XX век как жизнь. Воспоминания - Александр Бовин

Стихи на уровне типичного графомана. Когда же их пишет секретарь ЦК КПСС, они становятся признаком общей культуры. Но в данном случае меня другое интересует. Боцманский язык, который использован в стихотворном письме, никогда не проступал в андроповской прозе.

Мне же, поскольку я не простужался, пришлось разрабатывать китайскую тему в прозе. Эта тема часто выводила на проблемы общего плана. В октябре 1966 года я выдал «на-гора» записку «К китайскому вопросу». Исходный пункт анализа — завоевания социализма в Китае поставлены под угрозу. Эта констатация ведет к цепочке выводов.

«Как развернутся события в будущем?.. Если руководство КПК и КНР сумеет на длительный срок закрепить нынешний политический курс, то мы, видимо, станем свидетелями гигантского исторического зигзага, постепенного перерождения китайского общества.

Вопрос „кто кого?“, стоящий в современном Китае, наполнен иным социальным содержанием, чем, скажем, в России 20-х годов. Антисоциалистические силы, представленные группой Мао Цзэдуна, не могут рассматриваться как выразители интересов китайской буржуазии, капитализма. Поэтому вряд ли правильно оценивать возможную перспективу перерождения общественного строя в Китае как возвращение к „классическому“ буржуазному обществу. Скорее всего мы столкнемся с новым, своеобразным социальным образованием, которое будет характеризоваться государственной собственностью, авторитарно-диктаторским политическим режимом, закрепляющим власть узкого слоя партийной и государственной бюрократии, и абсолютной монополией псевдореволюционной, националистической идеологии, поддерживаемой всей силой государственного аппарата.

Такого рода социальные образования, не являющиеся ни социалистическими, ни капиталистическими, не „предусмотрены“ марксистско-ленинской теорией общественного развития. Однако историческая практика, опыт колониальных или полуколониальных стран, вступивших на путь некапиталистического развития, показывает, что непосредственная переплавка феодальных и даже дофеодальных общественных отношений в социалистические — сложный и противоречивый процесс, который может привести к самым неожиданным результатам. Это относится не только к Китаю, где такие результаты уже достаточно очевидны, но и к ряду азиатских и африканских государств так называемой „социалистической ориентации“ (Гвинея, Мали, недавно — Гана и Индонезия, ОАР, Бирма, Конго со столицей в Браззавиле)…

Известно, что страны, о которых идет речь, осуществляют антиимпериалистическую внешнюю политику, резко ограничивают (иногда — явно преждевременно) рост частного капитала, проводят, правда не всегда последовательно, реформы, цель которых — улучшить положение трудящихся, словом, держат курс на модернизацию архаических социальных структур, на форсированное преодоление вековой отсталости. И при благоприятных условиях (общий рост авторитета и могущества мировой системы социализма, расширение контактов с отдельными социалистическими странами, умная политика местных коммунистов и т. д.) — все это открывает реальный путь к социализму. Но силы традиции настолько велики, исходные рубежи для движения к социализму настолько слабы, что не менее реальны и другие возможности.

Во-первых, не исключен поворот к капитализму — поворот, за который активно борются внутренняя реакция и международный империализм. И во-вторых, — о чем уже шла речь выше, — не исключено появление нового типа социального организма, для которого пока еще нет ни названия, ни „места“ в теории. С точки зрения всемирно-исторической такое общество будет иметь переходный, неустойчивый характер. Внутренние противоречия, объективное воздействие подлинно социалистических сил извне рано или поздно расшатают и взорвут его. Однако этот процесс может занять длительное время и привести в перспективе к обострению противоречий между Севером и Югом, между „богатыми“ и „бедными“ районами мира, что в свою очередь может оказать негативное воздействие на развитие мирового социализма.

…Деградация социализма в Китае, если она будет прогрессировать, может занять длительный отрезок времени, пройти через множество промежуточных ступеней, сопровождаться колебаниями, шатаниями, борьбой внутри руководства, стихийными выступлениями масс, новыми авантюрами во внешней и внутренней политике. Несомненно одно — трагедия китайского народа самым отрицательным образом сказалась бы на развитии мирового революционного процесса.

Преждевременно говорить о каких-либо конкретных политических акциях с нашей стороны, которые будут реакцией на возникновение принципиально новой ситуации. Но, чтобы не быть застигнутым врасплох, было бы полезно, не откладывая, заняться научным, глубоким, обстоятельным анализом состояния и тенденций развития китайского общества, а также проблем некапиталистического развития в целом. Не исключено, что такой анализ, как и сам ход событий, приведут к выводам, отличным от изложенных выше. Не исключено, что они полностью или частично будут подтверждены. Но именно для того, чтобы получить определенный результат, иметь научно обоснованную концепцию, следовало бы начать работу в этом направлении».