Путин, Россия и Запад. О чем молчит Би-Би-Си? - Георгий Ермолов

В бытность министром внешнеэкономических связей М. Фрадков был в очень хороших отношениях с премьером Е. Примаковым. Подобно Авену, Е. Примаков — известный во всех кругах масон. Его послужной список впечатляет и помимо государственного поприща: консультант СМО и Трехсторонней комиссии, член Мальтийского ордена, член Римского клуба. Крепкие связи установились и с обществом «Мои Пелерин». В 1989 г. в Като Институте — дочерней ложе общества — ему «за особые заслуги» подарили бронзовый бюст Фридриха фон Хайека, основателя общества. Для справки: Като Институт представляет собой некий «гибрид революции хиппи и реакционных теорий Ф. фон Хайека, прошедший путь от продвижения идей сексуальной свободы и легализации марихуаны до отстаивания интересов ТНК». Связь не прерывалась и позже. Так, 25 июня 1998 г. Примаков выступал перед маститыми масонами в Лондоне, в том самом ИЭО, где обучались реформаторы «первого призыва».

Информированные источники указывают, что именно Е. Примаков несколько раз рекомендовал Путину кандидатуру Фрадкова на пост премьера. Н. Смоленцев-Соболь считает, что перемещение из послов в Евросоюзе в кресло премьера — типичная масонская отработка: секретно, неожиданно, почти необъяснимо. Точно так же, как переход Путина из кабинета на Лубянке в кабинет в Совмине.

Контакты самого Путина с Мои Пелерин не вызывают сомнений. Привлечение в свою команду советником по экономике А. Илларионова поначалу вызвало недоумение у многих, так как он слыл «ультралибералом». Ситуация прояснилась после некоторых публикаций Хозе Пинейры, члена МП и основателя Като Института, где он подробно описывает контакты с Илларионовым на съездах общества. Таким образом, становится понятна роль Илларионова как связного между Путиным и МП. В 2004 г. влиятельные представители общества встречались уже с самим Путиным в Москве, где в течение четырех часов без перерыва обсуждали наболевшие вопросы. Устроителем встречи был А. Илларионов. В том же году, 8-9 апреля, Путин был приглашен на заседание ложи в Москве, где сделал доклад.

* * *

Вот так в самом общем и предельно кратком изложении выглядит, по мнению Н. Смоленцева-Соболя, механизм взаимосвязей между мировой закулисой, мондиалистским и властным масонством Запада и масонством России. Здесь описаны лишь немногие лица и структуры, которые ее обеспечивают. Не охвачены еще десятки организаций, ведомств, сотни лиц, чьи имена на слуху и чьих имен никто не знает по условию секретности. Верно заметил один из исследователей этой темы, что когда начинаешь в нее углубляться, то статья вырастает в эссе, эссе — в книгу, а книга — в библиотеку. Фактический материал неисчерпаем…

Остается рассмотреть персоналии наиболее матерых «бильдербергеров» и попытаться понять, какова их истинная роль с точки зрения легализации в рамках российской государственности.

Кадровый офицер военной разведки Дмитрий Тренин в 1993 г. становится старшим научным сотрудником Военного колледжа НАТО в Риме, совмещая эту фантастическую должность с аналогичной в Институте Европы РАН (1993-1997 гг.), а затем оказывается заместителем директора Московского Центра Карнеги. Поистине чудны дела твои, Господи! Учитывая, что на протяжении всей истории клуба безопасность его заседаний обеспечивает ЦРУ совместно с МИ-6, то становится еще чуднее. Но 1999 г. был не простым годом. Ельцин должен был дать знать, уйдет ли он сам или его надо убирать. Судя по всему, Д. Тренин и был тем гонцом, который внес ясность.

Лилия Шевцова вошла в клуб в тот же год и стала рекордсменом среди российских представителей — пять заседаний подряд! После окончания МГИМО в 1971 г. работала в Центре политических исследований и в 1989 г. стала его директором. Потом — замдиректора Института международных экономических и политических исследований РАН. Стажировалась в США. Является профессором Калифорнийского университета в Беркли, профессором Корнельского университета, Джорджтаунского университета, сотрудником Исследовательского Центра Вудро Вильсона. В 1997 г. становится профессором МГИМО и параллельно — ведущим исследователем Московского Центра Карнеги.

В 2003 г. у Л. Шевцовой появился новый коллега по клубу — член Совета Федерации, председатель Комитета по международным делам СФ Михаил Маргелов. Внук прославленного «дяди Васи» Маргелова, командующего ВДВ, так же, как и остальные его коллеги по клубу, сделал блестящую карьеру. В неполные 20 лет он — переводчик Международного отдела ЦК КПСС. В неполные 22 — преподаватель Высшей Школы КГБ СССР. Разумеется, не обошлось без папы, Виталия Маргелова, бывшего заместителя директора СВР, но и собственные успехи Михаила более чем впечатляют. В 1990-1995 гг. М. Маргелов работает в нескольких американских консалтинговых компаниях и осваивает современные политтехнологии. Но главная его задача — установление связей с десятками крупнейших бизнесменов и компаний, властными структурами США, общественно-политическими фигурами. Как мы видим, годы его работы в стране пребывания полностью совпадают с годами пребывания Л. Шевцовой. По окончании командировки работает в аппарате президента по связям с общественностью, а с 1998 г. — зампредседателя правления РИА «Новости». В ходе парламентских выборов 1999 г. исполняет обязанности пресс-секретаря движения «Единство», а с января по март 2000 г. он — советник по прессе избирательного штаба В. Путина.

Важно учесть, что кроме всего перечисленного М. Маргелов — член Совета по внешней и оборонной политике СФ РФ. В этом Совете его имя в одном ряду с корифеями обороны и официальными представителями российского масонства — Е. Примаковым, А. Вольским, А. Арбатовым, А. Куликовым — членами и кавалерами ордена «Золотой Сокол», того самого ордена, к которому принадлежат и Ж. Ширак, и Г. Шредер.

Говорить об остальных немногочисленных членах Бильдербергского клуба от России неинтересно, все они фигуры в той или иной степени проходные. Остается лишь задаться вопросом, чьи именно задания реализуют эти уважаемые люди. Хотя представляется, что вопрос этот — риторический.

У неискушенной части аудитории неизбежно должен возникнуть вполне логичный вопрос: как же такое возможно, чтобы индивиды и объединения, принадлежащие одним и тем же закулисным структурам, в то же время ведут между собой бескомпромиссную борьбу, часто даже на физическое уничтожение? Наиболее яркий пример тому — история противостояния Альенде — Пиночета. В интервью журналу «Пуэн» Великий магистр «Великого Востока Франции» Роже Лерей однажды сказал: «Мне рассказывали, что Альенде перед путчем повторял, что может доверять Пиночету, поскольку оба принадлежат к одной масонской организации».

Ответ на этот вопрос заключен в самой сущности масонства. Однажды, еще в конце 70-х годов прошлого века, у Л. Замойского, изучавшего историю масонских движений, состоялся разговор с латиноамериканским журналистом, который был не только адептом масонства, но и изрядным экспертом в этой области.

«— Вы привыкли к политическим меркам. Альенде — левый, Пиночет — правый. А важнее другое: в нашем движении каждый, независимо от ориентации, стремится к максимальному совершенству и результату в своей области. Если левый, то он может быть революционером, добившимся успеха, а если, как вы говорите, правый, то это — выдающийся диктатор. И то и другое может быть важно для движения, независимо от политического направления.