Утопия для реалистов: Как построить идеальный мир - Рутгер Брегман

«Границы США влияют на заработки рабочих, имеющих одинаковую производительность, сильнее, чем любые формы дискриминации в оплате труда (гендерные, расовые или этнические)», — отмечают три экономиста. Это апартеид глобального масштаба. В XXI в. к настоящей элите причисляются те, кто родился не в правильной семье или правильном классе, а в правильной стране^[356]. Но эта современная элита едва ли осознает свое везение.

Опровергаем заблуждения

Результаты дегельминтации детей, за которую ратует Эстер Дюфло, — детские игрушки в сравнении с тем, как расширяет возможности иммиграция. Открытие границ, даже кратковременное, — пока что самое мощное оружие в глобальной борьбе против бедности. Но, к сожалению, эта идея по-прежнему отвергается; причем ее противники приводят все те же старые, ошибочные доводы.

Они все — террористы.

Если вы следите за новостями, вас нельзя винить за то, что так думаете. Ведь в новостях говорится о том, что произошло сегодня («Главное событие: террористическая атака в Париже»), а не о том, что происходит каждый день («Главное событие: температура в мире поднялась на 0,00005 °C»), и потому многие полагают, что терроризм является для нас основной угрозой. Но с 1975 г. по конец 2015-го вероятность быть убитым в результате нападения со стороны иностранца или иммигранта в США составляла лишь 1 к 3 609 709. За 30 лет из этого 41 — летнего периода в стране никто не погиб в терактах, устроенных иностранцами или иммигрантами. Помимо 2983 человек, ставших жертвами террористической атаки 11 сентября, от рук иностранных террористов в эти годы погиб 41 человек — примерно по одному человеку в год^[357].

Новое исследование миграционных потоков между 145 странами, проведенное Университетом Уорвика, показывает, что иммиграция на самом деле связана со снижением числа террористических актов. «Когда мигранты переезжают из одной страны в другую, они привозят новые навыки, знания и взгляды, — пишет ведущий исследователь. — Если мы придерживаемся убеждения, что экономическое развитие связано со снижением активности экстремистов, нам следует ожидать усиления миграции, если мы хотим добиться положительного эффекта»^[358].

Они все — преступники.

Данные ничего подобного не говорят. Оказывается, люди, начинающие новую жизнь в США, совершают меньше правонарушений и реже оказываются в тюрьме, чем местные. Даже с 1990 по 2013 г., когда число нелегальных иммигрантов утроилось до 11 млн, преступность существенно снизилась^[359]. То же верно и для Соединенного Королевства: несколько лет назад исследователи из Лондонской школы экономики сообщили о том, что уровень преступности в областях, переживших массовую иммиграцию из Восточной Европы, значительно упал^[360].

А что насчет детей иммигрантов? В США они тоже вступают на путь преступности значительно реже тех, кто давно живет в стране. Если говорить о родных мне Нидерландах, то дети марокканских иммигрантов чаще имеют неприятности с законом. Конечно же, возникает вопрос: почему? Долгое время исследование этой проблемы было невозможным из-за диктатуры политической корректности. Но в 2004 г. в Роттердаме было предпринято первое исследование связи между этнической принадлежностью и молодежной преступностью. Десять лет спустя выяснилось, что корреляция между этническим происхождением и преступностью отсутствует. Ноль, ничего, зеро. Молодежная преступность, утверждается в отчете, порождается районом, в котором растет ребенок. В бедных сообществах дети голландского происхождения могут быть вовлечены в преступную деятельность ровно с такой же вероятностью, что и дети — представители этнических меньшинств^[361].

Последующие исследования одно за другим подтвердили эти результаты. На самом деле, если сделать поправку на пол, возраст и доход, этническая принадлежность и преступность оказываются совершенно не связаны между собой. «Более того, — писали голландские исследователи в недавней статье, — на долю беженцев приходится меньше зарегистрированных преступлений, чем на долю коренного населения»^[362].

Не то чтобы эти результаты привлекли всеобщее внимание. Согласно нынешним принципам политической корректности преступность и этническая принадлежность взаимосвязаны на всех уровнях.

Они подорвут сплоченность общества.

Это казалось неприятной правдой. В 2000 г. известный социолог Роберт Патнэм провел исследование, в результате которого выяснилось, что разнообразие ослабляет единство: люди начинают меньше доверять друг другу, становятся менее склонны к дружеским отношениям и к выполнению волонтерской работы. По сути, заключил Патнэм на основании целых 30 000 интервью, из-за неоднородности сообщества люди «прячутся в своей скорлупе»^[363].