Геополитика. Как это делается - Николай Стариков

Думаю, что не надо пояснять, почему именно в 1937 году в Синьцзяне вновь началось восстание под религиозными лозунгами. Летом того же года на территорию Синьцзяна вошли две войсковые группы Красной армии, одетые не только в белогвардейскую форму, но и в восточные халаты. После разгрома мятежников в городе Хами был оставлен пограничный полк, усиленный авиаэскадрильей и ротой танков БТ. Столь сильное присутствие было нужно для контроля над только что построенной дорогой Хоргос – Урумчи – Хами – Ланьчжоу, по которой шла помощь Китаю для войны с японцами.[468]Кроме того, там же начал работу авиационный завод № 600, выпускавший советские истребители И-16. Охранял завод 171-й отдельный батальон НКВД, в котором одетые в белогвардейскую форму солдаты именовали своих офицеров «господами поручиками», а не «товарищами лейтенантами».[469]Как видим, Сталин совершенно спокойно отбрасывал в сторону все наносное, когда речь шла об интересах Родины. Внешний политес сохранялся, хотя участники геополитических игр все прекрасно понимали. Это не СССР вмешивается в дела соседнего государства, это не подчиняющиеся ему эмигранты воюют на стороне китайцев. И Москва им не указ…

В 1938 году геополитическая ситуация вновь поменялась. После аншлюса (присоединения) Австрии к Германии весной 1938 года Сталину стало ясно, что взятие СССР в клещи идет по плану. Гитлер выкатывается на европейские границы, японцы уже в Маньчжурии, то есть стоят на границах нашей страны в Приморье. Договориться не получается. Что делать в уличной драке, когда ясно, что желание подраться у хулиганов перевешивает все остальные желания? Сильным ударом вырубить самого наглого. Показать, что желание избить прохожего будет стоить самим хулиганам слишком дорого. В 1938 году Сталин решает ударить по японцам, чтобы показать им мощь Красной армии до того, как Гитлер будет готов к синхронному выступлению с Японией. Поводом к столкновениям послужили спорные территории – две небольшие сопки у озера Хасан, где сходились границы СССР, Кореи и марионеточного государства Маньчжоу-Го. С царского времени государственную границу здесь четко не обозначали. Все решалось на основании Хунчуньского протокола, подписанного с Китаем в 1886 году.[470]Граница была зафиксирована на картах, но на местности стояли только номерные знаки, что давало повод для двойного толкования.

Военный конфликт начинался под аккомпанемент воздушных боев в небе Китая, в которых блистали «отсутствующие официально» советские пилоты.

На фоне активных боевых действий нашей авиации, которая упорно гоняла японцев на земле и в воздухе, 12 июля 1938 года советские пограничники заняли сопку Заозерную (Чангуфэнь) на спорной территории и оборудовали на ней окоп с проволочными заграждениями.[471]Марионеточное прояпонское государство Маньчжоу-Го выразило протест Советскому Союзу, после чего и посол Японии вручил ноту с требованием вывода советских пограничных войск с высот Заозерная и Безымянная. В ответ представитель советского НКИДа[472]заявил, что никаких нарушений нет. В тот же день, 15 июля 1938 года, в перестрелке с нашими пограничниками был убит японский жандарм, непонятно откуда взявшийся на границе.

Обстановка накаляется, но тут происходят совсем уж чудные вещи. Вместо того чтобы выполнять приказы командования о приведении войск в боевую готовность, командующий нашими войсками маршал Блюхер… направляет 24 июля комиссию на высоту Заозерная с целью расследования действий советских пограничников! После того как комиссия обнаружила нарушение пограничниками маньчжурской границы на 3 метра (!), советский маршал заявил, что «японцы правы». Он послал телеграмму наркому обороны Ворошилову с требованием немедленного ареста начальника погранучастка и других «виновников в провоцировании конфликта» с японцами.[473]Дальнейшие действия маршала Блюхера заставляют думать, что смертный приговор ему как японскому шпиону был вполне заслуженным. 26 июля по приказу Блюхера с сопки Безымянной был снят взвод поддержки и оставлен лишь наряд пограничников в составе одиннадцати человек.[474]Через три дня японские войска силой до роты атаковали эту высоту. Наши пограничники приняли неравный бой: пятеро из них были убиты. Подоспевший резерв пограничников и стрелковая рота выбили японцев с высоты и окопались. На следующий день между сопками Безымянная и Заозерная на высотах занял оборону батальон 118-го стрелкового полка 40-й стрелковой дивизии.[475]Японцы же при поддержке артиллерии предприняли ряд безуспешных атак на Безымянную. Начиналась самая настоящая война, которая продлилась до середины августа, после чего проблемы были урегулированы за столом переговоров и статус-кво был восстановлен. Японцы получили наглядный урок решимости СССР «бить хулигану морду», который из-за преступных действий Блюхера был не таким впечатляющим и стоил нам большей крови, чем было возможно. Однако для полного понимания японцев, что на СССР им идти не нужно, следовало преподнести им еще один урок. В мае 1939 года они попробовали на зубок мощь Красной армии на территории в районе реки Халхин-Гол у границы Монголии и Маньчжоу-Го. 28 мая 1939 года японцы вторглись на территорию Монголии, а через три месяца 20 августа 1939 года началось решающее советское наступление на японские позиции. От его успеха зависела без малого судьба всего мира. Дело в том, что Адольф Гитлер в тот момент решал, куда отправить переговорщика. Вариантов было два – в Москву, чтобы заключать Договор о ненападении с СССР, или в Лондон, чтобы договориться с англичанами. В Москву – Риббентроп, в Лондон – Геринг. На одной взлетной полосе берлинского аэродрома два самолета – «Локхид» британских спецслужб и личный самолет фюрера для полета к Сталину. Куда отправлять переговорщика? Гитлер решал, и во многом на его выбор должна была повлиять ситуация в далекой Монголии. Ведь складывалась та самая ситуация «синхронного выступления» двух англосаксонских проектов: Японии и Германии. Закончись наступление неудачно для Красной армии, у фюрера был бы большой соблазн договориться с англичанами и ударить по России одновременно с японцами. Вступление немецкой армии в Польшу могло ведь и не остановиться на границах СССР. 23 августа 1939 года, когда в Москве подписывали договор, основные силы 6-й японской армии были окружены и разбиты. Мирные переговоры закончились подписанием документов лишь 16 сентября 1939 года. И только после этого Сталин дал добро на ввод Красной армии в Польшу – советские солдаты вошли в Западную Белоруссию и Западную Украину 17 сентября. Урок, преподнесенный японцам, был таков, что всю войну с 1941 по 1945 год они так и не решились воевать с СССР…