Антифа. Молодежный экстремизм в России - Сергей Беликов

В период 2009–2011 годов группы молодежи «национальных меньшинств» (главным образом лиц кавказской этнической группы) со сходной идеологией и стереотипами поведения стали возникать и в ряде российских регионов, например в городе Кирове^[238].

Представители «антифа» активно контактируют и с представителями футбольных болельщиков из северокавказских регионов. Например, у группы «Дикая дивизия» болельщики клуба «Анжи» (представленного главным образом этническими дагестанцами), сложились вполне хорошие отношения с представителями движения «антифа». В настоящее время состав этой группы превышает несколько сотен человек^[239].

В Татарстане деятельность групп «антифа» активно поддерживают радикальные татарские националисты, например известный представитель татарских национал-радикалов Рафис Кашапов, в 2009 году осужденный за разжигание межнациональной вражды^[240]. Однако, ярче всего солидарность радикальных татарских националистов с казанскими «антифашистами» проявилась в ходе дискуссий, активно ведущихся в социальной сети «В контакте». В ходе обсуждений выяснилось, что активисты «Антифа-Казань» сочувствуют «освободительной борьбе татарского народа, а также «любых сепаратистов, борющихся против Российской империи»»^[241].

При этом очевидно, что основная цель данных контактов – переориентация агрессивной и противоправной активности данных групп с хулиганкой и корыстной мотивации на мотивацию, соответствующую идеям и целям движения «антифа». В дальнейшем активисты и лидеры движения антифа планируют использовать данные группы в качестве «боевых отрядов», обеспечивающих силовое прикрытие их противоправных акций^[242].

Выбор деятельностных практик (в зависимости от группы)

Наличие или преобладание той или иной группы молодежи, участвующей в деятельности «антифа» может существенно влиять на выбор их деятельностных практик. При этом основную направленность акций формируют участники политизированных и идеологизированных групп.

Преобладание в группе «антифа» лиц с анархистской идеологией усиливает радикальность действий, их серьезность. В качестве объектов агрессии могут выбираться такие цели как органы власти, правоохранительные, судебные органы. Их деятельность направлена на порчу чужого имущества, диверсии и акты терроризма. Способы осуществления – поджоги и взрывы.

Участие леворадикалов, бритоголовых и футбольных болельщиков в большей степени ориентирует группу на «силовые» акции, с применением прямого физического насилия в отношении политических и идеологических противников. Это могут быть оскорбления, избиения, массовые драки, а также иные насильственные действия.

Демократически ориентированная часть групп более склонна к массовым, демонстративно театрализированным, но ненасильственным актам деятельности – митингам, шествиям, пикетам.

Однако эти действия также вызывают некоторую тревогу. Например, один из лидеров местного отделения молодежного движения «Оборона» (и активист движения «антифа») Максим Иванцов, учитель истории и права, проводит в нескольких петербургских школах (куда пустят) так называемые «Тренинги по толерантности», в которых «придуманные Максимом тренинги, приводящие к конфликту между его гражданской и педагогической позицией, выглядят так. Сначала разные упражнения на знакомство, потом собственно суть дела – в игровой, говорит Максим, форме. Например, такой: «Кем лучше быть – геем или фашистом?» Это вопрос, на который предлагается ответить старшеклассникам в ходе одного из упражнений. Проводится черта, с одной стороны становятся «геи», с другой – «фашисты». Сначала, говорит Максим, весь класс толпится там, где «фашисты». Потом начинается обсуждение. В последний раз под конец 13 из 14 человек стали «геями» (то есть сознательно причислили себя к лицам с гомосексуальными отклонениями)^[243]. Тем самым, через определенную ломку жизненного мировоззрения, подросткам с помощью психологического принуждения прививается терпимое отношение к половым отклонениям.

При проведении большинства официальных массовых акций (до нескольких сотен участников) все участники движения стараются действовать как единая слаженная группа, имеющая невысокий уровень радикальности. В данном случае участники ориентируются на наиболее старших и наиболее опытных товарищей. Однако, в случае необходимости, большая часть присутствующих на массовом мероприятии сторонников движения способна быстро перейти от спокойного поведения к агрессивным действиям и актам насилия.

Проведение противоправных акций

Как правило, большинство противоправных «силовых» акций совершается отдельными небольшими группами обычно от 3 до 10 человек. При этом группы обычно состоят из представителей какой-либо одной группы. Однако бывает что в более крупных (от 10 до 30 человек) группах участники имеют значительные отличия в идеологии, субкультурных особенностях, тем не менее они объединяются главным образом на основании регулярных актов насилия в отношении своих противников, а также совершения иных противоправных экстремистских акций.

Например, анализируя Санкт-Петербургские группы «антифа», исследователи отмечают следующее: «Коммуникационные связи их участников носят достаточно устойчивый, а не ситуационный (больше – от случая к случаю), характер. Это так называемые крю-команды. Термин (crew) заимствован из словаря футбольных фанатов. В крю может входить до пятнадцати человек, например, двое панков, несколько скинхдов – шарпов, рашей, футбольных фанатов, часть участников практикуют веганство, кто-то придерживается стретейдж-убеждений, кто-то не приемлет для себя ни того, ни другого, кому-то близки коммунистические взгляды, кто-то называет себя анархистом, либералом, социал-демократом, некоторые аполитичны и т. д… Кроме того, в крю есть участники «цивилы»-антифа, не относящие себя ни к одной из субкультур, не выглядящие каким-то особым образом. Их идентичность не носит «множественных» прочтений (суб/культурных и/или специфических стилевых). Они – «АНТИФА» – и этого достаточно»^[244].

При этом наиболее массовые мероприятия (митинги, шествия, концерты) обычно собирают всех представителей движения «антифа» вне зависимости от их субкультурных или политических пристрастий.

Тактика нападений. В уличной тактике антифашистских «бойцов» обычно нет ничего нового. Она полностью скопирована с тактики уличных молодежных групп и наиболее близка тактике ультраправых бритоголовых.