Китайская роза - Игорь Середенко

Не дожидаясь, я подскочил к норе и долго всматривался в ее, казалось бездонную черную мглу. Мне показалось, что и эта мгла начала всматриваться в меня. Больше никаких звуков я не слышал. Тогда я разозлился и вырвал какую-то ветку из ближайшего куста. Очистив ее от листьев, я пытался всунуть палку в эту нору. Не знаю зачем, но этим способом я ничего не добился, палка уходила куда-то вглубь норы. Я со злостью засунул палку внутрь и закрыл этот вход в нору. Я знал, что зверьки роют норы с сообщающимися ходами, так что весь этот лабиринт имел несколько входов и выходов наружу. Поэтому я закрыл входы камнями оставив лишь один, и уселся напротив него в ожидании появления хозяина норы. Так просидел я тихо несколько десятков минут, пока не услышал какой-то шорох внутри норы. Я замер в ожидании: звуки то появлялись, то пропадали, медленно текли минуты, начали течь со скоростью улитки секунды, как я неожиданно для себя обнаружил, что наступила необычная тишина. Такая тишина бывает перед сильной бурей или перед началом каких-то ожидаемых перемен. Тишина стала просто невыносимой и кошмарной, она словно бурила мой слух, вонзаясь своими невидимыми цепкими когтями мне в мозг. И вдруг я понял, что сейчас не я нахожусь в роли охотника: я нарушил или пренебрег каким-то законом природы и сейчас объекты и их функции поменялись. Я оказался в иной роли — теперь не я слежу и охочусь, а за мной следят и на меня ведут охоту. Я оторвал свой взгляд от норы и лихорадочно стал оглядываться по сторонам. С правой стороны я услышал едва заметный чей-то шаг, и не выдержав такого психологического напряжения, метнулся в сторону, подальше от норы. Не успев пробежать и трех шагов, почувствовал, как моя нога зацепилась за какие-то ветки или камни, и я упал. Позади себя я услышал тяжелые, но мягкие прыжки, словно сто килограммов упало вниз, приземлившись на мягкую подушку. Я тут же оглянулся, испуганно ища предмет моих страхов, и увидел то, что может поджидать каждого охотника во время его неосторожных походов в дикую природу. Ко мне приближалась какая-то огромная кошка. От страха я поначалу подумал о тигре, но что-то в ее окраске было не похожим на этого хищника. Зверь был величиной с пуму, с белыми полосками. Он быстро и свирепо приближался ко мне. Один миг, как это бывает перед смертельной опасностью, и в моей памяти промчались все запоминающиеся и важные эпизоды жизни. Я хотел привстать на ноги, но успел лишь подняться на колено, чтобы грудью встретить врага. Находясь перед лицом опасности, я все же не струсил в последний момент, и даже приподнял руки для защиты головы. Сквозь поднятые руки я заметил, что хищник, издав какой-то тяжелый вздох, оттолкнулся от большого камня, стоящего у него на пути, и взвился в воздух, чтобы напасть на меня сверху. Я уже видел, как его огромные и бритвенно-острые когти растопыриваются в полете. В этот момент, словно мгновенная тень огромной птицы пролетела надо мной и накрыла сверху хищника, хотевшего меня убить.

Дальнейшие события были настолько быстры, насколько только способен человеческий глаз усмотреть молниеносные движения. Хищная кошка, которую я потом определил, как снежного барса, прыгнула на меня, чтобы нанести смертельный удар, но она не заметила, что и за ней ведется тайное и неуловимое наблюдение. Моя героиня, которая уже несколько раз спасала мне жизнь, находилась за моей спиной и охраняла меня. В полете барса, приближающегося ко мне сверху, я увидел, как тень накрыла его тело. Этой тенью и была Роза. Она в прыжке сбила хищника и повалила его на землю. Барс перевернулся несколько раз в воздухе, но как это бывает с кошачьими, ему все же удалось приземлиться на лапы, хотя, не удержавшись, он все же сделал несколько кувырков по земле и отлетел на дрбрых пять метров, издав при этом, какой-то приглушенный вой. Быстро встав на лапы, он вонзил когти в землю, вероятно, от неожиданности нападения, а быть может, от страха, заставшего его врасплох. Потеряв на мгновение нападающего, он неуверенно сделал несколько шагов в моем направлении и дико зарычал, демонстрируя свою силу и запугивая неожиданно появившегося противника.

