Время побеждать. Беседы о главном - Михаил Делягин

Е. ЧЕРНЫХ: — История рассудит.

М. ДЕЛЯГИН: — Вот именно. Первые сорок дней не надо публично говорить про умерших, про которых трудно сказать что-то хорошее. И в стране, в общем, старались культурно молчать.

А вот смерть Гайдара выявила совершенно иную картину. Подлинная вакханалия, истошные, истерические попытки убедить всех чуть ли не в святости этого человека, которого мы, в общем, очень хорошо помним.

И Юрий Михайлович Лужков, и Гавриил Харитонович Попов — люди психологически уравновешенные, спокойные. Кожа у них, фигурально выражаясь, толстая. Чтобы их проняло так, что они сорвались и выступили с обширной и статьей в «Московском комсомольце» о неоспоримых аспектах облика Гайдара — это надо было постараться.

Далее: вдруг выдвигается почти официальное, потому что исходит от представителя «Единой России», требование уничтожения Министерства внутренних дел!

Да, общее возмущение милицией у нас растет, и справедливо — особенно сейчас, когда, похоже, даже Евсюков останется безнаказанным. Понятно, что это возмущение используется также в политических, в аппаратных целях. И вдруг депутат от «Единой России» адвокат Макаров, которого многие хорошо помнят по 90-м годам, выступает с требованием ликвидировать МВД!

Это же бред. Ведь преступники есть, и кто-то их все равно хотя бы теоретически должен ловить. «Единая Россия» этого же делать не будет…

После этого демарша исключительно умный и опытный человек Зорькин, председатель Конституционного Суда, который в своей жизни видел все, всех и во всех видах, вдруг публикует к 15-летию Конституционного Суда в «Российской газете» статью, производящую впечатление просто нервного срыва. О том, что попытка уничтожить МВД — это не просто разговоры, а это серьезная, системная попытка уничтожить государство тем же способом и почти теми же людьми, как было сделано в начале 90-х годов. Эмоциональность статьи не соответствовала ни образу Зорькина, ни стилистике официальной газеты правительства, и я не придал ей значения, даже, каюсь, неправильно отреагировал, и пользуюсь случаем извиниться перед Зорькиным: ошибся.

Опытные люди обладают тем преимуществом, что они опытные — Зорькин учуял начало системной попытки разрушить не клептократию, но саму российскую государственность там, где я видел всего лишь цепь несуразностей.

А после этого мы увидели феерическую вещь. Помните, фильм такой был — «восстание живых мертвецов»?

Вот в политическом плане проявилось нечто подобное. Госпожа Дьяченко, ныне Юмашева, бывшая советница своего папы Ельцина, начала вести свой Интернет-блог. Очень качественный, очень эффективный. Я сам поневоле веду блог и знаю, что это такое: над блогом Юмашевой работает, скорее всего, целая бригада — вероятно, из участников памятной президентской кампании 1996 года. Но ее блог ведется даже более квалифицированно, чем те тексты, которые писались для Ельцина и его окружения в то время. Это системный продукт.

Е. ЧЕРНЫХ: — Этот блог и заметки Юмашевой заметили все.

М. ДЕЛЯГИН: — Потому что была очень качественная реклама. Подпороговая, без истерик, без перехлестов. Эта реклама, как и этот блог — корпоративный высококачественный продукт. Мы узнаем, кто это делал, потому что таких мастеров мало, глядишь — и удастся прибегнуть к их помощи.

Е. ЧЕРНЫХ: — Отношение к ней сегодня такое: ну, женщина в политику не лезет, она в возрасте, заняться ей нечем. И вот она решила просто писать, вспоминать.

М. ДЕЛЯГИН: — «Просто писать» выглядит по-другому. В другом стиле и с другой периодичностью — почитайте ЖЖ Дарьи Митиной, той же Литвинович, Марины Юденич… Это в принципе иной формат.

А Юмашева не «просто пишет» — с моей точки зрения, она не пишет, а весьма изощренно и квалифицированно переиначивает, переписывает историю. Мы негодуем, когда это делают эстонцы, поляки и европейцы, а вот госпоже Юмашевой позволяем.

Е. ЧЕРНЫХ: — Ну рассказывает, какой хороший Борис Николаевич, какой Абрамович, что здесь такого?

М. ДЕЛЯГИН: — Не могу сказать, что штудирую ее ЖЖ: из-за хорошей памяти просто срабатывает рвотный рефлекс. Я ведь ее помню: умненькую такую, востроносенькую. На улице мимо пройдешь — не заметишь, а роль в нашей истории сыграла такую, что Чубайс отдыхает…

Когда она пишет про то, как Борис Николаевич не имел никакого отношения к олигархам, а Коржаков такой ужасный, но вот Ельцин к его делам тоже чуть ли никакого отношения не имел… И когда после этого центральное телевидение сметает пыль и нафталин с Коржакова, чтобы он бессильно погрозил одряхлевшим кулачком — становится ясно: это прекрасная, качественная реклама.

Это мягкое переписывание истории.

Это ползучая, скрытая и оттого только более эффективная реабилитация 90-х годов.

Это часть того же проекта, в рамках которого пытаются реабилитировать Гайдара с таким усердием, что брызги и слюни летят по всему медийному пространству.

У нас ведь даже закрывают радиопрограммы, в которых посмели непочтительно отозваться о Гайдаре[10]. Это делает не страшное ФСБ, не управление МВД по борьбе с экстремизмом, даже не администрация президента — это делает, насколько можно понять, либеральная мафия, которая сейчас всерьез, не торопясь и весьма системно готовится к реваншу.

Настоятельно советую прочитать доклады Института современного развития — ИНСОРа. В них нарочито подробно объясняется: уважаемые читатели, ради бога, не принимайте нас всерьез, это мы так, просто поговорить, пригласить к дискуссии…

Е. ЧЕРНЫХ: — Но их всерьез и не воспринимают.

М. ДЕЛЯГИН: — Это государство не воспринимает, потому что оно как было глупым, так и осталось. А война-то идет не за него — за общественное мнение.

Вспомните, что случилось в 80-е годы? Людям объяснили, что царская Россия, в которой 70 % населения были неграмотно, в которой страшные засухи и голод были каждые 7 лет, и никто из-за них не пищал по поводу «голодомора», в которой была чудовищная эксплуатация, в которой был страшный террор… Да, это был революционный террор, но он что, становится от этого менее кровавым? И был ответный террор, когда деревни расстреливали из пушек. Словосочетания «столыпинский галстук», «столыпинский вагон» — это что, признак благополучия? Признак успеха? Февральская и Октябрьская революция, в которые это царское имперское корыто опрокинулось — разве это не доказательство банкротства всей той системы?

И вот во второй половине 80-х добрые, милые либеральные интеллигенты, отнюдь не воюя с государством, а просто «восстанавливая историческую истину», а на самом деле нагло и цинично переписывая историю в своих корыстных политических интересах, объяснили обществу, что вот эта царская Россия была раем земным, в который нужно вернуться. Обществу объяснили, что нужно отказаться от того, что оно имело в советское время — от отсутствия безработицы, от здравоохранения, от образования, от относительно честного суда, — и вернуться туда, в царское время. Людей убедили в этом, и они вернулись. И великой страны не стало — притом, что особо с ней никто и не воевал.