Покушение на Сталина. Дело Таврина-Шило - Игорь Ландер

«Выполняя задание немцев, я разработал предварительный план повстанческой деятельности в тылу Советского Союза, по которому предполагалось создание из числа военнопленных, бывших военнослужащих Красной Армии, нескольких десантных групп для выброски их с самолетов на парашютах в северные районы СССР… Предполагалось высадить воздушный десант численностью в 50 000 человек (так в документе. Скорее всего, приписан лишний ноль. — И. Л.). В соответствии с этим был тщательно разработан план десантирования и боевых действий, составлены всякие схемы, на карты нанесены маршруты, основные направления ударов… Планом предусматривалось, что высадившиеся на Севере СССР крупные десантные отряды захватят расположенные там лагеря заключенных и поселения ссыльных, вооружат их после привлечения на свою сторону и, пользуясь отдаленностью этих районов от фронта и жизненных центров страны, а также отсутствием крупных воинских гарнизонов, разовьют повстанческую деятельность в тылу Красной Армии. При этом ставилась цель — достигнуть и овладеть промышленными центрами Урала, отрезать Сибирь от центральной части Советского Союза и лишить его важнейшей стратегической базы на Востоке в направлении на юг, расширяя район действия с таким расчетом, чтобы овладеть промышленными центрами Урала и вывести из строя железнодорожную магистраль, расчленив таким образом Западный фронт от Дальне-Восточного и лишив Советский Союз стратегической базы на Урале…»^[202]

Уже в наше время Генеральная прокуратура РФ оценила данный план следующим образом:

«Центр ставил перед собой цель — проведение борьбы с Советской властью путем заброски больших вооруженных групп диверсантов в отдельные районы СССР для подготовки вооруженного восстания. Инициатива создания «ПЦБ» принадлежала бывшему командиру дивизии Бессонову И. Г.^[203], который создал соответствующий штаб.

В штабе имелось 5 отделов: оперативный, связи, организационный, политический… и отдел безопасности…

Планом «ПЦБ» предусматривалось подготовить воздушный десант до 5000 человек, перебросить его в район рек Северная Двина и Обь и от Крайнего Севера до Сибирской железнодорожной магистрали, захватить в свои руки лагеря НКВД, привлечь заключенных и ссыльных на сторону повстанцев, вооружить их и вместе с ними развить повстанческую деятельность на юг. Далее «центр» намеревался овладеть промышленными центрами Урала»^[204].

Весь замысел Бессонова носил сильный налет авантюристичности, при этом нет никаких документальных свидетельств из немецких источников того, что он был воспринят СД и «Цеппелином» вполне серьезно. Реальность и опасность плана «Волжский вал» часто сильно переоцениваются современными исследователями, однако советские контрразведчики в описываемый период единодушно считали его крупнейшей диверсионной операцией немцев и были достаточно серьезно озабочены возможными перспективами его реализации.

Насколько можно судить по имеющимся документам, авантюриста и афериста Бессонова заносило в область фантазий даже на допросах. Имеются материалы, позволяющие более точно оценить планировавшуюся численность и предполагаемые районы выброски десантов. ПЦБ был намерен выбросить бригаду из 6000 человек, побатальонно распределив ее по трем упомянутым зонам. Как известно, планы эти реализованы не были. К началу лета 1943 года ПЦБ располагал только готовыми к выброске двумя десантно-штурмовыми группами по 50–55 человек в каждой, группой радистов в 20–25 человек и женской группой из 20 бывших военврачей и медсестер. Но и эти планы Бессонова в жизни воплощены не были.

Как видим, операция «Волжский вал» действительно разрабатывалась, однако относилась к совершенно не тем районам СССР, о которых упоминалось в протоколах допроса Таврина, да и все мысли немцев на сей предмет закончились еще в предыдущем, 1943 году. Однако чекисты, естественно, об этом не знали и, похоже, продолжали числить массовые выброски диверсантов в разряде реальных.

В действительности в 1944 году подобная операция не только не планировалась, но и не могла планироваться, в первую очередь по причине отсутствия у люфтваффе достаточного количества транспортных самолетов, способных поднять и доставить большие группы десантников на столь далекое расстояние. Об этом, кстати, в своих мемуарах упоминал и начальник VI управления РСХА бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг. Проанализируем ее техническую сторону. Приблизительное расстояние от Риги, где в рассматриваемый период находились используемые для специальных операций немецкие аэродромы (в первую очередь Спилве), до района Казани составляло более 2800 километров, то есть общая дальность полета в оба конца превышала 5600 километров. Если не учитывать экзотический и предельно малочисленный Ju-352 «Геркулес», такое расстояние в люфтваффе способны были преодолеть только два самолета — «Юнкерс» Ju-290 и «Фокке-Вульф» FW-200 «Кондор», причем второй транспортным можно назвать лишь условно. Их крейсерские скорости составляли соответственно 360 и 340 км/час, то есть в случае использования для доставки агентов в рассматриваемый район время пребывания в воздухе составило бы для них соответственно 15,5 и почти 16 часов. Каждый из самолетов был способен поднять не более 25 человек с соответствующим снаряжением, высадка их могла осуществляться только посадочным способом, а это требовало от получаса до часа дополнительно. Осенью такая продолжительность кругового рейса не позволила бы совершить его в темное время суток, возвращаться самолетам пришлось бы днем, что делало крупные и тихоходные машины легкой добычей советской ПВО. Зимний рейс по длительности мог уложиться в темное время, но 7—8-часовой перелет в неотапливаемом фюзеляже закончился бы для забрасываемых агентов фатально. Кроме этого, посадка и Ju-290, и FW-200 на плохо оборудованную площадку, скорее всего, повлекла бы за собой потерю самолета, что и произошло в свое время с машинами каждого из этих типов в степях Калмыкии. Кстати, даже самую примитивную площадку тоже требовалось готовить, а это было не под силу группе из предварительно заброшенных 2–4 агентов. Не следует также забывать, что речь идет не об одиночном перелете, а о высадке не менее четырех групп по 100 человек в каждой, то есть общее число вылетов в район Волги — Камы должно было бы составлять минимум 16. Люфтваффе никогда бы не пошло на такую самоубийственную операцию. Собственно, как и «Цеппелин». Но, вероятно, составителям этой фантастической версии захотелось еще немного усилить впечатление, и Таврин сообщил также о группе под командованием Мартыновского (не забываем: к этому времени уже покойного), предназначавшейся для выброски в еще более отдаленном районе Астрахани. Ее численность была заявлена в 200 человек!