XX век как жизнь. Воспоминания - Александр Бовин

Разумеется, в Чехословакии есть силы, которые хотели бы пойти значительно дальше и шаг за шагом вернуть страну к дофевральским порядкам. Однако этим силам противостоят такие решающие объективные и субъективные факторы, как прочность социалистических отношений в социально-экономической сфере, взаимосвязи ЧССР с другими социалистическими странами, просоциалистические настроения широких масс. Несмотря на значительное ослабление механизмов, позволяющих партии воздействовать на ход социальных процессов, она продолжает в целом контролировать положение, обеспечивает нормальное функционирование экономических и политических структур.

Всякое прогнозирование такого рода политических процессов имеет гипотетический характер. Однако представляется, что в нынешних условиях „югославо-румынская“ гипотеза гораздо вероятнее, чем гипотеза о реставрации капитализма.

Следовательно, действительное значение применения „крайних мер“ в настоящее время будет заключаться в предотвращении дальнейшей эволюции Чехословакии по „югославо-румынскому“ пути. Именно так, если судить по уже наметившимся оценкам нашей политики, будут восприняты „крайние меры“ значительной частью коммунистических партий и мировым общественным мнением в целом. В таком же плане поэтому следует оценить возможные плюсы и минусы использования „крайних мер“.

П л ю с ы

1. Подтверждение Советским Союзом решимости сохранить сложившееся соотношение сил и отстаивать свои интересы как великой державы.

2. Возможность на какой-то, может быть, длительный срок оказывать эффективное воздействие на характер внутреннего развития и внешней политики ЧССР.

3. Укрепление существующего положения в ГДР, Польше и Болгарии, торможение процессов, аналогичных чехословацким, в этих странах, в их коммунистических партиях.

М и н у с ы

1. Советско-чехословацкие отношения: появление на неопределенно длительное время скрытого, но тем не менее действенного фактора, расшатывающего основу дружественных отношений между ЧССР и СССР; дополнительные (и значительные) расходы на поддержание нового чехословацкого руководства.

2. Положение в социалистическом содружестве и коммунистическом движении: создание благоприятных условий для культивирования националистических, антисоветских настроений в социалистических странах. Публичная и официальная критика наших действий со стороны Румынии и Югославии. Возможный выход Румынии из Организации Варшавского договора. Резкое ухудшение отношений с Югославией. Поиск этими государствами союзников среди неприсоединившихся и капиталистических государств.

Очередной взрыв антисоветизма в Китае; обвинение КПСС со стороны КПК и примыкающих к ней партий и групп в „великодержавности“ и т. п.; укрепление на этой основе позиций группы Мао; интенсивное распространение маоизма (и кастроизма) в национально-освободительном движении.

Новый раскол в мировом коммунистическом движении. Фактическая изоляция КПСС в Европе. Срыв Международного совещания коммунистических и рабочих партий.

Значительное ослабление притягательной силы идей социализма и коммунизма среди трудящихся масс в капиталистических странах и „третьем мире“. Падение влияния коммунистических и рабочих партий.

3. Международная ситуация в целом: глобальный рост антикоммунизма и антисоветизма. Падение международного престижа СССР, ослабление наших позиций в ООН.

Осложнение советско-американских отношений. Рост международной напряженности. Укрепление Атлантического союза. Возможные трудности с Договором о нераспространении. Эскалация войны во Вьетнаме и, возможно, активизация Израиля как ответные меры со стороны США и их союзников. Новый этап во всемирной гонке ракетно-ядерного оружия.

Усиление реакционных сил в США и их влияния на исход президентских выборов и всю политику Соединенных Штатов.

Передвижка политических сил в Западной Европе. Сближение Западной Европы с Соединенными Штатами. Рост милитаристских и неонацистских сил в ФРГ. Сдвиг вправо политических режимов в ряде других капиталистических стран. Ослабление тенденций к нейтрализму малых европейских государств.

Как общий результат — значительная перегруппировка сил в мире не в пользу Советского Союза и сил социализма. Необходимость увеличить наши расходы на оборону.

Разумеется, не все указанные плюсы и минусы выявятся в одинаковой степени. Много будет зависеть от того, как встретят наши „крайние меры“ в Чехословакии. Очевидно, что ответные „крайние меры“, которые могут предпринять чехословаки, значительно обострят общую ситуацию, ослабят плюсы и усилят минусы, а также внесут нежелательные элементы в реакцию на эту ситуацию со стороны советского общественного мнения.

Особого рассмотрения заслуживают два частных, но тем не менее серьезных обстоятельства.

Во-первых, существует тенденция апеллировать к эффекту применения „крайних мер“ в Венгрии, где, как известно, плюсы за несколько лет перекрыли минусы. Такая постановка вопроса требует дополнительного изучения. В Венгрии была иная политическая ситуация (открытые действия контрреволюционных сил, фактический развал армии, роспуск партии и т. п.). Иная ситуация существовала и в мире. Гораздо сплоченнее действовали братские страны и партии. Не было раскола в коммунистическом движении. Национальное самосознание в социалистических странах стояло на гораздо более низком уровне, чем сейчас. Не приобрели еще повсеместно такой остроты проблемы независимости, суверенитета, невмешательства. Благоприятно складывалась международная обстановка (франко-англо-израильская агрессия). Теперь все перечисленные моменты выглядят совершенно иначе, чем двенадцать лет назад.

Кроме того, первый факт применения „крайних мер“ может рассматриваться как чрезвычайный случай, как аномалия, второй же, поставленный в один ряд с первым, приобретает совсем иную окраску и может рассматриваться как доказательство внутренней слабости социалистического строя в странах народной демократии, как свидетельство того, что единство стран социализма может существовать, лишь опираясь на „крайние меры“ (или угрозу их применения) со стороны СССР.

Во-вторых, можно отметить известное влияние на нашу позицию оценок и выводов определенной группы чехословацких товарищей. Потенциально именно от этой группы может исходить и призыв к применению „крайних мер“. Конечно, мнения этих товарищей, как и любые другие мнения и факты, должны быть обязательно использованы для создания объективной и всесторонне обоснованной картины событий, происходящих в Чехословакии. Однако в данном случае следует особенно внимательно учитывать психологический настрой этих людей, тесно связанных, как правило, с „доянварским“ прошлым, с его порядками и методами работы. Этим товарищам, несмотря на всю искренность их побуждений, трудно охватить ситуацию во всей ее сложности. Поэтому они легко могут дать „простой“ совет и даже подтолкнуть применение „крайних мер“. Тем более что ответственность лежит не на них, а на тех, кому они советуют.

В ы б о р м о м е н т а

Оценивая указанные выше плюсы и минусы, нельзя не сделать вывода о том, что применение „крайних мер“ в нынешних условиях создаст такие трудности, которые вряд ли компенсируются возможным политическим выигрышем.