под темными бровями хитро блеснули.

– Нет, не в багажнике, а на почетном сиденье рядом с водителем! А то я тебя знаю…

Красиво очерченные губы изогнулись в улыбке:

– Без проблем.

Я счастливо вздохнула, подняла свой бокал с белым игристым вином и сделала глоток.

Как хорошо… хорошо жить. Хорошо быть здесь. И какие они все красивые и довольные. Хантер, одетый в черную рубашку, с неизменной сережкой в ухе, разговаривал с лениво развалившимся на стуле Лагерфельдом, чем-то напоминавшим в этот момент немецкого вратаря Оливера Канна. Такой же широкоплечий, взъерошенный, вальяжный… Логан, фамилию которого я до сих пор не знала, о чем-то общался с Халком и Шерин. Их компания изредка поглядывала на меня – я улыбалась в ответ. Дэйн пытался переспорить Аарона и Баала на тему преимуществ использования лазеров вместо привычного ата… атарагонного излучения. Они о чем вообще? Затем мой взгляд наткнулся на Рена и Элли… Какая все-таки красивая пара.

Он нежно поглаживает ее плечо и улыбается, она жмурится, как кошка и смущается, когда, повернувшись, ее губы оказываются слишком близко к его. Какие глубокие взгляды, какое трогательное смущение на ее лице, а воздух между ними искрит, будто все происходит в первый раз.