Путины в Германии. Слухи и факты - Эрик Форд

В конце мая 1991 года Собчак и Путин приехали в Германию по приглашению Комитета по связям со странами Восточной Европы. 24 мая торжественное открытие в Ленинграде представительства Союза Германских промышленников и предпринимателей было достойным образом отмечено в Кельне на вилле председателя вышеупомянутого комитета Отто-Вольфа фон Амеронгена. Будучи превосходным знатоком русской истории и литературы, он получил огромное удовольствие от общения с ленинградцем, не скрывавшим своих симпатий к Германии. Через несколько месяцев Собчак и Путин вновь посетили Германию, и Амеронген устроил им неофициальную встречу с федеральным канцлером Колем. Путин выполнял на ней роль переводчика. Ни Колю, ни Амеронгену даже в голову не могло прийти, что этого скромного, эрудированного, но совершенно лишенного харизмы молодого человека ждет такая блестящая карьера.

В конце марта 1992 года Путин в третий раз прибыл в Германию по приглашению Комитета по связям со странами Восточной Европы и принял участие в проходившем в Берлине съезде представителей агентов по управлению государственным имуществом, посвященном проблеме перевода ее в частную собственность. 25 марта он и Финк сидели в ресторане на третьем этаже отеля «Хилтон». Они с аппетитом ели, пили и мечтали о возобновлении дружеских связей между Россией и Германией. «Откуда ты так великолепно знаешь немецкий язык?» — спросил Финк своего нового друга. «Я часто бывал в Доме советской науки и техники на Фридрихштрассе», — ловко уклонился от ответа Путин. Финк хорошо помнит, с какой горечью его сосед по столу говорил о бедственном состоянии российской экономики. Он также постоянно подчеркивал необходимость дальнейшего использования хозяйственного потенциала Восточной Германии в системе российско-германских экономических связей.

Путина также часто вспоминает нынешний генеральный уполномоченный правления концерна «Сименс» Вольфганг Розенбауэр. Гамбургский предприниматель неоднократно встречался с Путиным в Ганзейском городе и с большим уважением отзывается о нем. Розенбауэр продолжал поддерживать контакты с Путиным и после его переезда в Москву. В свою очередь, Путин после заключения договора о сотрудничестве между городами на Эльбе и Неве регулярно ездил в Гамбург. В свободное время так полюбивший Германию ленинградец с удовольствием бродил в одиночку по улицам, заглядывал в небольшие кафе, набираясь впечатлений и делая кое-какие важные для себя выводы. С каждым визитом воссоединенная Германия нравилась ему все больше и больше. Благодаря отличному знанию немецкого языка он не испытывал никаких неудобств и даже отправил дочерей для языковой практики в одну из гамбургских школ. Одному приятелю он как-то признался после пары кружек пива: «Знаешь, у меня вторая натура немецкая!» Короче говоря, на немецкой земле Путин чувствовал себя как рыба в воде.

Во время первого визита в Гамбурге двое членов российской делегации уговорили Путина съездить в Санкт-Паули и посмотреть эротическое шоу. При виде абсолютно голой маленькой негритянки, похоже, совсем еще девочки, жена одного из спутников будущего президента упала в обморок. Сейчас Путин от души смеется над этим эпизодом. В Гамбурге он также часто заглядывал в казино, но теперь клянется, что просто изучал опыт работы такого рода заведений на Западе, поскольку собирался навести порядок в игорном бизнесе Санкт-Петербурга». [Конец цитаты]

* * *

Вскоре Путин в самом деле вплотную занялся игорным бизнесом в Санкт-Петербурге. В. Прибыловский так пишет об этом в своей книге «Кооператив „Озеро“ и другие проекты Владимира Путина»:

Путин и казино

Игорный бизнес — это та отрасль капиталистической экономики, которая зацвела под властью Собчака и Путина первой.

В книге-интервью «От первого лица» Владимир Путин рассказывает:

«Мы в то время пытались навести порядок в игорном бизнесе Санкт-Петербурга.

Тогда я считал, не знаю, правильно или нет, что игорный бизнес — это такая сфера деятельности, в которой должна быть монополия государства. Но моя позиция противоречила уже принятому Закону об антимонопольной деятельности. Тем не менее, я попытался сделать так, чтобы государство в лице города установило жесткий контроль над игорной сферой.

Для этого мы создали муниципальное предприятие, которое никакими казино не владело, но контролировало 51 процент акций игорных заведений города. В это предприятие были делегированы представители основных контролирующих организаций: ФСБ, налоговой полиции, налоговой инспекции. Расчет был в том, что государство как акционер будет получать дивиденды с 51 процента акций.

На самом деле это была ошибка, потому что можно было владеть каким угодно пакетом акций и при этом ничего не проконтролировать: ведь все деньги со столов уходили черным налом.

Владельцы казино показывали нам только убытки. То есть в тот момент, когда мы подсчитывали прибыль и решали, куда можно будет ее направить — на развитие городского хозяйства, на поддержание социальной сферы, — они смеялись над нами и показывали убытки. Это была классическая ошибка людей, которые впервые столкнулись с рынком.

Позже, особенно во время предвыборной кампании Анатолия Собчака в 1996 году, наши политические оппоненты пытались найти какой-то криминал в наших действиях, обвинить нас в коррупции. Мол, мэрия занималась игорным бизнесом. Смешно было это читать. Все, что мы делали, было абсолютно прозрачно.

Можно только спорить о том, правильно ли это было с экономической точки зрения. Судя по тому, что схема оказалась неэффективной и с ее помощью не удалось достичь задуманного, — надо признать, что она была не продумана до конца.

Но если бы я остался работать в Питере, все равно эти казино додушил бы. Я бы их всех заставил работать на нужды общества и делиться с городом своими прибылями. Эти деньги пошли бы пенсионерам, учителям и врачам».

* * *

«Муниципальное предприятие», о котором упоминает Путин, — это, очевидно, фирма «Нева-Шанс». Путин, однако, не слишком точен. В марте 1992 года, два подразделения мэрии — возглавляемый Путиным Комитет по внешним связям (КВС) и Комитет по управлению городским имуществом (КУГИ), который тогда возглавлял Сергей Беляев, учредили сначала не муниципальное предприятие (МП), а акционерное общество (АО), названное без претензий на оригинальность просто «Казино». Руководителем АО «Казино» был назначен личный друг Путина, сотрудник КВС, бывший офицер КГБ Валерий Поломарчук. Сначала предполагалось, что принадлежащее мэрии — точнее, двум ее комитетам, — акционерное общество будет непосредственно заниматься в городе игорным бизнесом, а исправное поступление прибыли в городской бюджет будет обеспечивать руководитель, который, во-первых, служит в мэрии и является членом Совета по казино, а во-вторых, учредители ему просто доверяют.

Однако структура с таким вызывающим названием была уязвима юридически и этически (в смысле: подставляла муниципальные органы власти под критику). Кроме того, она ставила два комитета в экономически привилегированное положение по сравнению с другими. Поэтому уже через месяц АО «Казино» самоликвидировалось, а вместо него уже непосредственно мэрия учреждает муниципальное предприятие (МП) с более нейтральным названием «Нева-Шанс». Но официальным адресом регистрации МП «Нева-Шанс» стал фактический адрес КВС — пер. Антоненко, д. 6, новое предприятие возглавил тот же В. Поломарчук (хотя в регистрационной базе мэрии он был ошибочно записан как Поломерчук). Фактический контроль над новой структурой сосредоточился, таким образом, в руках Путина, а другие комитеты, включая КУГИ С. Беляева, остались как-то сбоку.