Теория государства - Виталий Иванов

Неудивительно, что в американской Конституции слово «демократия» не встречается ни разу.

Тем не менее в последующие века США стала «Empire of Democracy», а их политический опыт – чуть ли не «эталоном демократии». И сегодня мы именуем «демократией» совсем не то, что под этим словом имели в виду древние греки, то есть не прямое «народное» правление и пр. И не то, что в тех же Афинах на самом деле было отлажено и дольше века с переменным успехом функционировало, то есть не широкий доступ всех желающих к осуществлению власти. Современные государства гораздо «сложнее» античных, и поэтому в них не может быть той, классической, демократии. Формальное представительство обречено быть узким, а власть осуществляется абсолютным меньшинством.

Почему же, на каком основании мы называем «демократией» «недемократию»?[266]

Современная демократия предоставляет всем гражданам / подданым, а значит, каждому желающему гражданину / подданному равные права участвовать в политике и непосредственно управлении государством. То есть как минимум равные права свободно обсуждать государственные дела и в публичном порядке признавать либо не признавать власть, выражать согласие либо несогласие с государственным курсом, с лидерами, политиками, чиновниками, его осуществляющими (голосуя на выборах и т. д.). И благодаря современной демократии каждый имеет хотя бы теоретическую возможность добиваться и добиться учета государством своих мнений, интересов и запросов. В свою очередь лидеров, правителей, политическое руководство, государственный аппарат в целом современная демократия прямо обязует опираться на признание и согласие народонаселения. Все это в общем давала и классическая демократия. Но она, как уже говорилось, создавала также условия и для того, чтобы каждый желающий мог участвовать в осуществлении государственной власти, в том числе верховной власти.

Подобное начисто исключается при современной демократии, что бы где (и кем) ни утверждалось. В современной демократии нет собственно κράτος, и в этом смысле она фиктивна. Однако она все же делает власть зависимой от всего δ ῆ μος (нации), она ограничивает власть волей δ ῆ μος и т. д. Поэтому мы все же можем говорить о современной демократии как о демократии. Тем более что подход к праву на гражданство с античных времен радикально расширился.

3.2. Современная демократия есть составной элемент политического режима. Довольно важный, но, во-первых, не единственный ключевой и, во-вторых, необязательный. Его наличие или отсутствие позволяет дать любому историческому или действующему режиму соответствующую характеристику. Существенную характеристику.

Современная демократия с точки зрения собственного содержания есть комплекс правовых и политических институтов и практик, обеспечивающих гражданам / подданным равные политические и смежные права и свободы, включая право открыто обсуждать государственные дела и право участвовать в политической деятельности и непосредственно управлении государством, а также учет их мнений, интересов и запросов при принятии и реализации государственных решений.[267]

Совершенно очевидно, что форматы демократических институтов и практик, в частности пределы и объемы соответствующих прав и свобод (свободы объединений, свободы совести, свободы слова, свободы действия и пр.), непосредственно зависят от национальной политической культуры, а та производна от исторической, религиозной, этнической и пр. Специфики. Любые «демократические стандарты» условны (тем более что зачастую их используют в пропаганде и pr для дискредитации отдельных государств, режимов и правителей).

Демократию также можно определить как институционализированную зависимость властвующих от признания и согласия подвластных, ответственность властвующих перед подвластным, то есть ограниченность власти волей (волями) подвластных. Однако, с другой стороны, волей (волями) подвластных может неким образом ограничиваться практически любая власть, любое властвование может считаться зависимым и ответственным. Нужно принципиальное «квалифицирующее» уточнение. При демократии власть опирается на признание и согласие нации, то есть всего народонаселения, «всех» (за исключением несовершеннолетних, недееспособных и пр.). При этом каждый «субъект нации», то есть каждый гражданин / подданный, пользуется равными политическими правами, равными возможностями добиваться признания своих мнений, интересов и запросов. Признание и согласие нации слагаются из множества персональных равно-статусных признаний и согласий, причем регулярных, «обновляемых». «Предрешения» определяются по принципу большинства. Это, в свою очередь, непременно предполагает:

1) организацию власти как минимум верховной, руководства государственного аппарата на выборных началах (выборы могут быть как прямые, так и косвенные)[268] целиком или преимущественно (здесь имеются в виду ограниченные наследственные «монархии»);