Больше всего в этой схватке меня поразили действия Розы. Я никогда еще не видел, чтобы хоть один человек, живущий среди людей, мог так быстро передвигаться, как она. Ее движения были с одной стороны грациозны и быстры, с другой — они были ловкими и сильными. Я и не подозревал, что в такой, на первый взгляд красивой и хрупкой девушке, могли таиться такие могущественные силы.

По-видимому, эти необыкновенные силы могут проявляться лишь в дикой природе, наедине с ней, и пробудиться в минуты опасности. Я также понял, что в ее быстрых движениях проявляющих наивысшую человеческую скорость присутствует и сила. В этом я убедился, когда увидел финал этого поединка. Быстро придя в себя, барс, обнаружив своего врага, повернулся к нему и замер для анализа нового объекта. Тем временем, Роза легко, словно скользила по льду на невидимых и бесшумных коньках, приблизилась к противнику на расстоянии двух шагов или одного прыжка. Барс замер и понемногу начал поджимать под себя задние лапы, собираясь к прыжку. Роза немного приблизилась и чуть присела, готовясь к какой-то новой защите или атаке. Так они постояли несколько секунд, казавшихся для меня вечностью. Первым нарушил тишину и ложный покой, барс. Он вытянул голову и уже оттолкнулся задними лапами, но, еще не успев достаточно выпрямить в полете передние лапы, как неожиданно для себя, получил в нос сокрушительный удар кулаком. Роза молниеносно нанесла удар рукой и нырнула в сторону-вниз. Барс как бы завис в воздухе, и тяжело рухнул на землю, растелившись на ней. Он больше не поднимался. Роза, почему-то, не стала его добивать, а оставила в покое, и подошла ко мне, начав обнюхивать и суетиться вокруг меня.

Я был поражен ее силой и скоростью движений в этой смертельной битве. Несмотря на то, что у барса помимо острых клыков были еще и смертельно острые, словно бритва, когти, на теле Розы я не обнаружил ни единого пореза или синяка. После этого случая, я поверил в тайные, и спящие до определенного момента внутри, силы человека, подаренные ему, несомненно, природой.

После битвы с барсом я понял, что в одиночку с больной ногой я не смогу уберечь себя от хищников и преодолеть сложные переходы по горам, что бы добраться до цивилизации. Здесь, вблизи пещеры, я находился под защитой Розы и ее сверхчеловеческих возможностей. Быть может, хищники уже встречались с ней раньше и потому обходили ее территорию стороной, так как иных хищников, кроме этого снежного барса, я не встречал поблизости пещеры. Помимо проворности, силы и скорости, которыми она была наделена, меня поразил ее взгляд. Во время опасности он не был отуманен рассеянностью, в нем не было присутствия страха, чего нельзя было сказать обо мне. Хоть я и гордо поднялся на колено, но мой мозг сжался, его сковал черный паук страха, окутав со всех сторон невидимыми нитями волнений и рассеянности, которые всегда появляются вслед за оцепенением сознания, не дающим здраво рассуждать. Перед опасностью появляется страх в глазах, он губит душу и покоряет разум и дух, оставляя плоть бессмысленно содрогаться, испытывая дикие конвульсии пустого тела.

Эти ее внутренние силы природы неоднократно меня удивляли и поражали своей неповторимостью и простотой, которые присущи универсальному организму. Я считал себя ребенком в глазах природы, удивляющемуся и радующемуся каждому новому ее подарку. Так, однажды вечером, когда солнце еще ласкало своими лучами, освещая вход в пещеру, я, сидя на земле, пытался обучить Розу грамоте. Я хотел научить ее говорить. Я написал букву «А» на разглаженном для этого грунте.