Владимир Путин. Лучший немец в Кремле - Александр Рар

* * *

Начало января не было отмечено сколько-нибудь значимыми событиями, если, конечно, не считать полета Путина в Чечню в кабине реактивного истребителя. Премьер-министр произвел лишь незначительные кадровые перестановки в кремлевской команде. После выдачи швейцарской прокуратурой ордера на арест Бородина его срочно назначили государственным секретарем Союза России и Белоруссии. Он был лишен возможности выезжать за рубеж, так как Интерполу было дано указание задержать бывшего управляющего делами президентской администрации, обвиняемого в коррупции и причастности к отмыванию грязных денег. В России он продолжал оставаться на свободе, поскольку в правящих кругах полагали, что взятие под стражу Пал Палыча, в аппарате которого Путин работал в 1996–1997 годах, может иметь необратимые политические последствия и негативно скажется на имидже исполняющего обязанности президента.

Откровенно лоббировавший интересы определенного финансового клана Аксененко был смещен с поста первого председателя правительства и остался просто министром путей сообщения. Михаил Касьянов, никак не афишировавший своих политических взглядов, но зато известный как превосходный знаток финансовых проблем, добивающийся реальных успехов на переговорах с западными кредиторами о реструктуризации и переносе выплаты внешнего долга, стал первым и единственным вице-премьером. Фактически он возглавил кабинет министров. Первоначально Путин поставил перед собой задачу сформировать собственную дееспособную команду и предпринял ряд шагов, направленных на изменение соотношения сил внутри президентской администрации, успевший стать политическим институтом с широкими и довольно неопределенными функциями. За время работы в ней он тщательно изучил сильные и слабые стороны этого государственного механизма, усвоил принцип его функционирования и хорошо знал, на какие административные рычаги следует нажимать, чтобы подчинить себе мощную иерархическую структуру, возвышающуюся над органами исполнительной и представительной власти.

Александр Волошин, внесший решающий вклад в победу «Единства» на парламентских выборах, номинально остался ее руководителем и по-прежнему представлял в Кремле интересы объединенных общими намерениями, капиталами и родственными узами членов «семейной группы», но Путин приставил к нему трех новых заместителей, существенно ограничивавших его влияние. Все они приехали в Москву из Санкт-Петербурга. Сорокалетний опытный чиновник Игорь Сечин с 1990 года неотступно, словно тень, следовал за Путиным и с полным основанием считался одним из самых близких ему людей. Тридцатичетырехлетний выпускник юридического факультета Ленинградского университета Дмитрий Медведев в бытность Путина вице-мэром исполнял обязанности его советника по правовым вопросам. С пятидесятилетним Виктором Ивановым Путин познакомился более двадцати лет тому назад. В 1988–1994 годах он занимал ряд руководящих должностей в органах безопасности северной столицы. Когда Путин ведал внешнеэкономическими связями санкт-петербургской мэрии, Иванов отвечал за борьбу с контрабандой и экономическими преступлениями. Затем он подал рапорт об отставке, успешно занимался бизнесом и в 1998 году по настоятельной просьбе будущего президента вновь надел погоны и возглавил Управление контрразведки ФСБ. В апреле 1999 года Путин назначил его своим заместителем по вопросам обеспечения экономической безопасности страны. С января 2000 года Виктор Иванов стал начальником Главного управления кадровой политики администрации президента.

Круг лиц, введенных Путиным в Кремль и Белый дом, не ограничился только этой троицей. Премьер-министру удалось достаточно быстро расставить по ключевым постам лояльных ему людей из числа друзей и бывших сослуживцев. Преемником Бородина стал предприниматель из Санкт-Петербурга Владимир Кожин, в период перестройки работавший в Германии, а затем руководивший северо-западным отделением Федеральной службы по валютно-экономическому контролю. Впоследствии он возглавил это государственное учреждение. За недолгое время пребывания в должности генерального директора Санкт-петербургского объединения совместных предприятий Кожин помог Путину установить контакты со многими иностранными бизнесменами.

Еще один «германист», тридцатитрехлетний Игорь Щеголев встал во главе кремлевской пресс-службы. Двенадцать лет назад он учился в Лейпцигском университете. Путин тогда служил в представительстве КГБ в Дрездене. Наконец, пост руководителя аппарата правительства занял Дмитрий Козак. Он также закончил соответствующий факультет Ленинградского университета, работал в прокуратуре, возглавлял правовое управление мэрии и руководил собственной юридической фирмой.

Вообще, перечень бывших сослуживцев Путина, занявших видные посты во властных структурах, можно продолжать до бесконечности. К ним принадлежат уже упоминавшиеся секретарь Совета безопасности Сергей Иванов и пользовавшийся безграничным доверием Путина директор ФСБ Николай Патрушев.

* * *

Тех, кто полагал, что Путин немедленно объявит войну олигархам, ожидало горькое разочарование. За весомый вклад в подрыв политических позиций оппонентов Кремля Березовский и Абрамович, уже прибравшие к рукам нефтяную промышленность Западной Сибири, получили возможность ухватить в процессе приватизации еще один жирный кусок и завладеть расположенными там же алюминиевыми заводами. Фактически под их контроль перешли 70 % мощностей этой стратегически важной сырьевой отрасли. Еще в ноябре Путин с негодованием отверг помощь, предложенную ему «великим комбинатором» и «главным финансистом „семьи“». Он назвал ее «троянским конем» и добавил знаменательную фразу: «Бойтесь данайцев, дары приносящих». Тем не менее после декабрьских выборов в России начался новый этап передела собственности. В марте 2000 года Березовский выступал с докладом в Берлине. На вопрос, почему власти позволили ему стать монополистом и считает ли он такое положение вещей справедливым, один из столпов российского бизнеса ответил: «Мы живем в мире глобализации. Объединяется все и вся, даже „Даймлер“ и „Крайслер“, „Дойче банк“ и „Дрезденер банк“. Консолидированный российский капитал подыскал себе нового директора-распорядителя – вот в чем, на мой взгляд, смысл избрания Путина».

Тем временем исполняющий обязанности главы государства целиком сосредоточился на подготовке к выборам. Для убедительной победы в первом туре, позволяющей с полным основанием говорить о всенародной поддержке Путина, требовалось заранее вывести из игры Зюганова и Примакова, вместе с ним входивших в тройку наиболее популярных политиков. Сперва «кремлевская гвардия» предприняла ряд тактических шагов, нацеленных на углубления раскола в довольно разношерстном лагере левой оппозиции. «Справа» ситуация складывалась в пользу правящих кругов. Лидеры «Союза правых сил» после первоначальных колебаний дружно выразили поддержку реформаторским планам Путина. Собственно говоря, ничего другого им не оставалось. Этот блок слишком зависел от его финансовой и информационной поддержки.

Напротив, коммунисты, несмотря на провал проекта единого предвыборного альянса «коммуно-националистической» направленности и наметившуюся тенденцию распада некогда монолитных рядов КПРФ, по-прежнему оставались главной оппозиционной силой, с которой приходилось считаться. Поэтому в январе 2000 года «закулисным торгом» занимались уже во время распределения портфелей председателей важнейших парламентских комитетов.