XX век как жизнь. Воспоминания - Александр Бовин

Проснувшись поутру едва, Осуществляешь ты права, Которые на Западе во мраке. А кто, свободою горя, Твои права расширил, бря? Собакин, бря, Собакин, бря, Собакин! А если в восемнадцать лет Тебя вдруг выбрали в Совет, А папа с мамой говорят, что рано, Правы они, тебя коря, А виноват кто в этом, бря? Лукьянов, бря, Лукьянов, бря, Лукьянов! А если жалуешься ты, Что все чиновники — скоты, Что за деревьями они не видят леса. И рвешь ты волосы, скорбя. А виноват кто в этом, бря? Бря, Лазарев, бря, Лазарев, профессор! А если ты немного глуп, Попал под суд, как кура в суп, А судьи — непреклонные упрямцы — Свирепствуют, закон блюдя, А виноват кто в этом, бря? Кудрявцев, бря, Кудрявцев, бря, Кудрявцев! А если прав недостает И ты полез в законов свод, Но не нашел там нужных почему-то, Листы гроссбуха теребя, А виноват кто в этом, бря? Самощенко — директор Института. А если весь Тбилиси рад, Что кубок вырвал «Арарат», Забыты все раздоры и кошмары, И дружбы полные моря… А виноват кто в этом, бря? Наш кандидат в членкоры Шахназаров. Пою я этот гимн, друзья, И думаю, откуда, бря, Слова такие были наготове? И вот, в преамбулу смотря, Вдруг понял ясно: это, бря, Все Бовин, бря, все Бовин, бря, все Бовин! Конечно, помним мы о том, Что каждый только лишь фантом. Под псевдонимом скрыв свои приметы, Мы поработали не зря, Закона главного друзья — Кадеты, бря, кадеты, бря, кадеты.

Надеюсь, Владлен Бахнов не обидится на столь вольное использование его стихотворной матрицы.

Можно, конечно, обойтись и без стихов, и без песен. И тратить партийное время исключительно на партийную же прозу. Конечно, можно. Только уж больно скучно. А скука — враг производительности труда. Тем более умственного.

Результаты наших конституционных бдений направлялись в политбюро ЦК КПСС и в президиум Верховного Совета СССР. Оттуда возвращались тексты с конкретными замечаниями. Мы их учитывали (отклонение — это тоже форма учета) и снова рассылали. Несколько впечатлений.