Мир на пороге войны. Размышления европейца - Джульетто Кьеза

Но в Америке нет бесплатного медицинского обеспечения. Ну что, вы хотите, чтобы мы были хуже? Ведь надо быть конкурентоспособными. Понятно, где здесь ловушка. Ловушка в том, что эти технократические круги хотят повторить американскую модель и перестроить Европу на американский манер. Но Европа не может быть Америкой, потому что у европейцев другая история, другие традиции. Поэтому и возникло очень сильное сопротивление американизации Европы.

То, что произошло во Франции и в Голландии, тормозит американизацию Европы. Такое голосование – это не плохо, а хорошо. Означает ли это, что Европа будет разрушена? Нет. Это означает, что в Европе усиливается борьба за сохранение европейских ценностей. Европа не умрет.

Чем осложнялась ситуация? Тем, что в 2004 году, когда я избрался в парламент, произошло сильное расширение европейских границ. В состав Европы вошли 10 новых стран. Многие из них вышли прямо из советского опыта. Они вошли в Европу в определенном смысле не под эгидой Европы, а под эгидой Америки, особенно это касается трех балтийских государств, Польши. Не случайно Америка настаивала, чтобы эти страны немедленно были включены в НАТО. И они действительно немедленно вошли в НАТО. Почему? Потому что НАТО живет под эгидой Америки. И Америка таким образом диктовала курс. Скажем откровенно: Америка завоевала руководящие слои этих государств, она управляла ими. И когда они вошли в состав Европы, они взяли с собой в багаже все американские идеи. Я по опыту работы в Европарламенте могу сказать: депутаты, которые представляют эти страны, имеют иное представление о Европе, нежели мы. В итоге Евросоюз очень сильно ослабел.

– Каковы шансы Сильвио Берлускони остаться у власти?

– Остаться у власти Берлускони сейчас очень сложно, невероятно сложно. Он уже исчерпал себя, и это видно: он сильно проиграл региональные выборы и находится в нелегком положении, тем не менее, здесь не все так явно. Итальянские оппозиционные силы совершенно не подготовлены. У них нет идеи. И самый серьезный риск, который мне видится, это то, что через год на выборах Берлускони потерпит поражение, но на его месте будет берлусконизм без Берлускони, чего я опасаюсь, поскольку Берлускони – явный противник для всех, население его не любит. Но когда придут к власти бывшие коммунисты, левые демократы – у них же нет другого видения ситуации. Мне кажется, они ничего пока не могут предложить.

Важно смотреть на ситуацию открытыми глазами. Сапатеро в Испании тоже социалист. Но Сапатеро сразу, с самого начала стал демонстрировать, что он может отстоять свои идеи, даже когда Америка очень сильно давит на него. Он принял решение после победы на выборах вывести своих солдат из Ирака. А в Италии коалиция левых сил не обещает, что после победы выведет войска. Вот в чем разница.

Они связаны между собой, они все принадлежат к одной партии – партии олигархии. Они создали мажоритарную бипартийную систему, когда между левыми и правыми больше сходства, чем разницы. Так пока не везде: во Франции еще не видно этой тенденции, в Германии тоже нет, там сохранилась традиция значительного различия между двумя партиями, в Великобритании сходная ситуация. Но вот в Италии эта тенденция явно видна, в Америке тоже, где разделение на две партии производит одновременно сближение двух монументальных сил. Сближение к центру, все кошки – серые. Не видно никакой разницы.

Все в этой ситуации зависит от народов: захотят ли они, смогут ли сохранить свою власть или уже готовы делегировать ее олигархии: правой или левой – не важно. В Италии такая опасная тенденция налицо, и я смотрю на это не без волнения. Кризис демократии на Западе сейчас очень силен. И особенно в Америке – самом первом в историческом смысле демократическом государстве, которое теряет все характеристики реальной демократии. Трудно определить будущее в таких условиях. Мы находимся в центре масштабного кризиса, какого не было в течение, наверное, трех веков. В современном мире идет борьба идей. Где, с одной стороны, есть идея построения новой международной демократической архитектуры через реформирование прежних институтов, а с другой стороны – явное давление недовольной Америки, которая говорит: «Мы не хотим никакой новой структуры. Мы сами являемся новой империей и будем диктовать правила игры всему миру».

Кто в этой ситуации выиграет? К сожалению, в нынешней ситуации у Америки больше шансов выиграть. Но в то же время она переживает глубочайший кризис, и глобальная ситуация может очень скоро развернуться на сто восемьдесят градусов. К сожалению, я не вижу в Америке президента, способного сказать правду своему народу. Выход из этого тупика в таком случае один – война. Америка будет начинать новую войну. Затем следующую. Если это не поможет– третью. И будет переходить из состояния одной войны в следующую.

– На чьей территории?

– Скорее всего, следующим объектом войны Америки будет Иран. Там война будет вестись по иной модели, нежели в Ираке. Иран в два раза больше Ирака, и вести там войну будут не так, как в Ираке. Даже господа Болтон и Вулфовиц, самые радикальные теоретики империи, не думают, что можно захватить Иран. Они хотят бомбить, сломать Ирану голову, и только после того, как он окажется в состоянии коллапса, они поставят в правительство там нужных им людей. Приблизительно так было в Югославии. А вот Ирак был ошибкой Буша и его соратников. Они думали, что все там будет просто. Оказалось – нет. Так что модель войны в Иране не будет повторять иракскую.

Да, там погибнет 2–3 тысячи американцев. Ну что ж? Те, кто планирует и начинает войны, в их число не войдут. Иран нужен Америке надолго, возможно, навсегда. У них нет другого выхода: задолженность США такого порядка, что они никогда не смогут по ней рассчитаться, избежав войны.

Многие интересуются в связи с голосованием и разногласиями в Европе: умирает ли евро? Не умирает. Потому что даже Америка этого не хочет. Конечно, они хотят ослабить Европу, чтобы держать ее в подчинении и пользоваться ее ресурсами. Последние два года, когда доллар падал, евро был для США спасением. Доллар упал на 22–23 %, и американцы таким образом уменьшили свой внешний долг. Таково было соглашение с Центральным банком Европы. А вот китайцы, например, не согласились ревальвировать юань. Девальвируете доллар? Пожалуйста, но не за наш счет. Видите, какая разница?

– В чем причины ненависти Запада к России – со стороны ПАСЕ, например?

– Это не вопрос ненависти. Помните, Бжезинский в 1987 году писал, что Россию надо убрать со сцены? Если Россия не сможет защитить себя, именно это и произойдет. Американцы смотрят на мир другими глазами. Они считают себя хозяевами. Они видят, что единственный возможный противник – это Китай. Они сохранили разные варианты поведения. Один вариант – попытка захватить Китай и интегрировать его в мировой рынок. Но это невозможно – это не маленькая страна. Более того, это не культура, которая находится в состоянии шока, как это было в России. Россия колонизирована психологически. До того, как была колонизирована экономически, она психологически была завоевана. А Китай – нет. Его не завоевали. И ошибочно даже думать, что можно колонизировать всех одновременно в XXI веке. Да, в свое время Англия колонизировала огромную Индию. Но это был совершенно другой исторический период. Индия была разделена разными внутренними силами: этническими, социальными, – которые ослабили страну. Поэтому колонизаторы ее сумели завоевать.